Читать онлайн «Египет. История страны». Страница 73

Все больше простых людей обращались к радикальным организациям, находившимся за пределами парламентской системы. Одним из наиболее популярных и эффективно действующих было общество «Братьев-мусульман», основанное школьным учителем Хасаном аль-Банной в 1928 году; оно призывало вернуться к ортодоксальным исламским принципам во всех сферах жизни. Сначала «Братья-мусульмане» уделяли много внимания общественным акциям, снабжали школы и медицинские центры и оказывали помощь беднейшим сельским районам и городским трущобам, что вскоре завоевало им расположение низших слоев населения. С 1930-х годов общество стало быстро политизироваться, обвиняя во всех бедах неверных, в особенности британцев, требуя полного отказа от светской политики, ценностей и учреждений, привнесенных из Европы, поскольку все они греховны. Вскоре движение стало заметной политической силой, опирающейся на широкий круг последователей из числа угнетенных и обездоленных, а потом и средних слоев и части профессионалов.

Другие радикальные группировки искали бреши в системе, стараясь отобрать власть у партии «Вафд», и это явление стало особенно заметным на фоне всеобщего разочарования 1930-х годов. Фашисты объединились вокруг группы «Молодой Египет» (Миср аль-Фатат), основанной в 1933 году; ее идеология заимствовала европейские идеи — милитаризм, социализм, ксенофобию и крайний национализм, скрепляя их религиозным фанатизмом. На другом конце спектра находились ультралевые и коммунисты, которые протестовали против безработицы, существования городских трущоб и чудовищных условий труда на фабриках и других промышленных объектах.

Каирский университет также стал центром политических дискуссий и диссидентства. Изначально это был первый в стране светский национальный университет (1908), но позднее его реорганизовали (1925) в государственное учебное заведение, принимавшее студентов из разных слоев общества. В 1928 году туда допустили женщин, в том же году университет переехал в кампус в Гизе, а в конце 1930-х годов его студенты и выпускники уже оказались в числе наиболее политически активных граждан и регулярно участвовали в забастовках и демонстрациях.

Конец 1930-х годов ознаменовался ростом политического насилия, в немалой степени спровоцированного участниками радикально-экстремистских группировок, которые стремились дестабилизировать положение в стране. По образцу муссолиниевских «чернорубашечников» «Молодой Египет» сформировал полувоенные отряды «зеленых рубашек», а в ответ члены «Вафд» создали подразделения молодых бойцов «синие рубашки». В 1938 году «братья-мусульмане» организовали тайное террористическое крыло, целью которого были акты насилия, саботажа и убийства, призванные подорвать светский порядок в стране.

Перед лицом студенческих волнений и антиправительственных демонстраций на улицах, сильной оппозиции в парламенте и враждебности молодого короля, вафдистской администрации приходилось постоянно идти на уступки, а в декабре 1937 года правительство было распущено. Сфальсифицированные выборы апреля 1938 года дали большинство либералам и саадистам, недавно отколовшимся от «Вафд» и провозгласившим возврат к принципам Саада Заглула. Ситуация в Европе становилась все более мрачной, а Египет все больше оказывался во власти непрочной коалиции министров, проводивших политику в интересах короля.

Начало Второй мировой войны в сентябре 1939 года вновь изменило англо-египетские отношения. По договору 1936 года, в случае войны Египет должен был предоставить базы, порты, коммуникации и воздушное пространство для неограниченного числа британских войск, объявить о введении военного положения и цензурных ограничений, задерживать вражеских резидентов и проводить конфискацию их имущества. Все это Египет исполнил, хотя и сохранял формальный нейтралитет в войне. Лишь немногие египтяне хотели вмешиваться в конфликт между западными державами. Однако когда немцы высадились в североафриканской пустыне, Египет неожиданно стал театром военных действий. Всего через три года после того, как договор покончил с британской оккупацией, страну вновь занял примерно полумиллион войск союзников, которые оставались там до конца войны.

Египет и Суэцкий канал имели стратегическую важность для Великобритании. Если бы они были потеряны, контроль над Средиземноморьем перешел бы в руки нацистов, а «черный ход» в Европу оказался бы перекрыт. Великобритания утратила бы доступ на Ближний Восток с его нефтью и ключевые линии поставок, а позиции в Азии были бы катастрофически ослаблены.

