Читать онлайн «Тайная жизнь растений». Страница 83

Правительственных чиновников могла встревожить и другая мысль: если можно контролировать и даже убивать полчища насекомых-вредителей, просто облучая волнами ядов фотографию пострадавших растений, тогда почему бы не использовать тот же метод в военных целях, направляя смертельные вибрации на скопления войск и даже на население целых городов во время войны? Тем временем правительству и промышленным магнатам удалось убедить фермеров отказаться от использования нового метода борьбы с вредителями. В результате UKACO разорилась, но история «радионики» только начиналась.

За тридцать лет до разорения UKACO д-р Планк (Planck) попросил своего соседа, молодого инженера и радиолюбителя из компании коммунальных услуг Канзас-Сити Т. Галлена Хиеронимуса (T. Gallen Hieronymus), ставшего первым лицензированным радиолюбителем еще до Первой мировой войны, изготовить разные высокоточные детали для какой-то аппаратуры, вроде полос из серебряных листов, вырезанных в указанных пропорциях с точностью до миллиметра, а также аккуратно скрученные катушки. Доктор Планк не рассказал Хиеронимусу о назначении новой аппаратуры, а лишь упомянул загадочного гениального врача из Сан-Франциско, с которым он изучал необыкновенные новые методы лечения болезней. Уже после смерти Планка его вдова связалась с Хиеронимусом, пригласила побывать в доме и осмотреть странное оборудование мастерской покойного мужа. Ей эта аппаратура была не нужна, поэтому она предложила Хиеронимусу выбрать все, что ему приглянется. Лишь тогда он узнал реальное назначение оборудования, которое тот конструировал; тогда же он узнал имя неизвестного врача — Альберт Абрамс.

Тем временем, д-р Рут Драун (Ruth Drown), молодая и жизнерадостная женщина-хиропрактик из Лос-Анжелеса, также усовершенствовала приборы Абрамса. Драун изобрела удивительнейшую камеру, которая, используя лишь кровь пациента, делала снимки органов и тканей, даже если тот находился за сотни или тысячи километров от ее офиса. Удивительно, но камера делала снимки в поперечном сечении, что не способен сделать никакой рентгеновский аппарат. И хотя ей удалось запатентовать этот прибор двадцать первого века в Великобритании, чиновники Администрации по контролю за продовольствием и лекарственными препаратами США отнесли изобретение д-ра Драун к разряду научной фантастики, а в начале 1940-х гг. ее оборудование было конфисковано. Для освещения ее позора те же чиновники привлекли к действу журналистов из журнала «Жизнь» (Life). Последние представили Рут в виде отпетой шарлатанки, и после этого непризнанный гений д-р Рут Драун умерла от печали.

Пока Драун работала в Калифорнии, чикагский доктор и последователь Абрамса Г. В. Виггельсворт (G. W. Wiggelsworth) со своим братом, инженером-электронщиком, сначала считавшим осциллокласт полным мошенничеством, но в конце концов убедившимся в его эффективности, усовершенствовали «ящик Адамса», заменяя катушки сопротивления на конденсаторы с переменным зарядом, что заметно улучшило качество настройки прибора. Виггельсворт окрестил свой новый аппарат «патокласт» или «разрушитель болезней». Пользователи этого аппарата объединились в Патометрическую ассоциацию.

В 1930-х гг. хиропрактик из Арканзаса Глен Виллс (Glen Wills), успешный бизнесмен и инноватор, впервые применивший метод выращивания бройлерных кур в клетках или «батареях», услышал лекцию Хиеронимуса об электронной теории в Патометрической ассоциации. Виллс выкупил Патометрическую ассоциацию Виггельсворта и попросил Хиеронимуса сконструировать более сложную версию патокласта.

Ранее Хиеронимус провел собственное подробное исследование энергий, но не живых тканей, а уже металлов. Для этого он использовал предметы из серебра 925 пробы, вроде сломанных ложек, солонок и перечниц и всего, что ему удавалось стащить у жены, и закапывал их в прериях Канзаса.

Зная местонахождение спрятанных серебряных предметов, Хиеронимус решил найти предметы по их излучению. К своему удивлению он обнаружил, что время от времени его приборы не фиксировали никакой энергии от закопанных предметов. Может, кто-нибудь выкопал его «клад»? Но через несколько часов энергия от серебра начинала циркулировать с обычной силой.

Догадливый Хиеронимус предположил, что прибор не фиксирует энергию потому, что в определенное время она устремляется не наружу, от земли, а внутрь, к центру Земли. Для подтверждения своей догадки он взял покрытый медью стальной прут в 2,5 метра и забил его в землю под таким утлом, чтобы он проходил под захоронением серебра.

