Читать онлайн «Близко-далеко». Страница 110

Много сходства с судьбой Хикмета имела и судьба Махмуда, курсанта египетской военной школы в Каире, с которым наши советские друзья катались на лодке по Нилу. Постепенно повышаясь в чинах, он стал артиллерийским полковником. Идеи воинствующего национализма, владевшие Махмудом уже тогда, в момент его встречи с Петровыми и Потаповым, еще более укоренились в его сознании позднее и толкнули на путь борьбы против англичан и короля Фарука. Махмуд стал видным членом одной военной группировки, поставившей целью превращение Египта в действительно независимую страну. Летом 1952 года Махмуд сыграл крупную роль в военном перевороте, приведшем к низложению короля Фарука и его изгнанию из Египта. Потом он стал одним из наиболее горячих приверженцев Гамаль Абдель Насера и активно содействовал избранию его президентом Египетской Республики. Махмуд был душой того движения, которое в 1956 году привело к национализации Суэцкого канала. А когда Англия, Франция и Израиль напали на Египет, Махмуд храбро сражался против превосходящих сил противника и завоевал себе большую популярность как среди военных, так и среди гражданского населения. Это открыло ему дорогу в руководящие круги нового режима, где он занимает сейчас видное место. В области политики Махмуд пока остается на позициях узкого национализма. Есть признаки, однако, что такое положение перестает его удовлетворять и что он начинает искать чего-то нового и более созвучного нашей эпохе. К чему приведут Махмуда эти поиски, покажет будущее…

Однако самой яркой и драматичной оказалась судьба Киви. Ему больше не удалось вернуться в Каир и продолжать учебу в арабском университете: условия военного времени этому помешали. Киви остался дома, среди своего племени, и стал помогать отцу, вождю племени. Киви не забыл своих советских друзей и много думал о них и обо всем, что от них узнал и услышал. Больше всего его занимал вопрос, почему Петровы и Потапов столь дружески относятся к черным и как устроить так, чтобы африканцы могли жить свободными людьми. Ясного ответа на эти вопросы у Киви не было. Он пробовал беседовать на волнующие его темы с отцом, но тот только отмалчивался и говорил: «Забудь обо всем этом! Ничего такого никогда не будет!»

Но Киви не мог забыть и продолжал думать. Он часто говорил себе: «Почему ничего такого никогда не будет?.. Ведь есть же белые, не похожие на белых! Я сам провел с ними десять дней… Раз есть такие белые, черные тоже могут стать свободными. Надо только иметь смелость и волю к борьбе». Скоро Киви заметил, что некоторые из его сверстников обнаруживают большой интерес к мыслям и чувствам, которые не давали покоя Киви. Мало-помалу около Киви сложился кружок молодежи, которая видела в нем своего вождя. Когда по окончании войны английские власти сделали попытку восстановить в полной силе суровый колониальный режим, несколько ослабевший в военные годы, кружок Киви ощетинился. Отец Киви упрашивал своих соплеменников «не раздражать» англичан, но сын Киви с этим не был согласен. Однажды произошел взрыв.

К племени Киви прибыли сборщики податей в сопровождении взвода солдат и потребовали уплаты недоимок, образовавшихся во время войны. Тщетно отец Киви умолял колонизаторов не губить племя и не отбирать у него скот и продовольствие – колонизаторы были неумолимы. К концу третьего дня они закончили свою «работу» и с рассветом собирались двинуться дальше. Но тут произошло нечто совершенно неожиданное: ночью кружок Киви напал на мирно спавших англичан, разогнал их, ранив двух человек, и отнял награбленное ими имущество племени. Спустя два месяца прибыл карательный отряд и устроил жестокую расправу с сородичами Киви: многие были убиты или ранены, еще больше, в том числе отец Кивы, арестованы и отправлены в концентрационный лагерь. Молодому Киви удалось бежать, он ушел в лес и вместе с другими единомышленниками создал здесь партизанский отряд, который стал грозой местных колонизаторов.

В течение ряда лет Киви руководил в своей округе вооруженной борьбой против англичан и их приспешников из числа местного населения. Постепенно число его бойцов возрастало, их военный опыт обогащался, вооружение улучшалось. Киви отличался необыкновенной смелостью, находчивостью и ловкостью. Имя его стало легендарным. Колонизаторы гонялись за ним по пятам, но никогда не могли захватить. Как-то раз Киви в сопровождении небольшой группы своих бойцов попал в засаду. Его поймали, сковали и решили для устрашения туземцев публично повесить. В ту же ночь весь отряд Киви бросился на помощь своему вождю, и к утру следующего дня Киви был освобожден.

В другой раз Киви со всеми своими бойцами был осажден колонизаторами на вершине бесплодной и безводной горы. Вдобавок самолеты то и дело сбрасывали на них бомбы. В течение двух недель партизаны бешено сопротивлялись. Потом вышли все припасы. Голод и жажда, усугубляемые действием жгучего солнца, стали косить повстанцев. Англичане уже твердо рассчитывали на полную ликвидацию опасной «банды»… Их ждало новое разочарование. Киви решил во что бы то ни стало пробиться через кольцо блокады – и он пробился! Правда, половина отряда погибла в бою, но зато другая половина, во главе с самим Киви, вырвалась на волю и, быстро пополнив свои ряды, продолжала свою благородную деятельность.

Так продолжалось до 1955 года, когда состоялась Бандунгская конференция, и волна национально-освободительного движения стала все больше захватывать Африку, Киви понял, что одной партизанской армии для освобождения племени недостаточно. Появилась надобность в создании политических организаций, которые в момент победы могли бы взять на себя управление вновь возникающим государством. Киви пригласил в свой лагерь всех виднейших представителей своего племени, и после долгих прений и бурных столкновений большинство мудрейших решило образовать «Народно-демократическую партию», вождем которой стал Киви. Меньшинство, расколовшееся, в свою очередь, на две группы, создало две другие партии, отражавшие интересы и настроения более отсталых элементов племени. Между этими тремя партиями сразу же началась борьба. Английские власти, покровительствуя партиям меньшинства, открыли преследование партии, руководимой Киви, вынудив ее вести полулегальное существование. Однако влияние этой партии быстро росло и укреплялось.

«Народно-демократическая партия» твердо и открыто провозгласила лозунг национальной независимости и полной ликвидации колониального режима. Под этим знаменем племя Киви вело упорную борьбу с англичанами на протяжении последующих лет. Борьба шла с переменным успехом: были тут у Киви и победы и поражения, но все-таки общая линия развития шла вперед и выше. Не распуская своих партизанских отрядов, Киви теперь отдавал все больше внимания политике. Здесь он также обнаружил незаурядные способности. Борьба Киви и его племени еще не закончена, они еще не добились официального признания своей независимости, однако фактически в их жизни очень многое изменилось, и они твердо надеются уже в самом близком будущем окончательно сбросить с себя цепи империализма…