Читать онлайн «Секретные войны Советского Союза». Страница 160

Сначала министерство обороны долго искало оружие, когда же оно было найдено, то опять в немалом количестве попало в руки восставших.

Да и с повстанцами творились "чудеса". Так, в ходе боев были захвачены и разоружены около 300 человек. Их передали венгерской полиции. Но через несколько дней задержанных снова захватили с оружием в руках.

Позднее стало известно, что все задержанные были отпущены по распоряжению начальника полиции Будапешта Шандора Копачи, причем оружие им было возвращено.

23 октября в 23.00, получив приказ начальника Генерального штаба маршала В.Д. Соколовского, части Особого корпуса были подняты по тревоге и двинулись в Будапешт. Им предстояло совершить 75- 120-километровый марш. Расчет был на демонстрацию силы. Оперативная группа штаба Особого корпуса во главе с генерал-лейтенантом П.Н. Лещенко также выехала в столицу, где с большим трудом добралась до Министерства обороны ВНР.

Следует сказать, план действий войск Особого корпуса по поддержанию и восстановлению порядка в Будапеште и на территории Венгрии был разработан штабом корпуса и отработан на карте еще в июле 1956 года. Он получил кодовое наименование "Компас".

Согласно плану восстановление порядка в Будапеште возлагалось на 2-ю гвардейскую механизированную дивизию генерал-майора С.В. Лебедева. Она должна была выдвинуться из Кечкемета и взять под охрану основные объекты венгерской столицы. Ей определялись первоочередные объекты, а также силы и средства для их удержания.

17-я гвардейская механизированная дивизия генерал-майора А.В. Кривошеева должна была прикрыть границу с Австрией и обеспечить общественный порядок в пунктах постоянной дислокации – в городах Дьер, Кесег, Керменд, Сомбатхей. Части дивизии, дислоцированные в Хаймашкаре, составили резерв и предназначались для использования в Будапеште.

Остальным соединениям и частям корпуса предписывалось обеспечить общественный порядок в своих пунктах постоянной дислокации, а также удерживать и оборонять военные городки, аэродромы, склады и другие важнейшие объекты.

В специальной инструкции указывалось: порядок действия частей и подразделений в городе, задачи по охране и обороне объектов, порядок взаимодействия с частями ВНА и некоторые другие вопросы. Особо оговаривался порядок применения оружия [1397].

После доработки 20 июля 1956 года командир корпуса генерал-лейтенант П.Н. Лещенко утвердил новый вариант плана действия Особого корпуса, согласно которому частям корпуса для установления контроля над важнейшими объектами страны и Будапешта отводилось от 3 до 6 часов. После согласования с Москвой новый план получил кодовое название "Волна".

В то время, когда части Особого корпуса выдвинулись к столице, в венгерском министерстве обороны царили растерянность и неразбериха. Сведения о действиях восставших, венгерских частей и полиции поступали самые противоречивые. Министр обороны И. Бата и начальник Генерального штаба Л. Тот были в панике. В Будапеште к тому времени находилось около 7 тысяч венгерских солдат и 50 танков, рассредоточенных по множеству объектов. При этом никто не знал дислокацию и численность сил, находившихся в том или ином районе, насколько они были надежны и какое количество военнослужащих перешло на сторону восставших. В такой ситуации советскому командованию рассчитывать на взаимодействие и помощь венгерской армии не приходилось.

Первыми в Будапешт в 4 часа утра 24 октября вошли 37-й танковый полк во главе с заместителем командира 2-й гвардейской механизированной дивизии полковником Бичаном и мотоциклетный батальон подполковника Г. Добрунова. Полк получил задачу взять под охрану здания ЦК ВПТ, парламента, советского посольства, мосты через Дунай и освободить захваченный повстанцами Дом радио. Однако еще при входе в город советские части подверглись неожиданному обстрелу со стороны повстанцев. В результате нападения погибло несколько человек, в том числе командир роты мотоциклетного батальона капитан Петроченков. Несмотря на потери, наши солдаты, повинуясь приказу, огня не открывали.

Главные силы дивизии (5-й механизированный полк полковника Пилипенко, 6-й механизированный полк полковника Маякова, 87-й тяжелый танко-самоходный полк полковника Никовского) подошли к Будапешту только к 5 часам. Полки с ходу вступили в бой и за короткий срок очистили от вооруженных групп ряд важнейших объектов, в том числе вокзалы, мосты, и приступили совместно с ранее прибывшими полками к охране зданий ЦК ВПТ, парламента, министерств обороны и иностранных дел, советского посольства, банков, складов и аэродрома [1398]. К этому времени группировка советских войск в Будапеште насчитывала около 6 тысяч человек, 290 танков, 1236 бронетранспортеров и 156 орудий.

