Читать онлайн «Сексуальные преступления как объект криминологии». Страница 17

Таким образом, дискурс – это определение и расстановка значений, интерпретация, которая осуществляется в акте коммуникации, где в качестве норматива выступает возможность достижения консенсуса.

Рассматривая индийскую цивилизацию как общество традиционного типа, следует отметить специфику понимания права и закона, имеющих значение и в сегодняшнее время. Индия остается развивающейся страной с господством традиционного права, и отношение к правам человека в европейском понимании достаточно неоднозначно. Современный индийский философ права С. П. Синхи считает, что главная особенность его культуры заключается в наличии собственных принципов «добродетельного образа жизни», которые являются неправовыми в европейском понимании этого термина. Одна из его программных публикаций называется «Неуниверсальность права».[149] Социально-правовые нормы носят больше синкретический характер, включая моральные, религиозные и правовые нормы, и в современное время законодательства основываются на традиционной преемственности дхармашастрам – сборникам религиозно-нравственных предписаний (дхарм). С методологических позиций их оценка должна основываться на интерпретативном подходе. Древнейшими дхармашастрами являются: «Законы Ману» («Ману-смрити»), «Архшастра», «Нарада-смрити», «Вишну-смрити», «Брихаспати-смрити», «Катьяяна-смрити» и другие комментарии.

Прежде чем рассмотреть социально-правовые нормы регуляции сексуального поведения, нужно отметить главные особенности индийской цивилизации в сфере социальной организации, культуры и личности, имеющие непосредственное отношение к криминологии.

В отличие от стран Запада, где главной основой социальной организации становится семья, в Индии формируются специфические социальные институты варны и касты из первоначальных родоплеменных отношений. «Для каст характерна отчужденность их друг от друга; члены различных каст не могут вступать в браки; у каждой касты в принципе своя исключительная и неизменная профессия. Помимо того, что кастам были присущи эндогамность и общность занятий, касты, в отличие от варн, имели внутреннюю администрацию; члены касты связаны обязательством взаимопомощи, совместным исполнением религиозного культа, регламентацией производственного процесса, определенными правилами общения с членами других каст и т. д.».[150] Окончательно касты сформировались в период Средних веков. Если касты образовались в результате разделения труда и основаны на их месте в экономической жизни общества, то варны образованы как результат отношения социальных групп к государству. Таким образом, касты оформляются внутри варн.

Касты и варны как социальные структуры индийской цивилизации аналогичны клану в китайской культуре и «большой» семье других традиционных культур. Однако клан китайской цивилизации в отношении сексуального поведения и института брака является экзогамным и диахроничным, т. е. имеющим свое историческое время от реального или мифического первопредка, основателя клана. Касты и варны как социальные институты характеризуются эндогамией и синхроничностью. Такое различие находит свое выражение и в регламентации института брака. Если экзогамный брак – это ритуальный «символический обмен», или экономическая сделка, как в Китае, или ритуальное «умыкание» на Руси, то эндогамный брак более обширен по своим формам. Так, индийское право различает девять видов брака, среди которых к «высшим», «дхармическим» бракам относятся браки, когда отец невесты совершает ее дарение.[151]

Другой важной особенностью социальной структуры выступает тот факт, что семья и индивид не связаны постоянно, как на Западе, где процесс расторжения брака в каноническом праве – процедура неодобряемая или прямо запрещенная. Ашрама – учение о четырех ступенях или стадиях развития человека в его жизненном пути. Стадия «брахмачарии» – периода учебы и самодисциплины; «грихастхи» – стадия семейной жизни, главы семьи; «ванапрастхи» – стадия аскетической жизни для очищения души и обуздания чувств и «санньясы» – полное отречение от жизни, отшельничество.

Специфика культуры Индии заключается в религии индуизма, со сложной ритуально-культовой обрядностью. Основными источниками индуизма являются «Веды», где подробно излагались брачные ритуалы и ритуалы сексуального поведения. Брачные ритуалы относились к ритуалам жертвоприношения: «…брак уже сам по себе считался жертвоприношением, и неженатым мужчиной назывался тот, кто не принес жертву».[152] Однако понятие жертвоприношения было гораздо более широким и распространялось на все сексуальное поведение. «Жертва может быть принесена посредством ритуального соития. Однако мужчина здесь господствует, ибо если мужчина пожелает конкретную женщину, то после того, как она очистится от менструации, он пригласит ее возлечь с собой. Если она не поддержит его желание, он должен попытаться ее склонить. Если же она по-прежнему будет отказываться, он может ударить ее рукой или палкой, чтобы покорить…»[153] Тем самым мы видим, что индуизм как религия предполагает ритуальное сексуальное насилие, дать нормативную оценку которого нельзя и возможно только описание в рамках интерпретационного подхода.

Следующая культуральная специфика индуизма – существование как мужского (фаллического) культа, в виде поклонения лингаму (фаллосу) Шивы, так и женского культа – почитание Шакти (Кали). С женским культом связаны тантрические ритуальные сексуальные практики, храмовая проституция и криминальные культы служителей богини (пиндари, дакойты и туги). Клан пиндари – «разбойники с большой дороги», профессиональные грабители, передававшие навыки из поколения в поколение, со своей «работы» платившие властям пошлину, – считали свое занятие вполне моральным и соответствующим долгу и необходимым для служения богине Кали и поддержания порядка.[154] Другой криминальный клан дакойты относился к наемным убийцам-профессионалам, состоявшим на службе у правительства, и ворам-грабителям по своему собственному усмотрению. Для них грабеж, убийство и обман являлись тремя необходимыми составляющими божественного и общественного порядка и сакрального и профанного мироустройства. Туги являлись кастой, ориентированной на ритуальное убийство-жертвоприношение богине. «В частной жизни туги отличались исключительной скрупулезностью и добросовестностью в смысле выполнения своих кастовых и ритуальных обязанностей… Методика хладнокровного, бесстрастного убийства была отработана во время многочисленных инициаций, т. е. ритуальных посвящений, причем посвященные владели техникой раздвоения личности, психологического самоотчуждения».[155] Феномен самоотчуждения связан непосредственно с особенностями личности, отсутствием персоналистической, индивидуальной идентификации.

Третьей отличительной особенностью религии и культуры индуизма является трансперсональная, надличностная система ценностей, воплощенная в категории кармы. «Центральной идеей индуизма, определяющей характер цивилизационно-доминирующей традиционной соционормативной культуры Индии, является учение о “карме” – вера в перевоплощение человека в зависимости от поступков, совершенных им в прошлых рождениях, и накопленных или растраченных заслуг в исполнении дхармы в земной жизни».[156] Понятие кармы непосредственно связано с понятием закона, дхармы, предписаний для человека. Если в западной традиции закон морально основывается на понятии «божьего суда» и «мучений грешников после смерти», то карма ориентирована опять-таки не на конкретную личность как социальное образование, но на непрерывность и предопределенность бытия в следующем существовании.

Таким образом, индивидуальная «личность» как элемент сложной системы «общество – личность – культура» в индуизме ставится вне пространственно-временных категорий «надличностью», или «трансперсональной» сущностью, исполняющей свою дхарму, закон. Как отмечалось, такая особенность идентификации позволяет проявляться специфическому психологическому феномену самоотчуждения, связанному на Востоке со многими нетрадиционными для культур Запада проявлениями человеческой жизнедеятельности. В Японии это смертники-камикадзе и ритуалы харакири, в Индии «сати» – ритуальное самосожжение жены после смерти мужа. Близко к этому феномену стоят методы современных чеченских террористов-смертников.