Читать онлайн «Секретные войны Советского Союза». Страница 62

"Обученное китайскими советниками (коммунистами) командование Вьетминя использовало приемы, отличные от классических методов. Орудия устанавливались на позиции по одному… Они были размещены в защищенных от осколков блиндажах и стреляли через бойницы, или же прислуга для ведения огня выкатывала их из укрытия, а затем возвращала обратно, как только с нашей стороны начиналась ответная контрбатарейная стрельба. Такое применение артиллерии, возможное только благодаря наличию в горах, где размещались полевые и зенитные орудия Вьетминя, "муравьиных нор", опрокидывало все расчеты наших артиллеристов. Это была главная неожиданность, с которой мы столкнулись в ходе сражения" [498].

Потеряв в бою 6 офицеров убитыми, одного раненым, 325 унтер-офицеров, капралов и легионеров убитыми, ранеными или пропавшими без вести, французы были вынуждены оставить позицию. 14 марта пала вторая из окрестных позиций – холм Доклап ("Габриэль"), а 17-го капитулировал гарнизон, оборонявший позицию Банкео ("Анна-Мария) в том же северном секторе обороны. Причем значительный урон оборонявшимся был нанесен командами "смертников" (добровольцев-саперов), которые, обвешанные взрывчаткой, подрывались на французских позициях.

30 марта начался второй этап операции, который преследовал целью захват Центрального сектора Мыонгтхань и южный сектор Конгкум. Для этого была применена "тактика малых потерь", известная тактика окопной борьбы времен Первой мировой войны. Ее суть заключалась в следующем. От ближайшего укрытия к опорному пункту противника – объекту атаки – отрывался скрытый ход сообщения. Когда до объекта атаки оставалось несколько десятков метров, начинали отрывать траншею, которую использовали в качестве исходной позиции при штурме опорного пункта. Этими ходами сообщений некоторые опорные пункты отсекались от основных позиций, что часто вынуждало противника оставлять опорные пункты и отходить без боя. После овладения ближайшим пунктом ход сообщения наращивали далее на глубину обороны противника, к следующему опорному пункту [499]. Всего было проложено свыше 100 (по другим данным – 600) километров траншей и ходов сообщения. К концу апреля траншеи вьетнамских бойцов достигли центрального аэродрома, через который осуществлялось снабжение Дьенбьенфу. Оборона французов была расчленена на две изолированные группировки.

В ночь на 1 мая 1954 года начался третий, завершающий этап боевых действий. К этому времени 14 тысячам бойцов и командиров первого эшелона вьетнамских войск противостояли лишь 3 тысячи боеспособных солдат-французов. По воспоминаниям участников сражения, оборонявшиеся дрались с безрассудством обреченных. Позже эти бои будут названы западными историками "второй верденской мясорубкой", а самими вьетнамцами – "вьетнамским Сталинградом". К 17 часам 7 мая 1954 года (после четырехчасового штурма) Дьенбьенфу пал.

В этом сражении Франция потеряла убитыми и пленными 7184 человека, остальные сдались и дезертировали [500]. Потери вьетнамцев, по французским данным, составили не менее 10 000 убитыми и в два раза больше ранеными [501].

Описание событий сражения за Дьенбьенфу было бы неполным без хотя бы краткого рассказа о трех планировавшихся операциях, получивших название птиц: "Гриф" (Vulture), "Кондор" (Condor) и "Альбатрос" (Albatros). Задачей всех этих операций было спасти осажденный гарнизон в Дьенбьенфу от наступления частей генерала Зиапа. Две последние предусматривали переброску живой силы и вооружения в осажденный лагерь или прорыв кольца окружения силами пробившихся с боями, к месту сражения, дополнительных частей французского экспедиционного корпуса. Что же касается операции "Гриф", разработанной и предложенной американским военным руководством, то она предполагала проведение массированных авиаударов по расположению вьетнамских войск. На идее этой операции следует остановиться подробней, так как ее отголоски хорошо прослеживаются в действиях американской авиации в конце 1960-х – начале 1970-х годов.

