Читать онлайн «Чёрная рада». Страница 67

10

Так назывались польские войска, которые консистовали, или стояли постоем, в украинских селах и городах.

Старосты были в роде ненешних губернаторов, с правом пользоваться доходами с управляемых ими областей.

Жолнёр значило собственно солдат; но под словом солдаты мы разумеем нижние чины, тогда как здесь идет дело о начальниках.

Из универсала гетмана Остряницы.

Киевская комиссия в своих «Памятниках» напечатала несколько актов, которые свидетельствуют об этом возмутительном произволе шляхты Польского королевства.

Речью посполитою, то есть республикою, называлась вся политическая польская система, именно: собственно Польша, Литва и Русь; Русью же называлась в Польше Галиция, Подолия, Волынь и Украина. Северную Русь называли Поляки Москвою, или Московским государсгвом.

Городовые казаки составляли военную корпорацию, совершенно отличную от казаков Низовых, или Запорожских, не только по внутреннему устройству, но и по политическим убеждениям.

Вотчинников. Старосты пользовались правом поместным.

Так называли тогда отступников веры и родины, угнетавших собственных земляков. Слово недоляшек означает человека, который до Ляха не достиг еще в отступничестве. Но в этом слове выражается больше ненависти и презрения, нежели в слове Лях, или кателик, которые до сих пор остаются бранными словами у малороссийского простонародья.

Особенные чиновники для удержания казаков в повиновении.

В те времена помещичья усадьба необходимо принимала устройство замка, с более или менее значительным гарнизоном, который назывался надворною стражею, а иногда надворными казаками. Часто нужно было помещикам отражать Татар, а еще чаще защищаться от бродячих шаек таких людей, как известный во время восстания Хмельницкого староста Лащ (явление вовсе не исключительное в Польше). Эти надворные казаки, слабо привязанные к своим панам, оставляли их при наступлении великой опасности и увеличивали собою казацкое ополчение.

Пивоварня. Хмельных напитков выкуривалось и варилось тогда очень много. Корсунский полковник Филоненко, в известной думе, набирая охотников, обращается преимущественно к винокурам и пивоварам:

Выражение казацкое. Это значило — налететь вьюгою; одурить неприятелю голову внезапным и бешенным нападением.

Оруженосцами. Чуры были самые близкие поверенные не только у простых казаков, но и у старшин. Служить чурою значило учиться не одному военному ремеслу, но и верности. От своих чур казаки ничего не скрывали.

Громада — общество. Громадское или общинное начало было развито некогда очень сильно в Малороссии. В каждом селе были еще в царствование Елисаветы Петровны избирательные власти под именем громадских мужей, которые пользовались великим уважением в народе. Старинная дума говорит:

Полковник был не только предводитель казаков своего полка, но и верховный судья всех живущих в округе того полка; по обширности своей власти, он был равен удельному князю.

Так назывались знаки власти: булава, бунчук и литавры.

Старосветские Малороссияне под конец жизни большею частью пристращались к пасеке. Так славный кошевой отаман Сирко окончил дни свои в уединённом зимовнике среди степей запорожских, занимаясь пчеловодством.

Из кошелька.

Истопником. Груба — печь, но не та, в которой готовят пищу: та называется и у Малороссиян печью.

Места побед казацких.

Лавка с товарами.

«Летопись Самовидца», изданная Обществом Истории и Древностей Российских, очень выразительно говорит о недостойных поступках епископа Мефодия, стр. З5: «Епископ Мефодий, который на той раде был и до присяги приводил, также и Васюта, полковник Нежинский, описали Сомка гетмана, же (что) конечие по Орду посылает, хотячи изменити, что была неправда»; стр. 41: «Епископ Мефодий протопопу послал, при этих же посланных от себе, стараючися о их згубе». (т. е. о гибели Сомка и его приверженцев). В этих доносах епископ Мефодий является ревностным слугою Московского правительства и Бруховецкого, но когда Бруховецкий, 4-ю статьёю так называемого Московского договора выразил желание, чтобы в Киев присылаемы были митрополиты из Москвы, он начал бунтовать народ против одного и другого. Бантыш-Каменский выписал речь его из малороссийских дел Коллежского Архива, и напечатал в своей «Истории Малой России» ( т. II, стр. 83, изд. 1842). Вот она: «Малороссияне! доколе будете повиноваться тирану (т. е. Бруховецкому), посягающему на дрогоценнейшее ваше наследие, на ваши права, кровию предков приобретенные? Доколе будете терпеть от него безпрестанные обиды и поругания? Ответствуйте мне: кто даровал ему власть назначать начальников ваших и лишил вас права избирать их свободными голосами?.. Малороссияне! вы зрите сии неправды и пребываете в бездействии. Уже время сбросить тяжкие оковы, носимые вами. Да падет враг спокойствия вашего», и пр. Бруховецкий испугался и употребил все средства, чтобы расположить к себе епископа. Тогда Мефодий оказался явным врагом Московского правительства. В малороссийских делах Коллежского Архива хранится следующее письмо его к гетману, против которого он недавно еще восстановлял народ: «Для Бога, не плошай. Теперь идет торг о нас: хотят, взявши за шею, выдать Ляхам. Окружай себя более Запорожцами, укрепляй также своими людьми порубежные города. Утопающий хватается за бритву для своего спасения. Безбожный Шереметев ныне в тесной связи с Ляхами и Дорошенком. Остерегайся его и Нащокина. Мила мне отчизна. Горе, если поработят оную Ляхи и Москали! Лучше смерть, нежели зол живот. Страшись иметь одинакую участь с Барабашом.» (Ист. Мал. Росс. Бант.-Кам., т. II, стр, 98.). Далее Бантыш-Каменский рассказывает, что епископ Мефодий был лишен епископского сана, отправлен в Москву и кончил жизнь свою под стражею. (Там же, стр. 102.)