Читать онлайн «Гарри Поттер и принц-полукровка (перевод Snitch)». Страница 79

Всю следующую неделю Гарри ломал голову, как же уговорить Снобгорна отдать правдивое воспоминание, но ничего похожего на блестящую идею его не осеняло. Оставалось только продолжать то, к чему его все больше тянуло в последнее время, когда он бывал в растерянности: углубляться в свою книгу по зельеварению в надежде найти что-нибудь подходящее в каракулях Принца на полях книги, как случалось уже не раз.

— Там ты ничего не найдешь, — безапелляционно заявила Гермиона поздним воскресным вечером.

— Опять ты за свое, Гермиона, — поморщился Гарри. — Да если бы не Принц, Рон бы сейчас здесь не сидел!

— Сидел, если бы ты внимательно слушал Снейпа на первом курсе, — отмахнулась Гермиона.

Гарри ее не слушал. Он как раз нашел заклинание «Сектумсемпра!», вписанное на полях над интригующей пометкой «Для врагов», и ему уже не терпелось попробовать его, однако сейчас, в присутствии Гермионы, момент был неподходящий, и он просто украдкой загнул уголок страницы. Они сидели у камина в гостиной, где кроме них бодрствовало еще лишь несколько шестикурсников. Волна оживления прокатилась здесь чуть раньше, когда они вернулись с ужина и обнаружили на доске новое объявление, в котором сообщалось о дате зачета по аппарации. Те, кому исполнялось семнадцать лет к дате первого зачета, то есть к двадцать первому апреля, могли, по желанию записаться на дополнительные практические занятия, которые планировалось провести (под строгим надзором) в Хогсмиде.

Прочитав это объявление, Рон запаниковал: ему до сих пор никак не удавалось аппарировать, и он боялся, что будет не готов к зачету. Гермиона, которой это удалось уже дважды, держалась немного увереннее, а Гарри, в связи с тем, что до семнадцати ему оставалось еще целых четыре месяца, не мог сдавать зачет вместе с ними, независимо от готовности.

— Но ты зато хоть умеешь аппарировать! — с досадой проговорил Рон. — Уж тебе-то в июле все нипочем будет!

— У меня получилось всего раз, — напомнил ему Гарри: на прошлом занятии ему только-только удалось исчезнуть и вновь возникнуть в своем обруче.

Потратив много времени на громогласное выражение беспокойства по поводу аппарации, Рон теперь страдал над завершением дьявольски сложного сочинения для Снейпа, с которым Гарри и Гермиона уже справились. За свое Гарри уж точно должен был получить низкую оценку, поскольку он был не согласен со Снейпом по вопросу о том, как лучше всего обращаться с дементорами, но ему было все равно: теперь его ничто так не волновало, как воспоминание Снобгорна.

— Повторяю, Гарри, этот дурацкий Принц тут тебе не помощник! — заявила Гермиона чуть громче. — Есть только один способ силой добиться от кого-либо того, что тебе надо — это заклятие Империус, а оно незаконно…

— Да, спасибо, это я знаю, — отвечал Гарри, не отрываясь от книги. — Вот я и ищу что-то другое. Дамблдор говорит, что тут и сыворотка правды не поможет, но ведь может же быть что-нибудь еще — какое-нибудь зелье или заклинание…

— Ты не там ищешь, — не унималась Гермиона. — Ведь Дамблдор говорит, что только ты можешь добыть это воспоминание. А это значит, что ты способен уговорить Снобгорна, что не под силу никому другому. Вопрос не в том, чтобы подсунуть ему зелье — это смог бы всякий…

— Как пишется «воинственный»? — спросил Рон, усердно встряхивая перо и не отрывая глаз от своего пергамента, — не может же оно писаться В… И… Л…

— Нет, конечно, — отозвалась Гермиона, вырывая у него пергамент. — Да и слово «предзнаменование» не начинается с букв Б… Р… Э. Каким это пером ты пишешь?

— Самопроверяющим от Фреда и Джорджа, но у него, видимо, иссякла сила заклинания.

— Да уж, наверное, — согласилась Гермиона, указывая на заголовок его сочинения, — потому что нас просили написать, как обращаться с дементорами, а не с «доломитами», а еще я что-то не припомню, когда ты успел сменить имя на «Рунил Уазлиб».

— О, нет! — взмолился Рон, в ужасе уставившись на пергамент. — Только не говори, что мне придется все это переписывать заново!

— Да не волнуйся, исправим, — смилостивилась Гермиона, снова подтягивая к себе сочинение и вынимая волшебную палочку.

— Я люблю тебя, Гермиона! — воскликнул Рон и откинулся на стуле, устало протирая глаза. Гермиона чуть покраснела, но обронила только: — Смотри, чтобы Лаванда тебя не услышала!

— Не услышит, — пробубнил Рон, закрывая лицо руками. — Или нет, пусть слушает! Может, тогда она со мной расстанется.