Прелюдия операции "Гриф" началась с визита в Вашингтон 20 марта 1954 года генерала Эли, начальника штаба Вооруженных сил Франции. 26 марта он неофициально встретился (по просьбе последнего) с адмиралом Артуром Рэдфордом, являвшимся в то время председателем Объединенного комитета начальников штабов. Рэдфорд предложил французскому генералу, чтобы 75-100 американских бомбардировщиков В-29 ("Суперкрепость"), размещенных на авиабазе Кларк на Филиппинах, провели три или четыре ночных рейда к Дьенбьенфу и нанесли удар по войскам Зиапа. Эскортировать бомбардировщики должны были 170 истребителей палубной авиации ВМФ США, которые имелись на двух авианосцах, находившихся в водах Южно-Китайского моря или вблизи от них. В разговоре с Эли Рэдфорд выразил уверенность, что правительства США и Франции одобрят план. Далее состоялось обсуждение перспектив применения для тех же целей трех атомных бомб. После этого началась "раскрутка" плана операции в высших эшелонах власти.

Оппозицию "Грифу" возглавил генерал Мэттью Б. Риджуэй, начальник штаба сухопутных войск США и герой войны в Корее. Он поставил под сомнение эффективность бомбежек в Индокитае, которые, по его мнению, неизбежно приведут к вводу американских войск во Вьетнам. А такое развертывание событий не поддержит народ Соединенных Штатов. Более того, применение атомного оружия, не говоря уже о негативной реакции в мире, вызвало бы технические сложности. Тепловой эффект, ударная волна и радиация оказались бы практически в равной степени губительными как для коммунистов, так и для французских солдат. При этом возрастала опасность втягивания в конфликт коммунистического Китая и Советского Союза, что грозило началом третьей мировой войны. Убедительные доводы генерала Риджуэя поддержали генерал Натан Твининг, начальник штаба ВВС, и адмирал Роберт Карни, начальник управления морских операций.

Адмирала Рэдфорда, в свою очередь, поддержали Государственный секретарь США Джон Фостер Даллес, "непробиваемый" и "несгибаемый" борец с коммунизмом, и вице-президент Ричард Никсон. Причем последний выразил готовность поддержать ввод американских сухопутных сил во Вьетнам в случае неудачи бомбового удара.

Президент США Эйзенхауэр, ознакомившись с предложением, в характерной ему манере занял нейтральную позицию, дав, тем не менее, указания Даллесу вынести вопрос на обсуждение лидеров конгресса. Собрание конгрессменов состоялось 3 апреля в Белом доме, но не принесло сторонникам силового решения вьетнамской проблемы победы. Не поддержал план Рэдфорда и главный союзник – Британия. Уинстон Черчилль и министр иностранных дел Англии Энтони Иден выступили решительно против военных операций в Индокитае. Даже французы, кровно заинтересованные в победоносном разрешении сложившейся ситуации, колебались: 4 апреля они высказались за одобрение плана, 6 апреля – против. 23 апреля, когда ситуация в Дьенбьенфу для французов ухудшилась, они вновь поддержали план, но было уже поздно. Американцы не решились начинать операцию без хотя бы символического участия Англии [502].

Касаясь проекта использования в боевых действиях атомного оружия, нельзя не упомянуть и о планах применения так называемых ядерных фугасов [503]. Один из них предполагал минирование таким фугасом перевала My Джиа, самого узкого места на вьетнамо-лаосской границе, через которое по "тропе Хо Ши Мина" шло основное пополнение войск и боевой техники. Другие особые планы были направлены на применение ядерных фугасов на территории Северного Вьетнама. Во время осады Кхе Санга и окружения французов в Дьенбьенфу применение такого оружия серьезно рассматривалось руководством США. Есть также сведения о существовании плана уничтожения огромных американских тыловых баз в случае их захвата вьетнамцами.

Поражение под Дьенбьенфу, ставшее фактически последним аккордом в военно-политических комбинациях Франции в Индокитае, получило огромный резонанс в стране. Разразившийся в метрополии политический кризис привел к отставке французского правительства. По мнению некоторых историков, именно с Индокитая начался развал всей колониальной империи Франции.

Всего за время боевых действий Франция и ее союзники потеряли около 460 тысяч солдат и офицеров, что превышало военные потери Франции во Второй мировой войне [504]. В числе погибших было 314 офицеров, 1071 унтер-офицер, 8997 легионеров Иностранного легиона [505].

Материальные потери в войне оказались для Франции и ее вооруженных сил не менее удручающими, чем политические и моральные. Экономические затраты на ведение войны только в 1949 году составили около 100 млрд. франков, а в 1950 г. они достигли 150 млрд. Всего же Франция израсходовала на войну 2699 млрд. франков и 2,6 млрд. долларов, поступивших из США [506].