Читать онлайн «Великая Российская трагедия. В 2-х т.». Страница 120

Место пребывания Думы — Таврический дворец в Петербурге. Это здание было построено в ХVIII веке для Г.Потемкина, который получил от Екатерины II за присоединение к России Крыма (Тавриды) титул “князя Таврического”. Павел I в отместку нелюбимой им матери превратил дворец в конюшню. В 1906 г. одно из помещений дворца — Зимний сад — перестроили в зал заседаний Государственной думы.

...Я о нем вспомнил в Алма-Ате, когда было окончательно принято решение об образовании Межпарламентской Ассамблеи СНГ. Позвонил тогда Собчаку и Беляеву, попросил их согласия и поддержки. Традиции имеют огромное значение...

...Лозунги свободы, равенства и братства, проповедь разума и справедливости в течение немногих десятилетий выродились в деспотизм, бесправие, жестокий хаос якобинской революции или же в неправду буржуазной эксплуатации бедных богатыми. Социалистический идеал имущественного равенства и хозяйственного самоуправления всего народа выродился при своем осуществлении в бесчеловечный деспотизм и всеобщее рабство русского коммунизма. Благородный, граничащий со святостью гуманитаризм таких апостолов социализма, как Роберт Оуен, в течение немногих поколений сменился беспринципным интриганством социалистических политиков и свирепой жестокостью коммунистических тиранов.

В вопросе о нравственной судьбе человечества и определении его истинного нравственного пути есть одно чрезвычайно распространенное и вредное заблуждение. Это — тенденция усматривать источник нравственного зла в определенной системе идей, в определенном образе мыслей и в вытекающих из них порядках, учреждениях и навыках жизни. Это похоже на еще более распространенное заблуждение винить в общественных бедствиях и неправдах какой-либо определенный слой или класс общества — на политический фанатизм, который историческим опытом всегда обличается как гибельная иллюзия. Порок и злая воля бывают, конечно, иногда более распространены в одном сословии или классе, чем в другом; но различие это по большей части гораздо меньше, чем обычно думают. Хороши или плохи, по общему правилу, не те или иные классы, сословия, общественные слои, партии — хороши или плохи отдельные люди всех классов и положений; и когда в результате революции и политических перемен господство переходит от одного общественного слоя к другому, то обычно оказывается, что новые хозяева жизни не лучше старых, и надежда радикально улучшить общественную жизнь сменой правящих слоев оборачивается иллюзией. То же самое заблуждение содержится во всяком фанатизме идейного или духовного порядка — склонность видеть источник зла в каком-либо определенном образе мыслей, в какой-либо системе идей. Конечно, бывают направления мыслей по самому своему содержанию зловредные — вроде проповеди жестокости, восхваления насилия, веры в принципиальное неравенство между людьми, расами, народами и т.п., и есть заблуждения, против умысла их сторонников приводящие к гибельным последствиям. Выше я указывал, что “ересями”, в точном смысле этого слова, следует считать идеи, которые, поскольку они определяют практическую жизнь и поведение, имеют гибельные или безнравственные последствия. Однако и здесь нужно помнить, что почти нет идей, которые не содержали бы элемента благотворной правды, и нет идей, которые, взятые односторонне, не смягченные и не уравновешенные другими идеями, не подчиненные чувству конкретной правды и нравственному такту, не порождали бы зла. Истина и заблуждение, благотворность и зловредность, по общему правилу, проистекают не из содержания идеи, взятой отвлеченно, а из наличия или отсутствия интуиции конкретной правды, побуждающей как комбинировать и уравновешивать идеи, чтобы их итог соответствовал правильной жизненной установке и имел благотворные последствия. Заблужение, в которое мы впадаем при всяком идеологическом фанатизме, само — не только теоретическое, но и нравственное. Ибо, проповедуя образ мыслей, нами разделяемый, выдвигая идейное направление, к которому мы сами принадлежим, и усматривая в этом нравственное спасение человечества, мы — сознательно или бессознательно — считаем самих себя и наших единомышленников и сотоварищей безгрешными, а нашим противникам приписываем монополию греховности. Истинный, царственный путь совершенствования и нравственного обновления человечества лежит не в обвинении других, а в покаянии и самоисправлении, в движении внутреннего притока сил добра и правды, в обновлении изнутри, которое заменяет внешнее поклонение букве, правилам и принципам, выродившимся в неправду, восприятием духовной правды и служением ей. [153]

Я ранее подробно рассказал, собственно, лишь об одной линии защиты, сугубо специфической, которая соответствовала моим действиям как Председателя Верховного Совета.

