Читать онлайн «Чем женщина отличается от человека». Страница 55

Что больше всего беспокоит тетеньку-феминистку? А вот что: «Если равные права закреплены в Конституции России и различных законодательных актах, то равные возможности… лишь декларированы».

Им уже мало равноправия. Теперь они хотят превышения женских прав над мужскими. Надеясь этим добиться равных результатов, чего без преференций и дискриминации мужчин никогда не добьются – просто по своей природной неконкурентности. Я в данном случае говорю не обо всех, а о подавляющем большинстве женщин. Потому что исключения существуют всегда. Эта исключительность феминисток и карьеристок, эта их похожесть на мужчин есть не что иное, как обычное психологическое уродство, и связана с особенностями формирования плода в утробе матери, дефектов воспитания и пр. И вот эти-то сильные мужико-женщины, чувствующие в себе конкурентный потенциал, полагают, что все женщины такие. Они так полагают, поскольку люди всегда о других судят по себе – а больше им не по кому судить: человек более-менее хорошо знает и понимает изнутри только себя и то не до конца. Человек сам для себя всегда есть точка отсчета, начало всех мировых координат.

Вместо того чтобы поискать проблемы в себе, ответить, почему они столь отличаются повышенной возбудимостью и агрессивностью от нормальных женщин, феминистки ищут проблемы вовне. И находят. Это так естественно – обвинять других, а не себя. И тогда оказывается, что женщины выполняют роль хранительниц очага не потому, что непосредственная забота о потомстве в логове прямо соответствует животной сущности самок, а в результате глобального мужского заговора. А мужчины, оказывается, охотятся, воюют и погибают не потому, что это прямо соответствует животной сущности самца, а потому что им это просто нравится.

Основываясь на своих мифических теориях (женские науки), российские уродки тоже требуют квот – в политические партии, в парламент: «Догрузите принудительно женским элементом законодательную власть!» При этом их кухаркины мозги совершенно не понимают, что требование квот – это не только публичное унижение женщин (официальное признание того, что без форы бабы сами ничего не способны достичь), но и реальное ущемление прав избирателей – причем женщин, поскольку среди избирателей большинство составляют женщины! Феминистки во имя своих идей хотят отнять у женщин свободу – свободу выбора. Зная, что женщины-избиратели не голосуют за женщин-политиков, они просто хотят лишить избирателей самой возможности сделать «неправильный выбор». Избирательницы не хотят баб в парламенте? Ну, так мы их и спрашивать не будем! Для их же пользы. Загоним этих тупых сучек железным кулаком феминизма к счастью.

…Феминистки только на словах хотят дать женщинам права, но на деле, как видим, ущемляют эти права…

Они обвиняют общество в сексизме. Но именно мифологичность самой основы социал-феминизма является характерным признаком сексизма! Объясняю: говоря, что женщинам нужны квоты в парламенте для защиты «женских интересов», феминистки тем самым предполагают само наличие общих для всех женщин интересов. Они верят, что у женщин есть групповые интересы! Точно так же, как антисемиты верят, что все евреи одним миром мазаны и всегда вредят гоям. Вера в групповые интересы (евреев, женщин, арийцев et cetera) – первейший признак нацизма. Феминистки не рассматривают женщин как отдельных личностей, у которых могут быть разные взгляды на разные вопросы. Феминистическая религиозно-классовая вера состоит в том, что наличие женских половых признаков уже автоматически сбивает всех женщин в одну кучу с одинаковыми предпочтениями – разумеется, тождественными предпочтениям феминисток. И эти мифические «интересы женщин» феминистки и взяли на себя смелость защищать. От самих защищаемых. Бешеные попросту прикрываются массами женщин, не спрашивая тех ни о чем. А на деле защищают только свои иллюзии.

И если какая-то женщина в обществе победившего феминизма посчитает, что ей хочется вовсе не того, что руководящей партии, ей же будет хуже. Предателям всегда хуже, чем врагам.

Они очень любят бороться. Любят искать везде вредительство, происки. Анализируя российскую реальность, наши подрастающие и подающие большие надежды бешеные везде находят дискриминацию и гендерное неравенство. Даже в том, что женские фамилии в русском языке заканчиваются на «-ова» или «-ева»!

