Читать онлайн «Эволюция: Триумф идеи». Страница 102

Сторонники разумного замысла и более старых форм креационизма не могут выдвинуть ни одного эффективного научного аргумента, а потому прибегают к риторике. Они заявляют, к примеру, что эволюция — это на самом деле идеология, порожденная культом натурализма, в соответствии с которым Бог не играет никакой роли во Вселенной, и все события в ней происходят исключительно по естественным причинам. Дарвинисты «держатся за свой миф из личной корысти и страстного желания разделаться с Богом», — пишет Филлип Джонсон, профессор права и откровенный креационист. Джонсон утверждает, что биологи-эволюционисты отказываются рассматривать возможность сверхъестественного вмешательства в развитие Вселенной и слепы к слабым сторонам теории эволюции. В честном диспуте, где божественное вмешательство выступило бы как возможное объяснение истории жизни, креационизм, утверждает Джонсон, непременно победил бы.

Однако наука, какие бы формы — химии, физики или эволюционной биологии — она ни принимала, может объяснить лишь объективные закономерности мира. Если бы Господь менял массу протонов каждое утро, физики никак не смогли бы разобраться в устройстве атома. Научный метод вовсе не предполагает, что у событий могут быть лишь естественные причины; речь идет лишь о том, что научно понять мы можем только их. Как бы могуч ни был научный метод, за пределами своей области он бессилен. Сверхъестественные силы по определению стоят над законами природы, а значит, выходят за рамки науки.

Джонсон и другие креационисты направляют свой гнев на эволюционную биологию, но, по существу, они нападают на всю науку в целом и каждую ее область в отдельности. Микробиологи, изучая вспышку резистентного туберкулеза, не рассматривают версию о том, что такова воля Божья. Астрофизики, пытаясь разобраться в последовательности событий, в результате которых из газопылевого облака сформировалась Солнечная система, не рисуют между газопылевым облаком и Солнечной системой квадратик с надписью «А здесь произошло чудо». Метеорологи, не сумевшие верно предсказать путь урагана, не оправдываются тем, что воля Господня отклонила ураган с намеченного пути.

Наука не может просто приписать всему непознанному в природе божественное происхождение. Если бы это было возможно, никакой науки просто не было бы. Как говорит генетик из Чикагского университета Джерри Койн, «если история науки что-то нам показывает, так это то, что, прикрывая свое невежество Богом, мы ничего не добьемся».

«Креационистская наука» в любой форме никак не влияет на то, как настоящие ученые-практики исследуют историю жизни. Палеонтологи продолжают находить принципиально новые окаменелости, которые помогают нам понять, каким образом возникли люди, киты и другие животные. Биология развития продолжает прислушиваться к симфонии эмбриональных генов, пытаясь понять, как протекал кембрийский взрыв. Геохимики продолжают находить все новые изотопные ключи к точному определению момента, когда на Земле впервые появилась жизнь. Вирусологи продолжают разгадывать всевозможные стратегии, которыми вирусы, такие как ВИЧ, пользуются для обмана своих хозяев. Основой для работы всех этих ученых служит эволюционная биология, а не креационизм.

И все же, несмотря на несостоятельность своей «науки», креационисты с большим, чем когда-либо, жаром пытаются захватить контроль над преподаванием науки в американской средней школе. По большей части широкая публика не замечает их отчаянных усилий, но в 1999 г. скандал в Канзасе вновь вывел креационизм на первые полосы национальных газет.

В штате Канзас старшеклассники сдают особый экзамен по образовательным стандартам, утвержденным Комитетом по образованию. В 1998 г. комитет поручил группе ученых и преподавателей естественных наук пересмотреть устаревшие стандарты. В работе эксперты опирались на стандарты, принятые в 1995 г. Национальным исследовательским советом США, и параллельно консультировались с Американской ассоциацией содействия развитию науки и другими крупными научными организациями. В мае 1999 г. предложения по новому стандарту были представлены в комитет; ученые договорились по всем вопросам, от астрономии до экологии. Помимо всего прочего, стандарт требовал от учащихся понимания основ эволюции — как наследственные линии адаптируются к условиям окружающей среды и как биологи при помощи теории эволюции объясняют природу биологического разнообразия.

