Читать онлайн «Психология речи и лингвопедагогическая психология». Страница 68

Обычно, когда объясняют, как функционирует память, предлагают, прежде всего, схему работы произвольной памяти. Очень коротко ее можно описать так: в основе всякого усилия памяти лежат потребность или интерес, которые создают мотивацию, необходимую для привлечения внимания к тому, что желательно запомнить. В процессе запоминания необходимо это внимание сконцентрировать и произвести определенную интеллектуальную и чувственно-эмоциональную работу по организации запоминаемого материала. Самой эффективной такой работой считается перевод поступающей информации в яркие визуально-ментальные образы с подбором ассоциаций, связывание их с чувственным восприятием, ощущениями и эмоциями, что требует как логики, так и воображения. Отмечается также важность определенного психологического настроя на запоминание или отыскание в памяти необходимой информации, потому что плохое настроение, беспокойство или депрессия, подавляя любой интерес или мотивацию, не дают возможности концентрировать внимание и производить необходимую работу ума и чувств.

Данные принципы легли в основу многих методик тренировки и развития произвольного вида памяти, создания всевозможных мнемотехник (по указанному вопросу имеется значительное количество методической литературы). Применяются эти принципы и методики, естественно, и в ИЛПТ. Однако главный акцент в наших занятиях делается на действии непроизвольной памяти, механизмы которой более скрыты и сложны, и именно в эффективной стимуляции работы данного вида памяти нами изыскиваются большие резервы для ускоренного и интенсивного овладения человеком иноязычной речью. На принципах и приемах воздействия на непроизвольную память мы и заострим свое внимание.

К слову сказать, методик по ее управлению почти не существует (в лучшем случае педагогам просто даются рекомендации максимально использовать данный вид памяти, но, как это делать конкретно, обычно не разъясняется), и в этом смысле опыт, теория и практика ИЛПТ могут оказаться очень полезными.

Прежде всего, нужно заметить, что общие принципы работы как произвольной, так и непроизвольной памяти являются в определенном смысле универсальными, но все-таки с той значительной разницей, что в первом случае ученику самому необходимо применить сознательно-волевое усилие и знание, чтобы управлять процессом запоминания и извлечения информации из кладовых памяти. Во втором же случае, напротив, именно педагогу нужно так организовать учебный процесс и материал, чтобы запоминание пошло практически незаметно для учащегося, т. е. непроизвольно.

Самым главным условием и предпосылкой хорошей работы памяти является комфортная психологическая обстановка и комфортное состояние души человека. Если он чем-то обеспокоен или озабочен, если он находится во власти отрицательных эмоций или депрессии, если он устал и на него давят жесткие внешние обстоятельства, а обстановка занятий не приносит радости и психологической разрядки, то не стоит и думать о том, что этот человек сможет хоть что-то успешно запомнить.

Методы психотерапии, которые положены в основу ИЛПТ, призваны обеспечить этот так необходимый человеку комфорт души и окружающих условий. Воздействие, в первую очередь, на эмоциональную сферу учащихся, умение вызвать у них смех и приподнятое настроение, отвлечь их от гнета проблем и создать атмосферу теплоты и доверия, являясь терапевтическими факторами, подготавливают и гарантируют эффективную работу памяти. Будучи освобожден от негативных эмоций, подспудных тревог и сомнений, психологических зажимов и барьеров, заскорузлых установок и стереотипов, человек бывает в состоянии переработать и запомнить такое количество информации, о котором до сих пор, возможно, и не мечтал.

Психотерапевтическим составляющим ИЛПТ посвящены отдельные главы этой книги. Поэтому здесь мы перейдем к описанию других факторов, необходимых для организации плодотворной работы непроизвольной памяти учащихся.

Как произвольное, так и непроизвольное запоминание начинаются с возбуждения интереса и включения эмоций, которые создают мотивацию и привлекают внимание, необходимые для работы памяти. Но если методики тренировки произвольной памяти призывают самого человека быть сознательно неравнодушным к тому, что учишь, буквально врасти волевым способом в изучаемый материал, заставить себя рисовать в воображении картины и сопереживать, даже если это таблица из 16 глагольных времен, заняться самовнушением для убеждения себя в том, что без того, что изучаешь, жить невозможно, то для включения механизмов работы непроизвольной памяти педагогу необходимо сделать так, чтобы изучаемый материал сам по себе, подсознательно, вызвал у учеников мощный интерес и яркие эмоции, чтобы рисование воображаемых картин или сотворение ментальных образов происходило естественным путем, как неотъемлемая и органичная часть происходящего действа, причем на фоне не самовнушения, а легкой суггестии, обеспечиваемой (как и интерес) самой формой и содержанием занятия.