Вот цитата из феминистического трактата, «доказывающая» это: «Окончание фамилии претендента (в списке для голосования – А.Н.) указывает на принадлежность претендента к мужскому или женскому полу. Таким образом, система алфавитных списков является гендерно асимметричной, так как, если кандидаты – однофамильцы, на первом месте в списке будет стоять фамилия мужчины, и выбор ведется от первого ко второму месту».

Сколь блистательная игра ума! Получается, что все люди, которые носят фамилию не на букву «А» и потому стоят в списке не первыми – дискриминированы. Предлагаю в целях ликвидации дискриминации дать всем людям одну и ту же фамилию и одно и то же имя. И пусть они состоят из одной буквы «а». Чтобы никому не обидно было.

Для меня было большим удивлением, когда я узнал, что многие российские граждане и гражданки (не феминистки – тем по штату положено) до сих пор верят в матриархат.

Они всерьез полагают, что был на Земле такой период в истории человечества, когда женщины стояли у власти, а мужчины им прислуживали – так во всяком случае представляется матриархат обычным гражданам. Типа, правительницы и высший класс – женщины, а мужики – по хозяйству прибираются.

И это еще что! Пару-тройку лет назад одна газета (не будем делать идиотам рекламу) написала, что онанизм… вреден для здоровья. Просто поразительно, насколько живучи всякого рода антинаучные сказки. Про онанизм, от которого слепнут. Про телегонию. Про то, что ученые измерили вес души. Про матриархат…

Честное слово, писать, что Земля круглая, в XXI веке как-то поздновато уже и потому неохота. Но раз подобная безграмотность еще существует, и раз отдельные, не шибко образованные феминистки размахивают флагом матриархата, крича: вот же, было, значит, можно сделать цивилизацию на других принципах!.. Я немного остановлюсь и на этой теме.

«Матриархат – гипотетическая форма социального устройства, в которой семейная и политическая власть принадлежит женщинам», – так определяют это понятие словари. Первым придумал матриархат швейцарец Баховен в XIX веке. Основанием для столь затейливой придумки был анализ… античных мифов. Поскольку идея была революционна, а весь XIX век – это век революций, ее подхватили: уж больно удачно новая теория подмывала устои тогдашнего общества. Все, что подмывало устои, – было очень в кассу.

Энгельс немедленно переписал новинку к себе в «Происхождении семьи, частной собственности и государства». А оттуда она пошла кочевать как признанная теория.

Время шло, самое пристальное внимание исследователей было приковано к примитивным обществам. Антропологи и этнологи изучали по всему миру дикие племена, стараясь найти какое-нибудь матриархатное. Матрилинейность – нашли. Власти женщин – не обнаружили. Матрилинейность – это система наследования по женской линии и отслеживание предков по женской линии. Эта штука у древних действительно была распространена. Ясно, почему: кто отец ребенка – хрен разберешь, все приложились. А вот с матерью ошибок быть не может.

Кстати говоря, в некоторых поныне живущих диких племенах аборигены до сих пор не верят, что секс как-то связан с продолжением рода. У них нет отцов в нашем понимании этого слова! Девятимесячный срок между сексом и рождением ребенка кажется представителям этих племен настолько огромным, что никакой причинной связи они здесь просто не улавливают. Антропологи, которые открывали дикарям глаза на связь между сексом и деторождением, были аборигенами осмеяны. Эта гипотеза больших белых братьев показалась дикарям дикой, приводимая ими в ответ аргументация против была железной: если бы секс был связан с деторождением, рожали бы только красивые женщины, а у нас рожают даже такие страшные, с которыми ни один нормальный мужчина не ляжет!.. Попробуй оспорь! Скорее усомнишься в связи секса с детопроизводством.

От «безотцовщины», как вы понимаете, один шаг до матрилинейности. Но чтобы бабы руководили мужиками… Даже предполагать такое странно, ведь у нашего вида, как практически у всех приматов, самец доминантен, поскольку он более крупный и более сильный. Соответственно, облик социальной структуры общества совершенно естественным образом стал слепком со стада приматов – с его иерархической структурой и главенством самца.

Относительно равноправное (но, конечно же, не главенствующее) положение женщин было в некоторых древних царствах-государствах. Были даже женщины-царицы. Была Хатшепсут в Египте. Были Екатерины в России. Были разные королевы в Европе… Но самка на троне – это еще не матриархат, согласитесь. Потому что вся система общества при любой царствующей особе остается прежней системой мужского доминирования.