Читать онлайн «Томек ищет Снежного Человека». Страница 51

С истинно восточным спокойствием Пандит Давасарман отвечал на многочисленные вопросы обитателей деревушки и раздавал им мелкие подарки. Вскоре он завоевал благорасположение тогликов и начал переговоры относительно обмена своих уставших лошадей на новых. К сожалению, бедные горцы не располагали нужным количеством лошадей. После длительных переговоров удалось обменять всего лишь пять вьючных животных и одного очень измученного коня, на котором до этого ехал боцман. Стоит сказать, что немаловажную роль в успехе переговоров сыграли три золотых самородка, которые Смуга достал из мешочка, полученного в наследство от брата.

Лошади обошлись очень дорого, но Смуга ничего не жалел, потому что стремился заполучить животных, способных перенести длительный и трудный поход. Однако, не желая излишней щедростью возбуждать подозрения пастухов, Пандит Давасарман долго торговался, и в качестве придачи к лошадям выторговал красивые узорчатые попоны и несколько кожаных бурдюков для воды.

После суточного отдыха путешественники оставили гостеприимную деревушку. Спустя два дня они очутились уже в долине реки Тарима, то есть в Восточном Туркестане. Эта огромная овальная котловина, окружена с трех сторон горными цепями: Тянь-Шань, Памир и Куньлунь. В центре котловины находится грозная пустыня Такла Макан[146]. На севере протекает река Тарим[147], берущая начало на склонах высоких гор. Жители, в большинстве своем туркмены, киргизы и китайцы, сосредоточились в оазисах у подножия гор, то есть там, где можно было найти воду и кусок плодородной земли.

Путешественники ехали вдоль хребта Куньлунь. Тяжелая дорога вела в Каргалык[148], расположенный на древнем караванном пути. Приближаясь к городу, они все чаще стали встречать группы горцев, спешивших на ярмарку. Путешественники медленно пробивали себе путь среди пешеходов и навьюченных корзинами ишаков. Пандит Давасарман отвечал на приветствия путников. Остальные путешественники не знали местного наречия и ехали молча, чтобы не возбудить излишнего любопытства со стороны туземцев. Вот вдали показались строения городка.

Пандит Давасарман первый заметил отряд китайских солдат, идущий им навстречу. Он дал знак путешественникам, чтобы они постарались как можно лучше скрыть свои лица в воротниках тулупов. Увидев мундиры воинов, напоминавшие скорее одеяния пиратов, чем солдат, боцман и Томек обменялись веселыми взглядами. На плечи воинов из-под ярких платков завязанных узлом на затылке, спускались черные косы. На груди и на спине каждого солдата виднелись белые квадраты с иероглифами, обозначавшими его фамилию и фамилию командира отряда. Мундир дополняли широкие шаровары, подвязанные внизу у самой щиколотки, и черные башмаки. Вооруженные старыми ружьями, солдаты гуськом шли по краю дороги. Впереди шагал командир. Рядом с ним рысцой бежал переводчик[149], одетый в длиннополый халат.

Командир небрежно рассматривал встреченных. Заметив всадников, закутанных в тулупы, и сопровождавших их вьючных лошадей, он что-то приказал солдатам. Переводчик немедленно произнес на местном наречии:

– Откуда и куда едете?

– Мы – русские купцы. Едем из Маргилана[150] в Хотан, – ответил Пандит Давасарман, осадив коня возле командира.

Китаец выслушал ответ переводчика и снова задал вопрос:

– Зачем и к кому едете в Хотан?

– В Хотане мы никого не знаем. Везем туда шелк на продажу, – ответил Пандит Давасарман и выразительно оглянулся на своих спутников.

По этому знаку Смуга и боцман приблизились к нему. Томек и Вильмовский незаметно всунули правые руки под тулупы.

– Развяжите вьюки, мы хотим посмотреть этот шелк, – приказал командир через переводчика.

– Хорошо, мы сейчас покажем вам содержимое наших вьюков, но раньше я покажу вашему командиру письмо, которое мы везем амбаню[151] Хотана, – сказал Пандит Давасарман.

Пока переводчик повторял его слова, Пандит медленно всунул правую руку под тулуп, а левой заставил коня повернуться боком к китайцу. Солдаты беспорядочной группой столпились за своим насупившимся командиром. Пандит Давасарман наклонился к китайцу, будто хотел подать ему документ. И вдруг он выхватил из-под тулупа руку, вооруженную тяжелым револьвером. Захваченный врасплох командир отряда не успел увернуться. Мощный удар рукояткой револьвера по голове повалил его на землю. Смуга и боцман соскочили с лошадей и направили револьверы на изумленных солдат. Те поняли свое бессилие, увидев, что остальные всадники наезжают на них лошадьми, угрожая револьверами и винтовками.