Другая же линия защиты заключалась в общей правовой оценке ситуации, сложившейся в результате антиконституционного Указа Президента № 1400. И на этой основе — универсальная линия защиты, пригодная для всех обвиненяемых по делу. Именно поэтому я настаивал на том, чтобы прокуратура занялась выявлением конкретного круга заговорщиков, ролью каждого из них, противоправными действиями этих лиц.

Те, кто участвовал в заговоре и подготовке проекта Указа № 1400, очень боятся обнародования их имен. Видимо поэтому Eльцин, как всегда, по своей привычке насмехаться над истиной, сказал, что якобы он лично разработал Указ № 1400. Смех!

Но вот пресс-секретарь вдруг выдает “тайну”. Документ сей готовили человек 40 специалистов — из государственно-правового управления администрации Президента и т.д. Интересно, в каких целях пресс-секретарь приоткрывает завесу секретности в отношении имен соучастников преступления? В целях шантажа? Дескать, смотрите, мы все в одной связке — отвечать придется всем. Не думайте, что Президент один будет нести ответственность за все, что произошло. То же самое делает и Ельцин в своей книге позже...

Я опять потребовал встречи с Генеральным прокурором Казанником, сказал, что больше не буду отвечать ни на один вопрос следствия, пока не встречусь и не переговорю с Казанником. И действительно, перестал отвечать на вопросы следователей. Почти месяц они приходили в “Лефортово”, выполняли какие-то пустяковые процессуальные дела — типа подписать протоколы об ознакомлении с вводом в следственную группу новых следователей. О выводе некоторых из них. Об экспертизе и т.д. (Лысейко не появлялся с 30 декабря 1993 г. по 25 января 1994 г.)

... Представительная власть ликвидирована. Бюрократическая реванш- революция привела к абсолютному господству в государстве одну- единственную силу — чиновничество. Федеральное Собрание не способно даже закамуфлировать очертания деспотического режима с его всевластием исполнительного чиновничества. Голубая мечта мигранянов, сатаровых и прочих либералов второй половины 80-х годов — разработчиков доктрины “демократической диктатуры”. Правда, “демократическим диктатором” они видели Горбачева. Пригодился на эту роль и другой. Им-то какая разница! “Движение — все, цель — ничто”...

... Слушаю бесчисленные интервью по “Маяку” с представителями этой “новой силы”, с “бедными” президентами. Кругом — одни президенты: президенты фирм, президенты-мэры районов, президенты-мэры городов, президенты-губернаторы областей и краев, президенты республик. И все жалуются на свою горькую жизнь. Все начинают и заканчивают свои выступления с того, какие они способные, и как много они зарабатывали бы, если бы не историческая ответственность перед народом — приходится страдать. Поэтому за свой героический труд они с трудом кормят себя и свои семьи! Можно подумать — их насильно заставляют выполнять эту “героическую работу”. Честное слово — это просто комедия. Но комедию уже все воспринимают как прозу жизни. Вот в чем трагедия. Трагикомедия. Фарс и лицедейство — одновременно. Типичные явления, свойственные тираническим режимам...

...Внешняя политика, как и экономика, была для меня сферой в значительной мере известной. Позади — четверть века исследований по международным экономическим и политическим проблемам современного мира, сложным вопросам взаимоотношений “трех миров”. Видные политические деятели мира, их политические биографии, включая американских президентов, государственных секретарей и пр., — все это я изучал еще в университете в рамках очень интересного курса истории политических учений. Помнится, как наш умница-профессор приводил размышления Линкольна в Париже в кругу своих друзей накануне революции в Америке: какой способ правления избрать после достижения независимости американских колоний? Принцип монархии подорван навсегда — короля Георга и колонисты ненавидели. Но важно обеспечить содержательную сторону монархического правления, когда республиканизм выступает лишь внешней оболочкой этого монархического правления. Иначе... не поддержит даже русский царь. Как назвать высшее должностное лицо в новом независимом государстве? Не король — но с королевской властью. Но властью сменяемой, подконтрольной народу. Опыт только один — Древний Рим, Греция, Карфаген, обобщенный античными авторами и идеологами французского просвещения. Вот тогда и были найдены для будущей американской политической сцены такие понятия, как “Конституция”, “Сенат”, “Капитолий”, “Конгресс”, “разделение властей”. А имя предводителя одного из католических орденов дало наименование “президент”...