Читать онлайн «Нефтяные магнаты: кто делает мировую политику». Страница 24

Начиная с 1971 года комиссия, сформированная Ричардом Никсоном и возглавляемая генералом Г. А. Линкольном, работает в обстановке самой глубокой тайны над пересмотром энергетической политики американцев. Главными консультантами являются Роберт Андерсон, президент нефтяного объединения «Атлантик ричфилд», и член национального комитета Республиканской партии Питер Флэниган, адвокат из влиятельного кабинета Диллона Роуда, представителя множества нефтяных фирм, который вскоре после этого станет советником в Белом доме, и, наконец, Джен Коннэли, губернатор Техаса, адвокат, представляющий интересы нефтепромышленников своего штата, который получит ключевой пост государственного казначея.

Заключения этой комиссии абсолютно ясны: они делают акцент на необходимости для США спровоцировать подъем цен на импортируемую нефть, с тем чтобы «стабилизировать внутренние цены на новом уровне и поощрить вложение новых инвестиций в развитие национальных источников энергии». А пока, призывает Линкольн в своем докладе, надо заняться «оздоровлением» отношений со странами — экспортерами нефти, чтобы избежать любых беспорядков в американском импорте. 28 июня 1973 года Уильям Саймон, новый министр финансов, заявляет: «Соединенные Штаты задались первостепенной целью принять план действий, предусматривающий уменьшение их зависимости (энергетической) от заграницы». Фраза, которая практически слово в слово воспроизведена Джорджем У. Бушем спустя тридцать лет во время его выступления в 2006 году относительно положения Штатов.

Странная подготовка общественного мнения американцев начинается зимой 1972/73 года. В это время во многих американских штатах наблюдаются признаки нехватки горючего (как и в 2000 году — прямо перед выборами Джорджа У. Буша). Потребление бензина нормируется, школы и заводы закрываются из-за нехватки топлива. Такие ситуации производят на население электрошоковое воздействие. Этот «кризис» энергии и Уотергейтское дело становятся главными новостями.

Нефтепромышленники развязывают кампанию, чтобы драматизировать кризис, и обвиняют в нем и правительство, и Конгресс, и еще экологов — в поддержании цен на нефть и газ на невозможно низком уровне, в том, что они выступают против нефтедобычи и строительства новых нефтеперерабатывающих заводов в США, в том, что заблокировали несколько проектов — таких как строительство нефтепровода на Аляске.

Такое воистину публичное избиение способствует тому, чтобы насторожить общественное мнение относительно опасностей, которым подвергается Америка, попадая в зависимость от иностранной нефти, особенно арабской. Какой же выход из положения? Увеличение цен, направленное на повышение доходности при эксплуатации в больших масштабах американских энергетических ресурсов, короче, независимость от импорта, возможность противостоять резкому дефициту.

В 1974 году учетверение цен на нефть, которое наносит тяжелый удар по мировой экономике, позволит тридцати главным мировым нефтяным компаниям увеличить свои прибыли на 71 %, хотя объем их продаж увеличится только на 10 %. Шесть первых американских нефтяных компаний в этот же самый период времени исчисляют свой валовой доход в 50 миллиардов долларов, а чистую прибыль в 6 миллиардов долларов.

Существует один очень существенный факт, старательно скрываемый, который объясняет выступление Дэвида Рокфеллера в Риме в 1973 году, касающееся необъятных потребностей нефтяной индустрии. Накануне кризиса 1973 года крупные компании сталкиваются с огромными финансовыми проблемами, которые они тщательно скрывают. Некоторые из них находятся на грани разорения. Они поместили капиталы в проекты, окончательная стоимость которых в некоторых случаях превышает в пять-десять раз предполагавшуюся.

Речь идет о сооружении нефтепровода на Аляске, которое будет стоить более 10 миллиардов долларов, и о разработке прибрежных зон в Северном море, гигантских нефтяных промыслов, которые требуют новых технологий бурения, наиболее тонких и наиболее дорогих в истории нефтедобычи.

«Эксон», «Шелл», БП, «Филиппе петролеум» в особенности обеспокоены сроками платежей: они не могут остановить эти стройки, стоимость которых ползет постоянно вверх, — они финансово ставят их на колени.

