Читать онлайн «Египет. История страны». Страница 53

Первые крестоносцы

Последний, сокрушительный удар по слабеющему государству Фатимидов нанесли крестоносцы. Призыв папы Урбана II «выступить ко Гробу Господню, освободить его от нечестивого народа и овладеть им» захватил воображение западных христиан и послужил поводом к восьми крестовым походам, совершенным между 1095 и 1270 годами.

Первые набеги на Сирию и Палестину пришлись на время раскола исламского мира. Империя сельджуков, отобравшая часть владений Фатимидов на Леванте вдоль побережья, распалась на несколько соперничающих малых государств, слишком слабых, чтобы противостоять натиску христиан. Сами Фатимиды готовы были заключить союз с крестоносцами, ослепленные, очевидно, ненавистью к врагам-суннитам. Однако их отношение к ситуации быстро изменилось, когда крестоносцы захватили Иерусалим (который отобрали у сельджуков Фатимиды) 15 июля 1099 года и устроили в городе безжалостную резню, убивая всех подряд, бессмысленно и беспощадно. Прошло не так много времени, и государства крестоносцев появились в Леванте — королевство Иерусалимское, графства Триполи и Эдесса, княжество Антиохийское.

Отпор мусульман возглавил сельджукский правитель Мосула по имени Занги; он вернул Эдессу, положив конец Второму крестовому походу (1147–1148). Его сын Нур аль-Дин (Нуреддин) в 1154 году захватил Дамаск, а потом начал наступление на королевство Иерусалимское. Даже Фатимиды пожелали поддержать Нур аль-Дина, однако их военная помощь оказалась неэффективной из-за раздоров между халифом, визирем и соперничающими кликами в армии. В 1160-х годах война между Нур аль-Дином и Амальриком, королем Иерусалима, затронула Египет. Фатимиды цеплялись за власть, выступая то на одной, то на другой стороне; эта тактика убедила всех в полной недееспособности египетских правителей.

Нур аль-Дин воспользовался возможностью и вторгся в Египет в 1167 году. Как и следовало ожидать, визирь призвал на помощь Амальрика, и объединенные силы смогли блокировать нападение. В следующем году Нур аль-Дин ушел, и Амальрик заявил свои претензии на Египет, вынудив фатимидского халифа позвать Нур аль-Дина обратно и предложить тому треть добычи. Тем временем визирь приказал поджечь Фустат, чтобы остановить продвижение крестоносцев; город пылал 54 дня и уже никогда не вернул себе былой славы. Командующий Нур аль-Дина Ширкух изгнал Амальрика из Египта и получил место визиря при Фатимидах, этот пост он занимал два месяца, вплоть до смерти. Его сменил племянник Салах ад-Дин (на Западе больше известный как Саладин), чей отец Айюб, курд, по имени которого назвали династию, был доверенным лицом Нур аль-Дина.

Саладин (1171–1193) на первых порах не имел собственной армии и множества сторонников, располагал ограниченными ресурсами, но его победа над последними крестоносцами из Дамиетты заслужила ему уважение и принесла добычу, которую он благоразумно использовал, чтобы приобрести влияние и войско; в 1171 году, когда умер халиф, Саладин был уже достаточно силен, чтобы положить конец династии Фатимидов и провозгласить страну суннитским государством.

По смерти Нур аль-Дина в 1174 году Саладин заявил, что отныне он — султан Египта, и добавил к своим владениям Дамаск. Полоса удач продолжилась: в том же году умер Амальрик, чей молодой и слабый, страдавший от проказы сын Балдуин IV оказался втянут в бесконечную череду заговоров и интриг. Эти интриги отвлекали крестоносцев, и Саладин смог сосредоточиться на главной цели — объединение мусульманских земель Сирии, Северной Месопотамии, Палестины, Хиджаза, Йемена и Магриба; ему удалось этого достичь благодаря дипломатии, подкрепляемой при необходимости точно рассчитанными силовыми ударами. Сначала его критиковали за частые военные стычки с братьями-мусульманами, но многократные проявления мужества, щедрости, благородства, благочестия и справедливости вызвали восхищение в народе, а сам он немало сделал для воссоединения исламского мира и обращения мусульман против «истинного врага» — христианских захватчиков.

