Читать онлайн «Итоги Второй мировой войны. Выводы побеждённых». Страница 68

К этому времени относится и начало формирования фольксштурма. Это мероприятие было организовано руководством нацистской партии. Фольксштурмовцы носили неуставную форму одежды и использовались для выполнения задач по обороне родины. Это были узкотерриториальные формирования. В ряды фольксштурма направлялись те мужчины, которые не могли быть призваны в армию по возрасту или из-за непригодности к строевой службе, а также подростки и специалисты, оставленные на производстве. В вопросах формирования и использования фольксштурм не имел никакого отношения к вооруженным силам. Отряды фольксштурма становились частями сухопутной армии и. следовательно, подчинялись войсковым командирам только в том случае, если они в ходе событий (например, в Восточной Пруссии) принимали непосредственное участие в боевых действиях сухопутных войск.

Теоретически в последней фазе войны Германия располагала еще достаточным количеством мужчин, способных носить оружие, так как несколько миллионов специалистов оставалось на производстве. Этих людей вполне хватило бы на то, чтобы в тот момент, когда еще можно было «перекатить тележку через гору», решающим образом усилить вооруженные силы. Но для того чтобы обмундировать, обучить и вооружить такую массу людей, не имелось ни возможности, ни времени. Исход войны был решен значительно раньше.

С самого первого дня прошедшей войны, когда немецкие подвижные войска, танковые и моторизованные дивизии, поддерживаемые мощной авиацией, перешли в наступление, современная техника придала всей войне совершенно новое лицо. Мотор в танке, мотор в самолете, радио и многие другие технические средства сделали войну «молниеносной».

Однако изменить принципиально формы и методы ведения боев и всей войны удавалось лишь с большим трудом, потому что старое поколение командиров и начальников все еще придерживалось своих прежних принципов и не прислушивалось к голосу новой эпохи, эпохи технических переворотов, эпохи неудержимого развития моторов. Поэтому сторонники моторизации и защитники новых идей по оперативному использованию танков и других новейших боевых средств оказались в Германии, начавшей строить свои вооруженные силы, исходя из опыта первой мировой войны, в весьма затруднительном положении.

Через полтора десятка лет после войны, 17 октября 1933 года, в новом германском полевом уставе «Вождение войск» были даны новые принципы управления войсками и ведения боев. И если в этом уставе еще играли какую-то роль ограничения Версальского договора, он все же вполне отражал мнения официальных военных кругов. В нем предусматривалось, что сухопутные войска будут состоять только из кавалерийских и пехотных частей, которые были сделаны «подвижными» исключительно благодаря конской упряжке. Решающим родом войск на поле боя должна была стать кавалерия. Те, кто так думал, находились еще, по-видимому, в плену у конных атак и пик!

Моторизованные войска причислялись к пехоте. Танки должны были использоваться только для поддержки наступающей пехоты. В 1932 и 1933 годах состоялись первые учения с макетами танков. Однако главенствующей роли танковых и моторизованных соединений в будущей войне немецкое верховное командование еще не осознало. Против моторизации войск часто выставлялся тот аргумент, что бензина и резины им не хватит. Между тем этот вопрос, несомненно, был бы успешно решен германской химией, если бы заранее было принято четкое решение о широкой моторизации немецкой армии. Тенденция придерживаться старой организации решающим образом способствовала тому, что танковые и моторизованные соединения, которых так страстно и убедительно требовал генерал Гудериан, к началу второй мировой войны далеко еще не были полностью сформированы и оснащены.

При создавшемся положении вещей главное внимание до 1935 года официально должно было уделяться вооружению и оснащению пехотных дивизий, переведенных на конный транспорт. А между тем все развитие пехоты, инженерных войск, артиллерии и войск связи направлялось на подготовку к маневренной войне.

