Читать онлайн «Что еще может Путин?». Страница 47

Когда мы говорим о «качественном» совершенствовании наркобизнеса, то мы имеем в виду расширение сети подпольных лабораторий на территории России, где стараниями профессиональных химиков создаются новые ранее неизвестные виды наркопродукции, вроде некой «экстази», которую сбывают в дискотеках и других местах скопления молодежи.

По-прежнему основной поток наркотиков идет к нам из Афганистана, где по существу под покровительством американских оккупационных сил создан крупнейший мировой центр по производству наркотиков. Отсюда наркотики идут через Таджикистан в Россию и частично достигают стран Восточной и Западной Европы. Наркотики используются против России как оружие массового поражения. Многие эксперты обращают внимание на то, что наркотики выбивают в основном русский этнос, об этом же говорит медицинская статистика.

Развитые страны Запада, ранее нас познавшие опасность распространения наркотиков, использовали разные меры в борьбе с этим злом. США в свое время объявили наркотики «национальным врагом № 1», создали специальные государственные структуры для борьбы с наркотрафиком, оказали существенную помощь правительствам тех стран, откуда наркотики поступали в США, для борьбы с местной наркомафией. Например, Колумбии были предоставлены авиасредства для обнаружения и уничтожения посевов конопли и мака, предоставлена помощь в подготовке кадров, выделены финансовые средства для технического вооружения подразделений, ориентированных на борьбу с производством наркотиков. США не остановились даже перед совершением вооруженной агрессии против Панамы в 1989 г. для захвата Мануэля Норьеги, тогдашнего руководителя Панамы, обвиненного в организации наркокартеля.

Да, в своем доме и его окрестностях США сделали немало для ограничения наркотического пожара. Они даже шли на контакты со своими злейшими врагами — кубинскими властями, чтобы максимально ограничить доступ наркотиков на свою территорию. А главное, средства массовой информации в США вели и ведут систематическую кампанию по противодействию распространению наркотиков в США. В результате им удалось за последние десять лет существенно ослабить наркотическую угрозу. Совсем иначе они ведут себя по отношению к наркодельцам в других регионах мира. Все, что не задевает интересы США и их граждан, их не волнует. Пусть наркотический геноцид полыхает где угодно, им наплевать.

Великобритания исторически была первой страной, наживавшейся на торговле наркотиками. Она была организатором и активным участником так называемых опиумных войн с Китаем (1840 и 1856—1860 гг.), в ходе которых принудительно заставила Китай открыть двери для ввоза английского опиума. Сейчас в Англии, как и во Франции, наркоман может быть в судебном порядке направлен на принудительное лечение, ибо он представляет общественную опасность. Такие страны, как Иран, Таиланд, Малайзия, Пакистан и др. ввели смертную казнь за провоз и торговлю наркотиками.

У нас в России нет эффективной системы защиты общества от этой напасти. Поведение правительства и законодательной власти дает основание полагать, что они выступают скорее потатчиками, чем противниками наркомафии. Правительство своими постановлениями утверждает недопустимо высокие количества наркотиков, которые может иметь при себе гражданин, не подвергаясь при этом опасности попасть под действие Уголовного кодекса (а никакие штрафы не беспокоят торговцев наркотиками, они для них, как слону дробина).

Отмывка денег в России не представляет никакого труда, ибо никто не интересуется происхождением средств у покупателя пакетов акций, крупной недвижимости и т. д.

Средства массовой информации практически не ведут никакой работы по противодействию распространению наркотиков. Поразительно, что и В. Путин ни разу не акцентировал внимание общественности на этой социальной угрозе. Почему бы это? Складывается впечатление, что власть заинтересована в максимальном снижении протестных настроений в молодежной среде, поэтому не просто смотрит сквозь пальцы на распространение наркомании и алкоголизма среди населения, а всячески способствует этому. Похоже, здоровые, умные люди не нужны нынешней власти.

Деградирующие, спившиеся жертвы порока, живущие только заботами, где бы добыть денег на очередную порцию дурмана, понятно, не могут быть полноценными гражданами, и в таком качестве они становятся дополнительным бременем для своих родных и близких. Всякие разговоры о том, что, дескать, легкие наркотики не опасны для здоровья и что лучше легализовать употребление «дури», чем бороться с ней, нельзя рассматривать иначе, как платные пропагандистские кампании наркомафии, добивающейся узаконивания своей деятельности. Для нас наркомания — путь к вырождению нации.