Если помочь человеку развить все виды образной памяти – зрительную, слуховую, обонятельную, осязательную, вкусовую, двигательную, – т. е. развить память на представления, то ему будет легко и просто воспроизводить яркие мысленные образы того, что желательно запомнить. В создании таких образов участвуют все наши чувства, ощущения, эмоции, воображение, интеллект. (Конкретные примеры того, как развивается в ИЛПТ непроизвольным способом образная память см. выше.) Когда человек ассоциирует образ с чувственными восприятиями и ощущениями, живыми эмоциями и мыслями, то качество записи информации в памяти многократно улучшается; кроме того, это облегчает работу процессов вспоминания, или так называемой памяти узнавания.

Существует теория, что эффективность узнавания и вспоминания зависит от прочности следов в памяти, которые и оставляются благодаря всевозможным образам, наполненным чувствами, переживаниями, ощущениями. То, что нас сильно взволновало, было окрашено красочными эмоциями, связано с чувственными восприятиями, познано в активном действии, оставляет в памяти более прочные и глубокие следы, чем события и информация нейтрального характера, чем то, что мы просто пассивно созерцали.

Что касается усвоения иноязычной речи, то ее символизм просто необходимо переводить в разнообразную и многоликую форму живых образов. Сделать это не так уж и сложно, потому что речь, как уже неоднократно отмечалось, сама по себе имеет психическую природу: если слова представляют собой форму кодов (речевых), то образы слов есть психическое отображение этих кодов.

Чтобы иноязычные слова прочно укоренялись в памяти, необходимо, чтобы их образы были как можно богаче, ярче, необычнее и прочно связывались со всей гаммой чувственных и двигательных восприятий, а также с широким спектром эмоций.

И всему этому можно не только научить людей, чтобы они сознательно могли управлять собственной памятью, но и можно самому педагогу, незаметно для учащихся, прибегнуть к режиссуре этого процесса как бы из-за кулис, со стороны, с целью максимальной стимуляции их непроизвольной памяти.

Представьте себе, что изучаются, например, времена года, природа и погодные явления. Можно включить негромкую выразительную музыку и попросить связать эту музыкальную картину с визуальными картинами разных сезонов, описать их краски, запахи, звуки, настроение, ощущение тепла или прохлады и т. п. Даже если все ученики под впечатлением определенной музыки вдруг одновременно увидят осень, то картины этой осени, как правило, у каждого будут разными, как бы «пропущенными» через себя, через собственное неповторимое «я», свое видение и свои чувства: у кого-то осень может быть золотой, теплой и солнечной, полной ярких бушующих красок, похожей на прощальный отчаянный праздник природы; у другого человека осень может быть грустной, наполненной запахом прелых листьев, слезами дождей и гомоном улетающих птиц; у третьего человека осень может быть ветреной и ненастной, со стонами простуженных елей и сосен, рождающих в душе тревогу и холод. Такие яркие чувственные образы слова «осень» прочно закрепят его не только в кратковременной, но и в долговременной памяти, а также и другие слова, обозначающие явления природы и представляющие элементы этого образа: золотые листья, дожди, птицы на мокрых елях и пр.

Очень важным фактором запоминания является и чувство движения – кинестетика, обеспечивающая связь между мышцами тела, ощущениями и двигательными образами. Под бодрую веселую музыку можно предложить ученикам встать, выстроиться в ряд друг за другом, а потом вообразить, что у них за плечами большие рюкзаки, с которыми они сейчас отправятся в поход. Сначала путь будет пролегать по дороге, вьющейся меж полей и залитой ярким солнцем, и всем будет тепло и радостно (нужно показать все это в движении и громко хором повторять слова и выражения, обозначающие окружающую природу, погоду, свои ощущения и настроение, связывая их с моторикой, например: дорога, поля, солнечно, тепло, радостно и т. п.). Потом мы войдем в лес, где вдруг начнет накрапывать дождик, станет прохладно и сыро (движением надо изобразить свои ощущения от перемены погоды и повторять слова: лес, прохладно, сыро и т. п.). Далее мы подойдем к подножию горы и станем на нее карабкаться, усиленно пыхтя и потея под тяжелым грузом, повторяя слова горы, жарко, тяжело и пр. На вершине горы нас застанет снежная метель, мороз и ветер, мы все это изобразим в движении и, достав лыжи, с энтузиазмом ринемся вниз в долину. Такие двигательно-чувственно-визуальные образы помогут весело и легко запомнить слова, обозначающие явления природы и погоды, и поместить их в долговременную память.