Читать онлайн «Слово в защиту Израиля». Страница 48

21. Является ли Израиль расистским государством?

Тот факт, что Израиль является еврейским государством и там действует закон о возвращении, наделяющий евреев и членов их семей правом на получение израильского гражданства, только доказывает, что это расистское государство.

«Более того, Израиль — это единственная страна в сегодняшнем мире, которая придерживается в качестве официальной политики расистского образца в предоставлении гражданства: то есть поддерживает еврейское большинство. Такая политика, как хорошо известно за пределами Соединенных Штатов, несомненно, является прямым нарушением Международной конвенции о ликвидации всех форм расовой дискриминации, которая однозначно запрещает „любое различие, исключение, ограничение или предпочтение, основанное на признаках расы, цвета кожи, родового, национального или этнического происхождения“». (Ахмед Бузид, президент группы Палестайн Медиа Вотч[380])

«Израильский Закон о возвращении — это еще один расистский закон. Согласно ему, государство должно принять всех евреев, откуда бы они ни были, которые могут в любой момент иммигрировать в Израиль. Если четыре миллиона евреев внезапно решат иммигрировать в Израиль/Палестину, израильское правительство примет их. И наоборот, у четырех миллионов палестинцев, которые были лишены своей земли и вынуждены отправиться в изгнание, когда образовался Израиль, нет права на возвращение, потому что — по словам Эхуда Барака — это было бы „национальным самоубийством“». (Наим Джинах, Исламская ассоциация Палестины[381])

«Из всех дискриминационных законов и практик сионизма ничто не может сравниться по несправедливости с израильским Законом о возвращении. Этот закон, принятый 5 июля 1950 г., дает право любому члену „еврейского народа“, родившемуся в любом месте в мире, иммигрировать в Израиль и сразу по приезде получить гражданство. В то же время он отказывает в таком праве палестинским мусульманам и христианам, которые родились в Палестине и были изгнаны в последующие годы оккупации». (Доктор Дауд Абдалла, Палестинский центр возвращения[382])

Во всех других государствах в этом регионе, в том числе в Палестинской автономии, официально утвержденной религией является ислам, и в отношении немусульман, в особенности евреев, существует дискриминация как по закону, так и по факту. Израиль же, наоборот, на практике является светским государством, в котором царит религиозный и расовый плюрализм и существует свобода вероисповедания для всех. Более того, в нескольких других государствах и в Палестинской автономии существует закон о возвращении, а в Иордании есть даже закон, открыто запрещающий предоставлять гражданство евреям. Однако только Израиль — чей закон имеет корни в истории евреев, которых истребляли, потому что ни одно другое государство, в том числе Палестина при британском мандате, не принимало еврейских беженцев, — только Израиль подвергают критике за его закон о возвращении.

Хотя Израиль — это еврейское государство, оно в существенной степени светское и предоставляет полную свободу вероисповедания мусульманам, христианам и другим религиозным группам. Единственные религиозные группы, которые подвергаются той или иной форме дискриминации в Израиле, — это еврейские группы, которые не соответствуют рамкам ортодоксального иудаизма. Права евреев-консерваторов, евреев-реформистов и светских евреев ущемляются, когда речь заходит о таких вещах, как брак, обращение и финансируемое правительством образование. Во всех иных случаях для каждого в Израиле существует свобода вероисповедания, только для неортодоксальных евреев нет полной свободы от вероисповедания. Я на протяжении долгого времени критиковал политику израильского правительства в отношении светских евреев, а также консерваторов и реформистов, хотя я понимаю, что корни этой политики лежат в идеалистической природе израильской политической системы, которая предоставляет непропорциональную власть ортодоксам в силу необходимости привлекать их как в правые, так и в левые коалиции. Но в том, что касается неортодоксальных евреев, произошел заметный прогресс в признании их права как исповедовать иную форму иудаизма, отличную от ортодоксии, так и не исповедовать вообще никакой религии.

Несмотря на все несовершенства в отношении израильского правительства к религии, в Израиле существует гораздо больший религиозный плюрализм, чем в любом другом государстве на Ближнем Востоке, в любом мусульманском государстве по всему миру и в большинстве христианских стран на протяжении истории, и даже сегодня. Выбор Израиля объектом критики за то, что это еврейское государство, — это очевидно форма международного антисемитизма, особенно, когда такая критика не сочетается со сравнимой или более суровой критикой мусульманских государств, которые практикуют гораздо более дискриминационную форму государственной поддержки религии. Даже Палестинская автономия, которая долгое время поддерживала концепцию светского двунационального государства в Израиле (конечно, это была уловка) и чрезвычайно резко критиковала Израиль за то, что он является еврейским государством, недавно объявила ислам единственной и официальной государственной религией[383]. Я не слышал никакой критики этого шага со стороны тех, кто так спешит обвинять Израиль в любом отклонении от нереального совершенства, которого никогда не достигала ни одна страна.