К 1187 году Саладин собрал значительную армию в 30 000 воинов, в том числе 12 000 конных. Он выманил противника из крепости, заставил проделать долгий переход по пустыне к Рогам Хаттина неподалеку от Галилеи, где 4 июля окружил и уничтожил истощенную армию крестоносцев (а заодно захватил Истинный Крест Господень, который с тех пор никто не видел). Латинское королевство осталось совершенно беззащитным, и вскоре Саладин занял его полностью, за исключением нескольких малых крепостей и хорошо укрепленных городов, таких как Антиохия, Триполи и Тир. В октябре Иерусалим снова оказался в руках мусульман после 88 лет христианского господства, и это событие привело к началу Третьего крестового похода (1189–1192), в котором приняли участие три величайших короля Западной Европы. В знаменитой борьбе с Ричардом I Английским по прозвищу Львиное Сердце Саладин нейтрализовал значительные силы врага, ограничив их продвижение вдоль побережья, и одновременно вел себя как истинный рыцарь без страха и упрека. Мир был заключен в ноябре 1192 года, Иерусалим остался за мусульманами, но долгие и трудные сражения измотали Саладина, и через три месяца он умер от лихорадки.

Хотя не более шести из двадцати двух лет его правления прошли в Египте, Саладин именно эту страну сделал центром исламской империи. Он преобразил столицу, открыл царский квартал Фатимидов для публики, предоставил дворцы войсковым командирам, построил новую резиденцию — Цитадель (строительство началось в 1176 году) — на месте воздушного купола Ибн Тулуна: убежище от жары и городского шума на холме под сенью горы Мукаттам. Цитадель оставалась царской резиденцией и местом заседаний египетского правительства вплоть до середины XIX века. Еще Саладин начал работы над 20-километровой оборонительной стеной, окружавшей Фустат и Кахиру (в его время — два отдельных города), судя по всему, используя в качестве строительного материала камни малых пирамид Гизы. Но вклад Саладина связан не только с военными кампаниями. Он привечал при своем дворе ученых и богословов, поощрял строительство общественных зданий, больниц и медресе (богословских школ). Его поразительный характер и выдающиеся достижения сделали Саладина одним из величайших героев средневекового Востока.

Следовать Саладину было сложно, особенно учитывая его пожелание разделить империю между сыновьями и родственниками. Споры из-за наследства, вспыхнувшие после смерти Саладина, угрожали сокрушить империю, пока брат Саладина Аль-Адил (также известный под именем Сафадин; 1200–1218) не покончил с распрями в битве при Билбисе и не провозгласил себя султаном. Он оказался мудрым правителем, поддерживал торговлю, охранял мир с государствами крестоносцев, привел Египет к быстрому восстановлению после двойного бедствия, случившегося в начале правления: землетрясения в 1200 году и ужасающего голода 1199–1202 годов, не менее сурового, чем тот, что обрушился на страну при жизни предыдущего поколения. Обезумевшие от голода родители поедали собственных детей. Пойманных на этом преступлении сжигали заживо, а их обугленную плоть выставляли на всеобщее обозрение на рыночных площадях. Врач, посетивший в то время Каир, записал, что более 110 000 человек умерли от истощения.

Потрясения низвели Египет ко времени Пятого крестового похода (1217–1229) до положения второстепенной страны, но он по-прежнему оставался ключом к Иерусалиму. Успешное нападение на важнейшие укрепления в устье Нила в районе Дамиетты казались отличным началом христианской кампании, завоевание облегчила и смерть Аль-Адила, вероятно вызванная шоком от стремительных потерь. Однако крестоносцы не сумели воспользоваться первоначальным преимуществом, и даже необыкновенная сила убеждения Франциска Ассизского, тщетно пытавшегося обратить нового султана Аль-Камила (1218–1238) во время приватной аудиенции, не могла спасти их от поражения. После плохо спланированного наступления на Каир по засушливой территории, почти полностью лишенной водных источников, латинян изгнали из страны в 1221 году. Угроза Египту исчезла, но Аль-Камил не слишком доверял хрупкой системе союзов с соперниками-Айюбидами и в 1229 году заключил бесславное соглашение с императором Священной Римской империи Фридрихом И; по этому соглашению он уступал Иерусалим крестоносцам в обмен на военную помощь. Мысль о том, что Святой город можно так легко отдать противнику, возмутила мусульман.

Сын султана Аль-Салих Айюб (1240–1249) был поглощен внутренними проблемами и удержанием престола в борьбе с родственниками, а потому воспользовался поддержкой многочисленных мамлюков — солдат-рабов, лично преданных ему. Он привлек также кипчаков из степей Крыма и южной Евразии, разместил их в бараках на острове Рода в Каире; позднее этих солдат стали называть бахри-мамлюками (от бахр — «река»). Шаг оказался мудрым, поскольку Египет вскоре стал целью нового, Седьмого крестового похода (1248–1254), на сей раз во главе с королем Франции Людовиком IX, который решил отомстить за захват Иерусалима в 1244 году хорезмийскими тюрками — народом, явившимся из Центральной Азии в составе монгольского войска.