Италия вступила в войну в июне 1940 года, а 13 сентября итальянская армия вторглась в Египет из Ливии и за три дня достигла Сиди-Баррани. Генерал Арчибальд Уовелл, командующий на Ближнем Востоке, провел блестящую контратаку, захватил в плен 38 000 человек и отбросил итальянцев к Эль-Агейле, на пол пути к Ливии. Германское подкрепление под командованием генерала Эрвина Роммеля возобновило наступление стран Оси в марте 1941 года; к маю немцы уже вышли на египетскую границу. Стремительное продвижение германских бронедивизионов вызвало панику в Египте, люди спешно скупали любые товары, снимали деньги с банковских счетов. Нехватка продовольствия и резкий рост цен стали причиной бунта против британцев, которых обвиняли в том, что они кормят своих солдат египетским зерном. Толпа вышла на улицы Каира, восхваляя Роммеля.

Многим египтянам казалось, что британское ярмо сброшено, но исход переменчивых сражений в Западной пустыне оставался неизвестен еще в течение полутора лет. Генерал сэр Клод Очинлек, преемник Уовелл а, сумел остановить наступление немцев к концу 1941 года. Однако Роммель не был побежден, он получил по морю новые танки и топливо и в начале 1942 года вновь двинулся на восток. Англичане опять оказались перед угрозой потери Египта.

В Египте подняли голову сторонники Оси. В 1940 году британцы убедили короля и его окружение, исподтишка поддерживавшее итальянцев, снять с поста профашистского премьер-министра Али Махира и заменить нескольких армейских офицеров, дружески расположенных к нацистам. Поскольку Африканский корпус Роммеля надвигался на Египет, король пригрозил вернуть Али Махира; в ответ на это британский представитель сэр Майлз Лэмпсон (верховный комиссар с 1934 года, затем с 1936 года, после подписания договора, посол) предпринял жесткие действия:

4 февраля 1942 года британские танки окружили дворец Абдин, и Фаруку предъявили ультиматум: либо он назначает Наххаса во главе вафдистского правительства, либо отрекается от престола. У короля не оставалось выбора, и он подчинился.

Британцы получили антинацистское правительство в Египте, а «Вафд» пришла к власти, однако инцидент нанес непоправимый ущерб всем участникам событий. Британцы доказали условность египетского суверенитета и — что еще сильнее шокировало население — сделали это при поддержке «Вафд». Столько лет остававшаяся голосом египетского национализма, партия «Вафд» не просто смирилась с британским господством, но даже выиграла от него. Доверие к партии было подорвано, а последующие обвинения в коррупции в адрес Наххаса со стороны одного из его ближайших соратников Макрама Убайда в изданной им «Черной книге» ослабили ее влияние. Тем временем король, оскорбленный и униженный, потерял поддержку со стороны армейских офицеров, горько переживавших инцидент. Власть Фарука превратилась в фикцию, начался его моральный упадок как личности, он руководствовался исключительно эгоистическими интересами, увлекся игрой, женщинами и разнообразными излишествами.

Наступало лето 1942 года, армии союзников отступали по всем фронтам, и в Северной Африке ситуация мало чем отличалась от европейской. Очинлек откатился с войсками к линии западнее Тобрука, вскоре превращенного в пыль и руины в результате повторных атак Роммеля. 21 июня Тобрук пал, армия союзников торопливо отступала дальше на восток, вытянувшись длинной колонной. Афрканский корпус Роммеля вошел в Египет и оказался в шестидесяти милях от Александрии. Поражение казалось неизбежным. Чиновники британского посольства жгли тщательно разобранные и систематизированные папки с документами, готовились к эвакуации, а Средиземноморский флот должен был вот-вот покинуть Александрию.

Однако это была низшая точка падения. 1 июля неутомимый натиск Роммеля был остановлен при Эль-Аламейне, естественной преграде на пути — 30-мильной горловине ущелья в пустыне между морем и непроходимой впадиной Катара. Сражения продолжались в течение всего июля, но Роммель так и не смог прорваться; Очинлек добился успеха в первой битве при Эль-Аламейне, но ситуация стала патовой.