Во второй половине этого же дня к городу подошли 83-й танковый и 56-й механизированный полки 17-й гвардейской механизированной дивизии генерал-майора А. Кривошеева, которым была поставлена задача обеспечить поддержание порядка в западной части города – Буде и охранять мост через Дунай.

Совместно с советскими частями в городе стали действовать четыре дивизии ВНА (7-я мехдивизия, 8-я, 27-я стрелковые и 5-я мехдивизия 3-го стрелкового корпуса). 24-26 октября по приказу генерала Дюрко в Кучкемете венгерскими частями был уничтожен отряд повстанцев в 340 человек. Во время операции в Сабадсалаше убито 7 и ранено 40 мятежников. Вместе с тем на сторону повстанцев перешел ряд подразделений 8-го механизированного полка венгерской армии, строительные и зенитные части столичного гарнизона, отдельные офицеры и курсанты военной академии и училищ.

К исходу 24 октября войскам Особого корпуса в основном удалось выполнить поставленные задачи. Однако, как показали дальнейшие события, предпринятая силовая акция привела к ужесточению сопротивления повстанцев. Ситуация осложнилась уже на следующий день – 25 октября. По мнению Микояна и Суслова, прибывших в Будапешт 24 октября для выяснения обстановки в стране, венгерскую столицу всколыхнуло два события. Первое – инцидент у парламента, когда во время митинга с крыш и чердаков близлежащих домов по безоружным манифестантам и советским солдатам был открыт прицельный огонь, сожжен один танк. Среди погибших – командир полка майор В.П. Бачурин. Он был убит очередью из крупнокалиберного пулемета во время мирной беседы с демонстрантами. В ответ на провокацию советские подразделения и венгерские сотрудники госбезопасности ответили также огнем. По сей день нет точного ответа, кто же устроил эту провокацию. По одной версии, стрельбу с крыш начали сотрудники венгерского ГБ. По другим – группа вооруженных мятежников. Так или иначе, но в результате перестрелки было убито более 60 венгров (по более поздним данным – свыше 200 человек [1399]).

Генерал-лейтенант Е.И. Малашенко [1400] так вспоминает об этом инциденте:

"Многие подошли к стоявшим здесь танкам, забирались на них и втыкали знамена в стволы орудий.

С чердаков зданий, находящихся на площади против парламента, был открыт огонь но демонстрантам и советским военнослужащим. Два венгерских танка, сопровождавшие демонстрантов, сделали несколько выстрелов и исчезли. Командир одного из наших подразделений был убит.

Советские солдаты и сотрудники госбезопасности, охранявшие парламент, открыли ответный огонь по крышам зданий, откуда стреляли. На площади Лайоша Кошута возникла паника. Люди с первыми же выстрелами стали разбегаться в поисках укрытия. Когда перестрелка утихла, многие поспешили покинуть площадь. Двадцать два демонстранта были убиты, многие ранены. Погибли несколько наших военнослужащих и венгерских полицейских…" [1401].

Неизвестно, как отмечалось выше, кто стал зачинщиком этой провокации, но несомненно то, что она явилась следствием решения И. Надя об отмене комендантского часа. Оно было принято за несколько часов до инцидента у Парламента, без согласования с советским командованием.

Второе событие – перестрелка у здания ЦК – советские танкисты, прикрывавшие здание, ошибочно открыли огонь по подходящей венгерской роте охраны, приняв ее за отряд повстанцев; 10 венгров были убиты.

Возможно, именно этот инцидент и послужил поводом для публикаций, в которых утверждалось, что многие советские военнослужащие симпатизировали восставшим и оказывали им даже вооруженную помощь. Так, например, австрийская газета "Бильд Телеграф" от 31 октября 1956 года писала:

"Члены АВО (венгерские чекисты) начали стрелять в безоружных демонстрантов… Вдруг башни трех советских танков повернулись с 12 на 3 – так говорится на языке танкистов, и три командира танков по-русски скомандовали: "Огонь!" – но не в демонстрантов, а в чекистов Венгрии. Коммунистические чины безопасности пали под снарядами танков Советской армии. Это было самое большое геройство в истории этой советской воинской части и полнейшее крушение официальной коммунистической идеологии…" [1402].