Версальский договор запрещал немногочисленному рейхсверу иметь танки, тяжелую артиллерию, самолеты, зенитную артиллерию и химические боевые средства, поэтому и возможности для развития вооружения в Германии были слишком ограниченными. Германии разрешалось только совершенствовать оружие первой мировой войны и конструировать такие типы оружия, которые были на вооружении еще в 1918 году. Разумеется, другие страны проводили серьезную работу над усовершенствованием тех видов запрещенного для Германии оружия, которые наиболее оправдали себя в первой мировой войне. Германия рисковала в скором времени совершенно отстать от современного уровня военной техники. Ввиду создавшейся обстановки в 1936 году, то есть через несколько лет после Рапалльского договора, Германия договорилась с Россией о том, что совместно с русскими, на русской территории, она будет работать над улучшением тех видов оружия, которые были запрещены в самой Германии. Там германские офицеры и инженеры в трудных условиях создали те предпосылки для развития военной техники, которые оказались для немцев решающими после достижения Германией военного суверенитета и которые в то же самое время принесли, несомненно, большую помощь русским. В самой Германии ученые и военные пока ограничивались теоретической оценкой опыта войны. Но и в этом отношении их возможности были ограничены, так как военно-технические училища и исследовательские институты военного профиля были запрещены.

Только с 1935 года, после того как Германия снова стала суверенным государством, она смогла возобновить научно-исследовательскую работу по созданию современных видов оружия.

Германская пехота вступила в войну с таким оружием, которое отвечало современным тактическим требованиям. Правда, иногда различные виды легкого стрелкового оружия подвергались критике, а неудобную в обращении обычную винтовку 98-К предлагали заменить самозарядной, однако опыт показал, что самозарядная винтовка, предназначенная для стандартных боеприпасов, была слишком тяжелой. Появилась необходимость создать ручное оружие совершенно новой конструкции, которое должно было выполнять одновременно задачи пистолета-пулемета, самозарядной винтовки и ручного пулемета. Результатом этого долголетнего труда был всем известный карабин образца 1944 года, который применялся как полуавтомат (самозарядная винтовка) для ведения прицельного огня одиночными выстрелами и как автоматическое оружие для стрельбы очередями по 8 выстрелов в секунду. Калибр карабина 1944 года — 7,92 мм, а вес — всего 4,2 кг, но стрелять из него можно было только усеченными патронами с уменьшенным зарядом, потому что при нормальном заряде отдача стала бы слишком большой и пули уходили бы вверх. Задержка в изготовлении боеприпасов вызвала отсрочку в принятии нового карабина на вооружение после проверки его в войсках на целый год. Это была, несомненно, грубая ошибка. Пехота и все другие рода войск очень сильно нуждались в этом оружии, а спрос на него мог быть покрыт далеко не в полной мере. Новое оружие значительно повысило огневую мощь пехоты. После войны конструирование такого оружия началось и в других странах.

Новый пулемет МG-34 также отвечал современным конструктивным принципам, то есть имел небольшой вес, высокую скорострельность и был дешевым в производстве. Его развитие пошло дальше в том же направлении и привело к созданию для немецкой пехоты лучшего пулемета второй мировой войны, отличавшегося очень настильным огнем. Вскоре его можно было встретить на всех полях сражений. Пулемет MG-42 весил 10 кг и обладал скорострельностью до 20 выстрелов в секунду. Но немецкие конструкторы на этом не успокоились и к концу войны создали пулемет МG-42 (v), называемый также МG-45. Вес этого пулемета составлял 6,5 кг, а скорострельность его была до 40 выстрелов в секунду. Такой скорострельности до сих пор не имело ни одно оружие. Однако пулемет МG-45 уже не мог быть принят на вооружение — он запоздал.

Миномет для стрельбы минами с оперением, созданный фирмой «Стокс-Брандт» еще в первую мировую войну, нашел себе применение и в новой немецкой армии. Пехота приветствовала появление легко транспортируемого, точно стреляющего оружия, при помощи которого она могла воздействовать на противника из-за любого укрытия. В начале войны немецкая пехота имела на вооружении легкий миномет (50-мм) и тяжелый миномет (81-мм). Химические войска были оснащены 100-мм минометом для стрельбы химическими и бризантными минами. Минометы играли значительную роль в пехотном бою. Русские также с большим искусством и весьма широко использовали это оружие; их объединенные в батальоны[91]120-мм минометы приняли на себя основную часть тактических задач, которые обычно решались легкой дивизионной артиллерией. Немцы, убедившись в эффективности огня русских тяжелых минометов, сконструировали по их образцу свой миномет и в 1944 году создали минометные батальоны. Все минометы при ограниченной дальности полета мины имели сильное осколочное или фугасное действие и отличались от артиллерии очень малым весом при большой точности попаданий.