Читать онлайн «Всеобщая история. История Нового времени. 8 класс». Страница 48

Нефтяной король Джон Рокфеллер поглощает мировой рынок. Карикатура

Значительно возросшая роль капитала определялась несколькими причинами. К концу XIX в. монополии стали несравненно сильнее, чем прежде, заметно потеснив недавнее господство свободной конкуренции. В XVIII–XIX вв. промышленники и банкиры во многом были соперниками. Но по мере укрепления монополий капиталы промышленников и финансистов всё чаще участвуют в одних и тех же делах, операциях и как бы сливаются. Возникает единый финансовый капитал, контролируемый относительно небольшими группами промышленников и банкиров. Это, в свою очередь, ведёт к дальнейшему усилению монополий и позволяет им активизировать вывоз капитала.

Возникли даже международные монополии, объединявшие те или иные секторы (а порой и отрасли) производства двух и более государств. Этот процесс вполне мог бы привести к ослаблению напряжённости в отношениях между странами, к снижению угрозы войн и конфликтов: ведь наиболее сильные международные монополии в определённой мере влияли и на политику правительств.

Мир в начале XX века

Пользуясь картой, оцените, насколько «удачно» (в условиях приближения войны) располагались колониальные владения и сферы влияния ведущих стран мира. Чьи владения оказались в наиболее уязвимом положении, а чьи – в преимущественном?

Но история распорядилась иначе. Интересы государственной власти всё же оставались определяющими, сохранялись и противоречия между ведущими державами. Однако теперь интересы власти и монополий во многом объединялись: в одних ситуациях власть использовала в своих целях финансовую и промышленную мощь монополий, в других – монополиям удавалось влиять на политику правительств, «подправлять» её.

После того как к началу XX в. были окончательно поделены Африка и прочие «свободные» земли, соперничество между ведущими державами могло бы продолжаться на основе мирной конкуренции. Однако имперские притязания, стремление быстрее и надёжнее укрепить своё положение в мире оказались сильнее. Всё это и стало почвой для возникновения первой в истории мировой войны.

Могли ли международные монополии при поддержке правительств мирно решать политические конфликты и в итоге предотвратить угрозу мировой войны? Что помешало это сделать?

Бурное развитие капиталистической экономики, разумеется, не только помогало пополнить казну тех или иных государств. В целом оно благотворно сказывалось и на положении общества: в ряде европейских государств и в США заметно вырос уровень жизни, увеличился объём социальных (т. е. пенсии, страховки, пособия, стипендии и т. д.) и прочих благ, которыми могли пользоваться достаточно широкие слои населения.

Прядильные фабрики в Шотландии. Художник И. Кларк

Вместе с тем быстрый рост производства создавал и определённые проблемы. Даже в самых развитых странах существовали низкооплачиваемые категории трудящихся, сохранялась и безработица. Её уровень мог возрастать от самых разных причин: экономические кризисы, ликвидация тех или иных предприятий либо их реорганизация (например, слияние). Ещё до вступления капитализма в империалистическую стадию стало ясно, что без принципиальных изменений в социальной политике властей в обществе могут возникнуть серьёзные конфликты. Марксисты ещё в середине XIX в. предсказали «обнищание» рабочих, которое приведёт к социалистической революции и установлению диктатуры пролетариата.

Во второй половине XIX в. позиции либералов и консерваторов значительно сблизились. Консерватизм уже не означал сопротивления любым переменам, он стал более гибким, порой даже использовал начинания либералов. Так было, например, в Великобритании. Менялся и либерализм. Но с ним происходил обратный процесс. Буржуазные права и свободы, за которые изначально боролись либералы, во многих странах были закреплены законодательно и, таким образом, в принципе обеспечены обществу. Это касалось и права на частное предпринимательство.

Однако в результате получалось, что власть, государство как бы лишились возможности контролировать экономические процессы и всё с ними связанное. Между тем необходимость хотя бы отчасти регулировать эти процессы выявлялась всё острее. Далеко не все предприниматели и монополии действовали в интересах государства и общества в целом. Порой их деятельность диктовалась исключительно стремлением к предельной наживе, даже если это наносило прямой ущерб обществу.