Что касается израильского Закона о возвращении, в течение долгого времени существовала полемика о том, является ли этот закон прежде всего религиозным, законом о воссоединении семей, реакцией на этническую дискриминацию или некоей комбинацией этих исторических факторов. Больше чем что-либо другое, этот закон нужно рассматривать как гуманитарный. Он возник после нескольких волн иммиграции в первые годы существования Израиля, когда туда приехали пережившие Холокост, а также беженцы, изгнанные из арабских стран. С тех пор как этот закон был принят, евреи были спасены от репрессий и антисемитизма в коммунистическом блоке, от «исчезновений» при аргентинских диктаторах и от голода в Эфиопии.

Некоторые критики считают этот закон «расистским». Помимо очевидной нелепости такого обвинения — к которому я перейду чуть позже, — эти критики виновны в своем обычном двойном стандарте: Израиль — далеко не единственная стран — и даже далеко не единственная демократическая страна, где существует подобный закон. Со времен распада Советского Союза Россия приняла тысячи этнических русских из бывших советских республик. С 1945 г. миллионы этнических немцев переехали в Германию из почти всех стран Центральной и Восточной Европы и из бывшего Советского Союза. На протяжении почти пятидесяти лет немецкий иммиграционный закон даже следовал официальной формулировке, что «членами немецкого народа являются те, кто в своих родных странах был известен „немецкостью“ (Deutschtum), и это подтверждается рядом фактов, таких, как происхождение, язык, воспитание или культура»[384]. В других государствах тоже есть подобные законы и подобного рода связь с диаспорой. Но только Израиль называют расистским государством за его нерасистский Закон о возвращении.

Хотя евреи (и часть членов их семей) автоматически получают гражданство (за некоторыми исключениями, связанными с уголовным прошлым), неевреи тоже могут претендовать на гражданство, и многих из них Израиль сделал гражданами «первого сорта» со всеми правами, которыми обладают еврейские граждане. В апреле 1999 г. Израиль привез к себе более ста албанских беженцев из Косово и пригласил их жить в кибуц Мааган-Михаэль. Эти беженцы-неевреи присоединились к предыдущей группе мусульман, бежавших в Израиль во время гражданской войны в Боснии в 1993 г. Этим беженцам было предоставлено право остаться в Израиле насовсем или вернуться в Косово после окончания боевых действий[385]. Ранее Израиль предоставил убежище нееврейским беженцам из разных мест земного шара, где разгорались конфликты. Многие из тех, кто бежал от советских репрессий, эмигрировав в Израиль, были неевреями (хотя у большинства из них были родственники-евреи). Закон о возвращении стал ответом на историческую дискриминацию, которой подвергали евреев другие народы. Вполне понятно, почему Израиль, как только он стал государством, ответил на эту дискриминацию открытием дверей для каждого еврея, а также для тех, кто ищет убежища или лучшей жизни.

Конечно, некоторая дискриминация арабских граждан в Израиле существует. Многие не могут служить в армии, но ведь не каждый захочет сражаться против соплеменников-арабов, если ему представится такая возможность. До недавнего времени арабы не имели права покупать дома в некоторых еврейских районах, а евреи не имеют права покупать дома в арабских деревнях. Израильский Верховный суд в 2002 г. принял решение, что государство не может распределять землю в зависимости от религиозной или этнической принадлежности и не имеет права запрещать арабским гражданам жить, где им хочется: «Принцип равенства запрещает государству проводить различие между своими гражданами на базе религии или национальности», — писал верховный судья Аарон Барак. «Этот принцип также приложим к распределению государственных земель… Еврейский характер государства не позволяет Израилю дискриминировать своих граждан»[386]. Справедливости ради надо сказать, что Израиль под руководством своего прогрессивного Верховного суда сделал важные шаги на пути к уничтожению остатков дискриминации арабов, которые в существенной степени были результатом отказа арабского мира признать еврейское государство. Справедливо будет также указать, что, несмотря на некоторые давнишние ущемления, в Израиле намного меньше дискриминации, чем в любом ближневосточном, арабском или мусульманском государстве.