Читать онлайн «Великий Хау Бен (Исторические корни башкордско-английского языка и мифологии)». Страница 60

N 13 Бажняки, лицом черные - темные, бороды бреют, по сравнению с народом Гузии - бедные. В Гузии некоторые люди держат по 100 тысяч голов овец.

N 14 От баджнаков ушли и пришли к реке Жанех (Яик). Эта река была сама большая и течение сильное, что мы видели до сих пор. Потом мы видели следующие реки: Жаха, Бажак, Сэмур (наверно, [hа~кмар]), Кибал (наверно, Кибал), Кибак, Сух (наверно, Сук). После этого мы пришли к городу ([Ш~еh~ер]) башкордских племен''.

При изучении культа быка у башкордов необходимо подчеркнуть, что само представление древних людей о некоем лабиринте родилось по аналогии с охотой зимой, когда диких зверей на Севере, на Урале, на Кавказе, выслеживали по отпечаткам их лап на снегу. Как писала в свое время ученый-египтолог М.Э.Матье: ``По представлению египтян, в имени заключена часть сущности человека или божества. Знание имени кого-либо отдает его во власть узнавшего имя. Уничтожение имени на гробнице, храмовой надписи ит.п. влечет за собой гибель души данного человека на том свете (см. Матье, 1930, с. 33).

Если люди в древности с таким почтением относились к именам (звукам), то что говорить о том, какие ассоциации у них возникали при охоте зимой, когда именно следы, отпечатанные на снегу приводили (и приводят) охотника к логову зверя. Как слово при его произношении протягивается к уху другого человека [hу~з], [hу~зыла], так и след человека, зверя, предмета сохраняется у людей в памяти - [э~з] -[и~ст~е], и показывает на форму и качество его оставившего -stea - tape. Действительно, отпечаток ботинка пятилетнего ребенка на снегу легко отличим от отпечатка ботинка взрослого человека по его, размерам. Вместе с этим, собака охотника, преследуя волка по его следам, не переходит на следы других животных при их пересечении. Это натолкнуло людей в древности к мысли, что каждый след, пусть даже в невидимой ``духовной'' сфере, продолжает действовать, не меняясь в своей собственной личностной ипостаси, так как любой предмет в эпоху палеолита наделялся качествами живого человека и являлся фетишем.

В башкордском и кордском языках ``след'' - это [э~з] - [и~с], отсюда и чеченское - ``Он''- иза и английское is, а также русское - из (него). У хищных животных на ногах -когти, а у жвачных -копыта. Слово ``копыто'' на языке кордов звучит - сьм, а у башкордов исем означает ``имя'', так как по следам охотник и узнает имя зверя. Слово ``копыто'' у башкордов [тоя~к]. У чеченов ингушей слово tiexk - ``кость'', в то время как ``копыто'' у чеченов называется барг, а у башкордов слово бар несет в себе два понятия: ``есть, быть'' и ``идти'' одновременно.

Любой след, отпечаток на снегу, уже есть некий отдельный предмет [н~ем~е], как говорят башкорды. У англичан и немцев башкордское слово [н~ем~е] или name означает имя кого или чего-либо. Например, my name is Jonh - ``меня зовут Джон''. Но на башкордском языке эта фраза будет переведена как ``моя вещь (след) Джона'' или ``Джона след моя вещь''. Именно так или приблизительно так строится предложение в ряде палеоазиатских языков. Если мы переведем это предложение как ``Джоном зовут меня'', то мы переносимся на другую историческую ступень развития человеческого мышления и языка, поскольку в языках эргативного типа подлежащее ``ставится при переходном глаголе в косвенном падеже самого деятеля. В языках эргативного типа имя человека выступает не частью самого человека, а неким третьим лицом по отношению к человеку. Как писал И.И.Мещанинов: ``... нормы сознания отмечают или того, кому принадлежит данное действие или того, кем оно выполняется'' (см. И.И.Мещанинов ``Проблемы развития языка'' Л.,1975 г., с. 180).

При переводе вышеуказанного предложения дословно на русский или башкордский язык выводится неестественная конструкция, не соответствующая правилам построения предложений в этих двух языках, и это не удивительно, поскольку и башкордский, и русский принадлежат (стали) к языкам номинативного типа. Например, в башкордском языке мы говорим ``меня зовут Ташбулат'' [мине~н] исемем Ташбулат, но, Ташбулат тип мине атайзар, Ташбулат (кеуек) минем исемем.

С точки зрения грамматики языков номинативного (индоевропейского) типа вышеизложенные конструкции из башкордского языка представляют стадиальный архаизм, но на примере английского языка (``Мое имя - это Джон'', my name is Jonh) мы видим, что эти ``пост-эргативные'' конструкции сохранились. Но они переосмыслены или переосмысляются и наделяются новым смысловым содержанием при их переводе на другой язык. Нет необходимости доказывать, что подобное бессознательное переосмысление слов имело место, поскольку 40 миллионов кордов и 50 миллионов иранцев, как и башкорды, словом [н~ем~е] обозначают понятие ``вещь''.