Когда прут находился на уровне или под серебром, прибор, подключенный к пруту, фиксировал всплеск энергии. Когда же Хиеронимус наполовину вытаскивал прут так, чтобы он больше не проходил под серебром, энергия прибором не улавливалась.

Хиеронимус снимал показания несколько недель подряд и обнаружил, что энергия от серебра устремлялась к центру Земли на несколько часов каждые два с половиной дня. Справляясь об этом в альманахе, он узнал, что этот цикл каким-то образом соотносится с фазами Луны. Открытие Пфайффера о влиянии Луны на растения, похоже, было применимо и к металлам.

Дальнейшие опыты с закапыванием металлов также убедили Хиеронимуса в том, что энергия металлов, как и в экспериментах Абрамса, находилась под сильным влиянием магнитного притяжения. Таким образом, по крайней мере два исследователя двадцатого века, один — врач, как Месмер, другой — лабораторный исследователь, как Рейхенбах, похоже, заново открыли связь между магнетизмом минералов с одной стороны и «животным магнетизмом» с другой.

Хиеронимус подозревал, что исходящая от металлов неизвестная энергия как-то связана с солнечным светом, передается по проводам и может влиять на рост растений.

Хиеронимус поставил покрытые алюминием горшки в совершенно темный подвал своего дома в Канзас Сити. Одни контейнеры он заземлил на водопроводную трубу и подсоединил медными проводами к металлическим пластинам, разложенным во дворе под прямым солнечным светом. Другие контейнеры он оставил неподключенными. Во всех контейнерах Хиеронимус посадил семена зерновых. В подключенных контейнерах семена проросли и превратились в крепкие зеленые растения. В неподключенных окраска растений не содержала и намека на зеленый цвет, а сами растения были анемичными и поникшими.

Так Хиеронимус сделал революционное открытие: хлорофилл в растениях формируется не под влиянием солнечного света как такового, а под воздействием связанной с ним энергии, которая, в отличие от света, может передаваться по проводам. Но он не имел понятия, на какой частоте электромагнитного спектра искать эту энергию, и есть ли она там вообще.

Хиеронимус продолжал опыты и собирал инструменты для врачей. Он все больше убеждался в том, что энергия, с которой работали приборы, не имеет ничего общего с электромагнитными волнами. Это предположение превратилось в уверенность, когда он обнаружил, что при облучении прибора солнечными лучами в нем происходит короткое замыкание, совсем как при погружении электрической цепи радио в емкость с водой.

Затем Хиеронимус создал специальный анализатор, сначала с линзами, а затем и с призмой. С помощью этого прибора он определял по излучению многие элементы периодической таблицы Менделеева. Оказывается, преломленная в призме энергия ведет себя так же, как и свет, за исключением того, что углы преломления были гораздо острее и что величина этих углов изменялась в той же последовательности, что и число протонов в ядрах элементов. Возможность определять вещество по его излучению убедила Хиеронимуса в том, что прибор Абрамса и его модификации уничтожают болезнь «методом лучевой атаки на связующую энергию, поддерживающую целостность молекулярной структуры».

Частота излучения или угол преломления прямо пропорциональны количеству частиц в ядре элемента. По частотному спектру или углам отражения от составных веществ можно выявить их состав. Излучаемая энергия, в отличие от электромагнитной, не затухает пропорционально квадрату расстояния от своего источника. Она излучается на строго определенное расстояние в зависимости от объекта-излучателя, направления излучения и даже времени суток, когда происходили замеры. Некоторые факторы влияют на количество выделяемой энергии, подобно тому, как туман, дым или другие вещества, изменяющие плотность воздуха нашей атмосферы, влияют на интенсивность света от любого источника.

Описывая это излучение, Хиеронимус сначала привел несколько неуклюжее определение: «Энергия, подчиняющаяся некоторым, но не всем, законам электричества, и некоторым, но не всем, законам оптики». Во избежание повторений он, в конце концов изобрел термин «элоптическая энергия».

Эта энергия, хоть и не зависит, но как-то связана с электромагнитной энергией. Из-за наблюдаемых различий Хиеронимус предположил, что их частоты, должно быть, имеют определенное соотношение. Он решил относиться к элоптической энергии со всем ее спектром излучения как к тонкой материи, которая «может быть тем же, что и "эфир" инженеров-электронщиков и физиков. Эта энергия работает на более высокой "октаве", чем любые другие известные энергии».