Однако стоило группе экспертов представить свои стандарты, как произошло нечто странное. Один из членов комитета предложил другой набор стандартов, который, как позже выяснилось, был подготовлен креационистской организацией со штаб-квартирой в штате Миссури. Эксперты отказались рассматривать неизвестно откуда взявшиеся стандарты, но согласились доработать свой вариант с учетом замечаний консервативно настроенных членов комитета. Комитет потребовал, чтобы в стандарты включили фразу о толерантности к различным точкам зрения. Эксперты ее вставили. Комитет потребовал, чтобы эксперты определили понятия микро- и макроэволюции. Ученые объяснили, как постепенные, из поколения в поколение, изменения (микроэволюция) порождают крупномасштабные структуры и процессы, получившие название макроэволюции (такие как возникновение организмов с совершенно новым строением или изменение скорости вымирания). Но затем комитет попытался заставить экспертов убрать из стандартов все остальные упоминания о макроэволюции. Ученые отказались.

В августе все участники процесса встретились вновь. Ученые из экспертной группы решили стоять на своем: они потребовали, чтобы комитет проголосовал по вопросу о стандартах — принял их или отверг. Но комитет внезапно предложил вместо подготовленных специалистами стандартов еще одну собственную версию. На первый взгляд эти новые стандарты были очень похожи на представленные экспертами, но в дальнейшем выяснилось, что большинство упоминаний об эволюции из них куда-то делось. В нескольких оставленных фразах говорилось, что естественный отбор должен определяться как процесс, который «не добавляет новой информации к существующему генетическому коду». В общем, на экзаменах учащихся Канзаса не предполагалось спрашивать об эволюции, а также о дрейфе континентов, возрасте Земли или Большом взрыве. Шестью голосами против четырех комитет принял эти новые стандарты.

Вычеркнув часть первоначального текста и добавив ложные положения, комитет явно пытался подогнать школьную программу по естественно-научным дисциплинам под строгие креационистские стандарты. Представьте, к примеру, как учащимся рассказывали бы, что «естественный отбор не добавляет новой информации к существующему генетическому коду». На самом же деле мутации, такие как дупликация генов, вкупе с естественным отбором постоянно создают новую генетическую информацию. Включив в стандарты это ложное заявление, комитет следовал креационистскому принципу «„да“ микроэволюции, „нет“ макроэволюции».

Требования к геологии тоже были подогнаны к требованиям креационистов. Комитет исключил упоминание о том, что учащие должны иметь представление о дрейфе континентов — фундаменте всех современных исследований нашей планеты. Вместо этого учащимся предложено было знать, что «по крайней мере некоторые геологические напластования, возможно, сформировались за короткое время, к примеру, это гора Этна в Италии или гора Сент-Хеленс в штате Вашингтон». Это известный аргумент, при помощи которого креационисты — сторонники геологии Потопа — любят объяснять, что любые геологические формации могли образоваться всего за несколько тысяч лет.

Стараясь сделать школьные классы безопасными для креационистов, комитет по образованию готов был полностью погубить все попытки экспертов познакомить учащихся с фундаментальной природой науки. Теория перестала быть «хорошо обоснованным объяснением», а стала просто «объяснением» — иными словами, догадкой. Наука перестала быть «деятельностью человека по поиску естественных объяснений тому, что мы видим вокруг», а стала поиском «логичных объяснений». Эти и другие формулировки подразумевали, что ученые могут обнаружить сверхъестественные силы.

Журналисты быстро прослышали о решении, и местный комитет по образованию внезапно приобрел широкую и шумную известность. Губернатор Бил Грейвз объявил, что действия комитета ему отвратительны; президенты и ректоры всех канзасских университетов заклеймили одиозное решение. Члены комитета, поддержавшие креационистские стандарты, внезапно обнаружили себя в центре внимания национальной прессы; оставалось только говорить, что они действовали в интересах истинной науки. Однако, пытаясь оправдаться, они лишь полнее раскрыли собственное невежество. «Где доказательства того, что вот это собаковидное существо действительно превратилось в дельфиновидное существо или что корова каким-то образом превратилась в кита?» — спросила председатель комитета по вопросам образования Линда Холлоуэй у репортера NBC; очевидно, она никогда не слышала о палеонтологической летописи и соответствующих окаменелостях.