Как уже говорилось, после 1991 г. самым серьезным испытаниям в России подвергся вековой институт семьи. Внезапно распахнутые ворота для свободы во всех отношениях, бурное распространение порнографической литературы, фильмов вызвали разрушение традиционных форм интимной жизни граждан. Беспорядочность в сексуальных отношениях, соединенная с массовой проституцией, вскоре поставили перед обществом проблему СПИДа (синдром приобретенного иммунодефицита).

СПИД называют «чумой» нашего века. Эта смертельно опасная болезнь может передаваться из поколения в поколение, сводя родителей в могилу в раннем возрасте и обрекая детей на такую же судьбу. Вирус этой болезни передается половым путем и через кровь. Поэтому столь часты заболевания в среде наркоманов, пользующихся одними и теми же шприцами. Громкую огласку получили случаи, когда в медицинских центрах, в их банках крови, оказывается донорская кровь с вирусом СПИДа, что ведет к массовому заражению больных. В Ливии в самом начале нынешнего века произошел получивший широкую известность Драматический эпизод. Работавшие там по контракту болгарские медицинские сестры, сами того не ведая, переливая кровь, полученную из банка крови, невольно заразили несколько десятков пациентов СПИДом. Они были приговорены к смертной казни, от которой их спасло только заступничество мирового медицинского сообщества и болгарского государства.

Долгое время через «железный занавес» до нас только глухо доходили сообщения о нараставшем опустошении рядов наркоманов и гомосексуалистов в странах Запада под ударами СПИДа. Умиравшие от этой болезни люди нередко жертвовали свои состояния на борьбу с этим чудовищным злом, что содействовало привлечению внимания общественности и властей к этой проблеме. Во времена Советского Союза наши контакты с Западом были сведены к минимуму, денежными ресурсами наши граждан даже оказавшиеся за границей, как правило, не располагали. Понятия «советский» и «импотент» были почти синонимами в забугорной злачной среде. Правильно говорят, нет худа без добра. Наши идеологические и денежные ограничения держали нас подальше от таких «достижений» Запада, как СПИД.

С началом же демократических реформ раскрылись настежь российские двери и окна. Все действительные и мнимые ценности западной цивилизации явились сюда в наше незащищенное и неподготовленное к такому нашествию Отечество. Среди непрошеных гостей оказался и СПИД. Я был потрясен откровением одного из французских бизнесменов, побывавшим в начале 90-х годов в России. Он писал: «Российские власти не имеют понятия о состоянии здоровья своего народа. Нищета толкает молодых женщин отдаваться за 10 долларов первому попавшемуся проходимцу. Не ведающие опасностей подростки в ужасающей грязи общественных туалетов и подъездов колют себе наркотики, чтобы спастись хотя бы на время от еще более леденящего ужаса окружающей жизни».

До геополитической катастрофы, постигшей Россию в 1991 г., зловещую пальму первенства по темпам разгула СПИДа держали в своих руках три страны в мире: Уганда (которую вообще считают прародиной этой болезни), Таиланд (пользующийся репутацией секс-курорта) и Бразилия, но в этих странах высшее государственное руководство быстро осознало стратегическую угрозу, которую несет в себе СПИД. Были приняты меры как по мобилизации своего медицинского сообщества, так и помощи международных организаций. Необходимые законодательные, административные и пропагандистские шаги дополнили оборонительный арсенал общества. Темпы распространения СПИДа упали, эпидемию удалось взять под контроль. Но их место, увы, заняла наша родина.

Россия в период администрации В. Путина вышла на первое место в мире по темпам распространения СПИДа. Фундамент для такого «достижения» был заложен; разумеется, в предыдущие годы, когда происходило тотальное разрушение государственных и общественных структур, общепринятых норм морали и нравственности. В апреле 2004 года в Москве удалось собрать встречу министров стран-членов СНГ, ответственных за борьбу со СПИДом. В работе принимали участие и представители западных государств и органов здравоохранения. Вот там-то и были озвучены устрашающие факты и свидетельства о триумфальном шествии эпидемии СПИДа по всему постсоветскому пространству. Впервые было сказано, что за последние 10 лет число инфицированных выросло в 9 (!) раз и достигло 1,5 млн. человек. Горько сознавать, что Россия, даже на территории бывшего СССР, оказалась лидером в этой гонке за смертью, у нас инфицированных оказалось больше на 1 млн. (при всей относительности данных официальных органов здравоохранения).