При рассмотрении мифологии острова Крит нельзя обойти молчанием и главный символ Критского Зевса - Лабрис. Слово Лабрис исконно кордского происхождения и означает - Льб ``часть'' (чего-либо); ``частица'', в данном случае - след, и рьс - pec - ``знать какой-либо условный знак'' (диалект курманджи). Одновременно с этим значением слово -рьс, рес, рьстьн означает ``прясть'', ``процесс прядения'', а также имеет значение в смысле ``широкая, длинная лента''. Действительно, следы быка при его ходьбе, отпечатавшись на снегу или на земле кажутся ``широкой лентой'', которая ``вьется'' - рьст куда-то и в каждом ``отпечатке'' - из остается ``частица'' - льб того, кому они принадлежат. Кордское рьс происходит от более древнебашкордских слов - уреу уралыу - [й~ор~оу], где корнем служит ведийское -- ар (аг) - ``двигаться'', отсюда и русское - рыскать.

И древние шумеры, и древние египтяне пахали землю при помощи быков, которые на вспаханной почве оставляют свой характерный для парнокопытных животных раздвоенный след, по облику которого и был создан главный символ критского Зевса - Лабрис - ``двойной топор''. Зевс почитался в древности как бог-громовержец. И если мы скажем на языке кордов - ``он - молния'', то получим Ле-бьруск (диалект курманджи), поскольку в кордском языке Ле - это местоимение третьего лица мужского и женского родов, точно так же, как у башкордов - ул, и у французов - il, leur, loi. В немецком языке слово Brand ``пожар''; в английском bright - ``яркий, блестящий'', в башкордском языке слово [б~ереу] означает ``ударять'', что гром и молния делают на небе во время дождя летом. В отличии от снега зимой, дождевая вода летом под действием тепла превращается в пар или туман, хорошо видимый людям при закате солнца. Земля становится сырой или, как говорят башкорды ер дым тарта, дым ер, а в так называемой древнегреческой мифологии Деметра, ``богиня сырой плодородной земли'' является супругой бога Зевса. Нет необходимости пояснять, что и имя Деметра и Дымиттрэ вышло из языка башкордов.

Главное различие между древней мифологией острова Крит, которая своим рождением обязана переселенцам из Малой Азии - хурритам и куретам и более поздней, заимствованной греческой мифологией, заключается в том, что шумерская мифология, послужившая основой критской, зародилась на Урале, где у башкордов до сих пор небо - Хауа - это женщина, а земля Ер - это мужчина - Ир, и соответственно, у шумеров - Инана - ``Владычица небес'', Иргал - башкордский Иргаель - ``Владыка подземного царства''. У древних египтян Нут - ``небо'' от кордско-иранского нотфий - ``капля, семя, сперма, икра'' и Кеб, башкордск. Каб, и Ак-ер - ``Земля''.

Такое представление о Небе как ``женщине'' и Земле как ``мужчине'' характерно для мышления человека эпохи палеолита, когда основным источником существования является охота. Но как только древний человек стал осваивать основы земледелия, что, как свидетельствует археология, началось первоначально в районе Загроса (Кордистан) около VIII тысячелетия до н.э., наступила эпоха переосмысления этих двух понятий в противоположном направлении: Земля - это ``женщина'', а Небо - ``мужчина'', и эта эпоха длилась несколько тысяч лет, породив героический эпос. Матриархат сменился патриархатом, и верховную роль в мифологии начали играть боги мужского рода, как, например, Деус у хурритов (чеченов), аналогичного башкордскому [Т~еу] - [у~зе] - Сам Первый. Отсюда и ``Теософия''.

Этот исторический процесс, в котором мышление человека перешло от фетишизма к единобожию, завершается рождением монотеизма где-то около XIV - Х веков до н.э., одним словом тогда, когда этих глупых греков, от которых так любят начинать свою псевдоисторию, эти индо (да еще) европейцы, в истории и в помине не было.

Эти греки, известные в истории начиная с VI века, пришли, по сути дела, на все готовое: все верховные боги древних греков были созданы и являлись объектами культового поклонения у хурритов (чеченов) и других народов Малой Азии. Земледелие, в его классической для древнего мира форме, уже было у шумеров. Металл научились добывать куреты и корибанты - служители Кибелы, матери Богов.

Башкордская мифология потому и является более древней по отношению к мифологической системам Шумера, Аккада, древнего Египта, острова Крит, поскольку застыла, остановилась в своем развитии на стадии героического эпоса, на стадии перехода человеческого мышления ``от хтонизма к героизму'' - по А.Ф.Лосеву (М. 1957 г., с. 16). Вот именно по этой исторически объективной причине Урал, в башкордской мифологии, не убивает быка, как Гильгамеш в шумерском (кордском) предании; как Тезей в хурритском или критском мифе, поскольку мышление человека эпохи мезолита, энеолита, эпохи ранней бронзы не знает ``индивидуальной смерти'', (как, впрочем, не знает и сейчас).