Нефтяной кризис, развязанный в октябре 1973 года странами ОПЕК, становится их спасением: увеличение цен сразу же делает эти проекты «рациональными и коммерчески жизнеспособными», как выразился один из банкиров. Главные месторождения, открытые в 1971 году в Экофиске, Фригге, Фортьесе и Бренте, в самом негостеприимном из морей, становятся, благодаря яркому пламени курса стоимости, новым эльдорадо, которое ставит Норвегию и Великобританию, по забавному определению премьер-министра того времени Гарольда Вильсона, «в положение, когда они могут стать членами ОПЕК». В 1987 году добыча нефти в Северном море достигает 6 миллионов баррелей — больше, чем в Иране, и немного меньше, чем в Саудовской Аравии, до того как в настоящее время стать меньше.

Один из участников этих событий, с которым я встретился в Лондоне и который сейчас находится не у дел, практически прокомментировал это событие, попросив не называть его имени: «Это был один из чудесных случаев, которые никогда не происходят в мире бизнеса, и еще реже в нефтяной индустрии».

Судьба и в самом деле получила выгоду от одного серьезного толчка, как об этом сообщает расследование, опубликованное в январе 1974 года в «Вашингтон пост». Его автор Джек Андерсон, один из самых уважаемых журналистов, занимающихся расследованиями, «надежный, когда дело касается его источников информации, и задиристый, когда дело касается отбора материала», как сказал о нем один из коллег. Он добрался до секретных документов «АРАМКО», могущественного концерна, группирующего компании «Эксон», «Тексако», «Мобил» и «Шеврон», которые занимаются разработкой саудовской нефти.

Эти досье ему достал кто-то из крупных шишек — имя его так и не было названо, но он принадлежал к правлению «Мобил». Одна из статей Андерсона описывает встречи между руководителями «АРАМКО» и шейхом Ямани, саудовским нефтяным министром, которые происходили в начале 1973 года. Собеседники шейха Ямани дают ему самый настоящий зеленый свет и объясняют, что они будут очень благосклонны к решению поднять цены на нефть, принятому Саудовской Аравией и ОПЕК. Они даже назвали цифру — 6 долларов за баррель. Действительность намного превосходит их ожидания.

После опубликования его статей Джека Андерсона вызывают в свидетели в подкомитет Сената по иностранным отношениям, созданный, чтобы расследовать методы, которыми крупные фирмы влияют на американскую внешнюю политику. Уотергейтский скандал побуждает Америку развернуть широкую кампанию обвинений и наказаний. Внезапно оказывается, что в этой стране с пуританскими корнями избыток денег должен караться. Нефтяные компании здесь стоят в первом ряду. Влиятельный сенатор от демократов Генри «Куш» Джексон заявляет перед камерами с видом поборника справедливости: «Американские граждане хотят знать, не сидят ли главные нефтяные компании на закупоренных скважинах, не собирают ли они запасы в тайных резервуарах. Американские граждане хотят знать, как это происходит, что прибыли компаний резко поднимаются; американские граждане хотят знать, не является ли этот так называемый кризис всего лишь предлогом, прикрытием для устранения главного источника конкуренции цен».

Конгресс, залегший в глубокий дрейф, похоже, не избежал всеобщей коррупции. «Галф ойл» обвиняют в том, что с 1960 по 1974 год эта компания передала 12 миллионов долларов на политические нужды, действуя через каналы одного общества, созданного для финансирования нефтяных изысканий и находящегося на Багамах. Расследование обнаруживает, что деньги, которые проходили через Карибы, регулярно поступали — «приблизительно пять или шесть раз в год» — в запечатанных конвертах в кабинеты дюжины влиятельных сенаторов, принадлежащих к обеим партиям. Среди них Хью Скотт, лидер республиканской группы в Сенате, и его наследник Говард Бейкер, который станет государственным секретарем. Бывшие президенты Линдон Джексон и Джералд Форд прежде тоже пользовались щедростью этой компании.

Когда 28 января 1974 года Джек Андерсон дает свидетельские показания, он описывает обстоятельства, позволившие ему получить эту информацию. Она поступила от одного «источника» (он не говорит, идет ли речь об одном человеке или нескольких), который принадлежит к аппарату управления «АРАМКО» и который обеспокоен действиями консорциума, наносящими, как он полагает, ущерб интересам Америки.