Поэтому в конце XIX – начале XX в. (и в дальнейшем) в политике ведущих государств стал всё активнее утверждаться реформизм (буржуазный реформизм), т. е. курс на постоянные реформы в интересах всего общества. Речь прежде всего шла о социальных реформах, которые осуществлялись и раньше, но не носили планомерного и последовательного характера. Реформизм не стал заменой либерализма и консерватизма, он был политическим направлением, курсом, который, как правило, старались проводить и либералы, и консерваторы.

Ещё при Отто Бисмарке, в 1880-е гг., реформизм являлся важной чертой внутренней политики Германии. Трудящиеся стали получать пенсии, различные виды страховок, сокращался и рабочий день. Сходные реформы проводились и в большинстве других европейских стран, а также в США. В Великобритании довольно широкие социальные реформы были проведены в конце 1860-х гг., но это не стало постоянным курсом государства. Реформы приобрели более широкий и последовательный характер в начале XX в. Они во многом были связаны с именем одного из лидеров либералов – Дэвида Ллойд Джорджа (1863–1945), который в 1905–1915 гг. был министром торговли, затем финансов, а в 1916–1922 гг. – премьер-министром Великобритании. Он последовательно боролся за реформы. А когда в 1911 г. палата лордов попыталась было воспротивиться его реформистским инициативам, Ллойд Джордж добился ограничения полномочий палаты.

Почему политика реформизма стала достоянием и либералов, и консерваторов? Разве по своей сути она не противоречила традициям консерватизма?

После роспуска I Интернационала у многих прежних сторонников теории научного коммунизма возникли сомнения в возможности применить её в реальной жизни. Впрочем, ещё на заре создания I Интернационала популярный среди немецких рабочих социалист Фердинанд Ласса́ль (1825–1864) выступал за создание мирных пролетарских организаций и за их сотрудничество с законными властями.

В дальнейшем последователи Лассаля и другие немецкие социалисты создали в Германии Социал-демократическую партию (1869). Социал-демократы, как и марксисты, видели свою главную задачу в защите интересов рабочих. Но хотя социал-демократы и использовали некоторые положения марксистов (особенно на первых порах), они были решительными противниками насильственных методов борьбы. Один из лидеров германской социал-демократии Эдуард Бернште́йн (1850–1932) в своих трудах пытался доказать, что капитализм, включая и его империалистическую стадию, не «загнивает» (именно это предрекали марксисты), а укрепляется. И этому в немалой степени способствовали как политика реформизма, проводимая «сверху», так и позиция социал-демократии.

Вильгельм Ли́бкнехт – участник революции 1848–1849 гг. в Германии, последователь учения Карла Маркса

В июле 1889 г. был создан II Интернационал (его также называют Рабочим). В нём довольно быстро взяли верх сторонники мирного развития рабочего движения. Марксисты также причисляли себя к социал-демократам и обвиняли II Интернационал в «реформизме», но ведь именно буржуазно-демократические реформы помогали улучшить условия жизни и труда рабочих. А курс на насилие и диктатуру одного класса (пролетариата), как в дальнейшем убедительно показала история, вёл лишь к расколу в обществе и многочисленным жертвам.

Чем II Интернационал отличался от I Интернационала? Какие изменения в экономике, обществе обусловили эти отличия?

Политика социал-демократических партий позволила им вскоре активно включиться в политическую жизнь. Так, немецкие социал-демократы уже в начале XX в. получили массовую поддержку на выборах в рейхстаг (парламент). В результате же наиболее успешных для них выборов 1912 г. социал-демократы смогли занять в рейхстаге более четверти мест.

Демонстрация феминисток – участниц движения за права женщин

Во многих странах деятельность социал-демократических партий развивалась в тесном контакте с профсоюзами, также неизменно стоявшими на позициях мирной борьбы рабочих за свои права. В Великобритании в 1900 г. на базе тред-юнионов (профсоюзов) было создано ядро рабочей партии, которая с 1906 г. именуется Лейбори́стской (т. е. рабочей) и участвует в парламентских выборах. Новая партия выступала с позиций, близких социал-демократии, и в дальнейшем стала одной из основных политических сил в стране.