— Почему бы тебе самому с ней не расстаться, если тебе так хочется? — спросил Гарри.

— А ты сам-то когда-нибудь кого-нибудь отшивал? — возразил Рон. — Ведь вы с Чу просто…

— Вроде как разошлись? Ну да, — сказал Гарри.

— Вот если бы и у меня с Лавандой так получилось, — мрачно проговорил Рон, наблюдая, как Гермиона молча постукивает кончиком палочки по каждому неправильно написанному им слову, а те сами исправляются прямо на странице. — Но чем больше я намекаю на то, что хочу положить всему этому конец, тем крепче она цепляется. Это все равно, что встречаться с гигантским кальмаром!

— Ну вот и все, — сказала Гермиона минут через двадцать, возвращая Рону его сочинение.

— Громаднейшее тебе спасибо! — ответил Рон. — А можно я напишу заключение твоим пером?

Гарри так и не нашел пока ничего подходящего в записях Принца-полукровки и огляделся. В гостиной уже никого не осталось, кроме их троих: Шеймус только что отправился в спальню, на чем свет стоит ругая Снейпа и свое сочинение. В наступившей тишине раздавалось лишь потрескивание огня да поскрипывание пера Гермионы, которым Рон дописывал последний абзац своего сочинения о дементорах. Гарри только-только закрыл книгу Принца-полукровки и сладко зевнул, как вдруг…

Тресь!

Гермиона невольно тихо вскрикнула, Рон разлил чернила на свежезаконченное сочинение, а Гарри воскликнул:

— Скрипун!

Домашний эльф низко поклонился и обратился к своим шишковатым ступням:

— Хозяин сказал, чтобы ему регулярно докладывали о том, что делает мальчик Малфоев, вот Скрипун и пришел доложить…

Тресь!

Рядом со Скрипуном появился Добби, его ночной колпак съехал набекрень.

— Добби тоже помогал, Гарри Поттер! — запищал он, бросая на Скрипуна взгляд, исполненный отвращения. — А Скрипуну надо было предупредить Добби, когда он собрался к Гарри Поттеру, чтобы доложить вместе!

— Это еще что такое? — спросила Гермиона, все еще не в силах оправиться от внезапного появления этих двоих. — Что происходит, Гарри?

Гарри отвечал не без колебаний — он не рассказывал Гермионе о том, что велел Скрипуну и Добби следить за Малфоем, а ведь она всегда так переживала из-за нарушения прав домашних эльфов.

— Ну, в общем… они следили за Малфоем по моей просьбе, — выдавил он наконец.

— День и ночь, — проворчал Скрипун.

— Добби не спал целую неделю, Гарри Поттер! — гордо возвестил Добби, покачиваясь от усталости.

Гермиона выглядела возмущенной.

— Ты не спал, Добби? Но Гарри, не мог же ты потребовать, чтобы он не…

— Да нет, конечно! — быстро откликнулся Гарри. — Добби, можешь спать, хорошо? Ответьте только, удалось кому-то из вас что-нибудь выяснить? — поспешно спросил он, пока Гермиона снова не вмешалась.

— Молодой господин Малфой в каждом движении исполнен благородства, подобающего его чистой крови, — тотчас закаркал Скрипун. — Черты его напоминают тонкую кость моей госпожи, а манеры отличаются…

— Драко Малфой — нехороший мальчик! — сердито заверещал Добби. — Нехороший мальчик, который… который… — он содрогнулся от кисточки своего ночного колпака до кончиков носков, а затем ринулся к огню, будто собирался туда нырнуть. Гарри, отчасти ожидавший чего-то подобного, поймал его за середину туловища и крепко держал. Добби сопротивлялся несколько секунд, а затем обмяк.

— Спасибо, Гарри Поттер, — задыхаясь, произнес он. — Добби все еще трудно говорить плохо о своих старых хозяевах, — Гарри отпустил его; Добби поправил колпак и с вызовом обратился к Скрипуну: — Но Скрипун должен знать, что Драко Малфой — плохой хозяин для домашнего эльфа!

— Да, нам не надо твоих излияний о любви к Малфою, — сказал Гарри Скрипуну. — Давай перемотаем эту пленку и послушаем, куда же он все-таки ходил.

Со свирепым видом Скрипун снова поклонился, а потом изрек:

— Молодой господин Малфой ест в Большом зале, спит в спальне в подземельях, посещает занятия по множеству…

— Добби, скажи-ка лучше ты, — вмешался Гарри, перебив Скрипуна на полуслове, — ходил он куда-нибудь, куда не должен был?

— Гарри Поттер, сэр, — запищал Добби, сверкая огромными блюдцами глаз в отблесках камина, — мальчик Малфоев не нарушает никаких правил, насколько может судить Добби, но он все равно осторожен и опасается слежки. Он регулярно появлялся на восьмом этаже, всякий раз в сопровождении разных учеников, которые стоят на страже, пока он входит…