– Не оказывайте сопротивления, и ничего с вами не случится! – воскликнул Пандит Давасарман. – Мы не отнимем у вас оружия, но вы должны отдать нам патроны!

Испуганный неожиданной атакой, переводчик поспешно перевел солдатам требование путешественников. Но, несмотря на это, солдаты не проявили опасений. Они шепотом стали советоваться друг с другом.

– Боцман, я им приказал отдать патроны. Попроси их, чтобы они не слишком долго думали, – сказал Пандит Давасарман на превосходном русском языке.

Великан-боцман всунул револьвер за пояс тулупа. Томек и Удаджалак соскочили с коней.

– А ну-ка, отойди немного, дружище, – по-русски обратился боцман к Смуге.

Суковатой лапой он схватил первого попавшегося под руку солдата за рубашку на груди. Как перышко, одной рукой поднял его в воздух, а второй вырвал у него ружье и бросил на землю. Китаец что-то визгливо крикнул, но боцман с силой швырнул его прямо в группу солдат. Один из них замахнулся на великана прикладом. К солдату тут же подскочил Томек, схватил обеими руками за ствол ружья и дернул его назад, от чего китаец упал на землю. Удаджалак прикладом ударил в спину ближайшего противника. На этом битва закончилась.

После короткого сопротивления китайцы побросали ружья на землю. Боцман, Томек и Удаджалак обыскали солдат. Они с удивлением обнаружили, что только у одного из них был патрон, а у второго три патрона. Все ружья оказались незаряженными.

– Ну, ну, не очень-то хорошо вооружены защитники китайского богдыхана, – сказал боцман. – Вы видите они хотели напугать нас палками!

Очнувшийся командир что-то закричал по-китайски.

– Что ему надо? – спросил Пандит Давасарман у переводчика.

– Не обижайтесь на меня, благородный господин, но он говорит, что даром это вам не пройдет. Он обещает вас арестовать в Каргалыке и передать Шаб-Беку-паше[152].

– Прекрасно, мы подтвердим, что он и его солдаты хорошо выполнили свой долг. А теперь прочь от нас, потому что мы будем стрелять!

К удивлению испуганных крестьян, караван тут же продолжал свой путь к городу. Пандит Давасарман даже не оглянулся назад, но, как только они очутились за холмом, приказал съехать с дороги и направиться на север. Вскоре Каргалык и его крепостные стены исчезли на горизонте. Пандит Давасарман умерил бег лошадей.

– Мы здесь в безопасности, – сообщил он спутникам. – Они не станут преследовать нас в безводной пустыне.

– Но и мы легко можем погибнуть среди ее песков, – сказал Томек.

– Не бойся, как-нибудь не погибнем, – успокоил его Пандит Давасарман. – В ближайшем оазисе мы наполним бурдюки водой и купим корм для лошадей. Я уже три раза был в этих краях.

– Чего вы так испугались? – спросил боцман. – Солдатам не догнать нас пешком.

– А ты не обратил внимания, благородный сагиб, что из всех людей, которые шли в город, китайцы задержали только нас? Это не показалось тебе подозрительным?

– Пандит Давасарман прав, меня тоже удивила та настойчивость, с какой их командир хотел проверять наши вьюки, – добавил Смуга. – Он вел себя так, словно знал, кого и что надо искать.

– Мне тоже его поведение показалось подозрительным, – добавил Вильмовский. – Быть может, русские сообщили китайцам, что границу Туркестана перешли подозрительные люди?

– Возможно. Ведь казаки, разгромив банду Наиб Назара должны были заинтересоваться караваном, который оказал памирским разбойникам такое сопротивление. Они знали, что мы хорошо вооружены, – сказал Пандит Давасарман.

– Но в таком случае китайцы не послали бы солдат без амуниции, – сомневался боцман.

– Ты не знаком со здешними обычаями, сагиб, – пояснил Пандит Давасарман. – Китайские командиры совсем не заботятся о солдатах. Они присваивают себе львиную долю того, что отпускается на содержание солдат. Но нам следует соблюдать осторожность. Мы не можем пробивать себе дорогу силой, особенно вблизи городов, где много полиции и стоят военные гарнизоны.

– Что же вы предлагаете, уважаемый Пандит Давасарман? – спросил Вильмовский.

– Поступить так, как поступил я во время своего второго путешествия по Китайскому Туркестану. Тогда я тоже пробирался в Хотан.