Читать онлайн «Великие цивилизации Междуречья. Древняя Месопотамия: Царства Шумер, Аккад, Вавилония и Ассирия. 2700–100 гг. до н. э.». Страница 58

Образование Израильского царства при Сауле и победы, одержанные Давидом (1010—955 до н. э.) над филистимлянами, хананеями и государствами, лежавшими к востоку от Иордана (Аммон, Идумея и страна Моав), освятили господство потомков Авраама над Палестиной. Правление Соломона было периодом великой славы юного народа. Впервые в истории Палестина подчинилась одному правителю, чья власть простиралась «от Дана (у подножия горы Хермон) до Вирсавии (на границе с пустыней Негев)». Иерусалим, в старину бывший маленьким, незначительным городом, стал столицей, и в строительстве его храма, как сказано в Библии, принимало участие около 200 000 рабочих. Войско Израильского царства было вооружено железным оружием и хорошо обеспечено лошадьми и колесницами. Из Ецион-Гавера (около Акабы) корабли Соломона плыли в Красное море и возвращались из Аравии и Эфиопии груженные золотом. Сам царь, если доверять народной мудрости, жил в роскошном дворце среди «семи сотен жен и трех сотен наложниц». Подобная расточительность с финансовой и нравственной точки зрения оказалась невыносимой для этого немногочисленного и сурового народа. Славное правление закончилось восстаниями, и после смерти Соломона (935 до н. э.) царство было разделено на две части: Израиль на севере со столицей в Самарии и Иудею на юге, которая продолжала управляться из Иерусалима. Период существования единого государства продолжался только столетие.

Хананеи Ливана и сирийского побережья, жившие к северо-западу от Израиля, финикийцы, как их позже стали называть греки, стали одной из первых жертв великого потрясения XII в. Богатейший из их городов, Угарит, был навсегда уничтожен «народами моря», в то время как крупнейший центр торговли Библ уже опустел из-за местных войн, имевших место в течение амарнского периода, и был разорен упадком Египта, своего традиционного торгового партнера, при преемниках Рамсеса III. Но к 1000 г. до н. э. ситуация в этой области изменилась к лучшему. Благодаря своему расположению в точках, где дороги, пересекая Ливанские горы, достигали моря, Арвад (остров Эр-Руад), Сидон (современная Сайда) и Сури (Тир, современный Сур) стали портами могущественных арамейских царств Центральной Сирии. Самый южный из этих городов, Тир, извлекал выгоду из соседства с евреями, которым его жители поставляли древесину, присылали ремесленников и мореплавателей. Три города благодаря этой торговле вскоре умножили свои богатства и стали новыми политическими и экономическими центрами Финикии.

Побережье Сирии и Ливана всегда было местом встречи Европы и Азии. В начале 1-го тыс. до н. э. благодаря сохранявшимся на протяжении 200 лет тесным контактам с критянами, микенцами и жителями острова Кипр с одной стороны и со всеми народами Ближнего Востока – с другой стала развиваться сложная, но блестящая финикийская цивилизация. Основным вкладом финикийцев в сокровищницу культуры человечества, бесспорно, стало изобретение алфавита, который заимствовали в измененном виде греки, распространившие его в Европе, и арамеи, способствовавшие его широкому использованию в Западной Азии, где он в конечном счете вытеснил все предыдущие слоговые и идеографические системы письма. Точное время и место изобретения алфавитного письма установить крайне трудно, и эти проблемы не обязательно здесь затрагивать. Однако следует отметить: последний из этих трех алфавитов, одновременно использовавшихся на побережье Средиземного моря в течение последней четверти 2-го тыс. до н. э. – «классического» и «псевдоиероглифического» библских, а также «клинописного» алфавита Рас-Шамры (Угарит), – использовался для записи множества весьма интересных литературных произведений, находка которых в значительной степени расширила и изменила наши представления о древней религии и мифологии Ханаана.

В области искусства финикийцы, возможно, не проявляли блестящих творческих способностей, но были превосходными учениками. Вдохновленные работами эгейских и египетских художников и скульпторов, финикийские ремесленники не имели себе равных на Ближнем Востоке по крайней мере в течение 1-го тыс. до н. э. Они ткали прекрасные одежды, которые вышивали или окрашивали знаменитым сидонским пурпуром, делали флаконы из полупрозрачного стекла, изготавливали изысканные ювелирные украшения, вырезали изящные изделия из слоновой кости и были специалистами по дерево– и металлообработке. В их стране, кроме древесины, производились имевшие отличную репутацию вино и масло. Все эти товары становились легким, но ценным грузом, который финикийцы, прирожденные моряки, могли теперь сами развозить по всему свету, ибо дорийское вторжение в Грецию очистило море от его бывших хозяев – микенцев. Вскоре жители Тира, Сидона и острова Арвад стали лидерами в сфере морской и колониальной экспансии, которая достигла наивысшей точки развития между IX и VI вв. до н. э. благодаря основанию Карфагена (814 до н. э.), созданию большого количества торговых факторий на Мальте, Сицилии и в Испании и исследованию Атлантического побережья Европы и Африки.

Пройдя на север вдоль побережья Средиземного моря, мы достигнем на крайнем севере Сирии царства, созданного людьми, которых называют «иероглифическими хеттам», или, проще, «поздними хеттами». Эти термины нуждаются в некотором объяснении. Мы знаем, что хетты, использовавшие Хаттусу (Богазкёй) в качестве столицы, применяли клинопись, заимствованную из Месопотамии, записывая с ее помощью на глиняных табличках слова своего индоевропейского языка. Но в то же время в Малой Азии для нанесения на скалы или камень официальных или религиозных текстов использовалась письменность иного рода, состоявшая из графических изображений или иероглифов, которые не имели отношения ни к архаическим шумерским пиктограммам, ни к древнеегипетским или критским иероглифам. Множество подобных надписей появляется в различных районах в Таврских горах и Северной Сирии на памятниках, которые могут быть датированы первыми столетиями 1-го тыс. до н. э., то есть временем после падения Хеттского царства. Благодаря расшифровке хеттских иероглифов различными исследователями, правильность которой была подтверждена, а сам данный процесс завершен в результате находки в Кара-Тепе в Киликии в 1947 г. двуязычных финикийско-хеттских надписей, мы знаем, что язык этих надписей был диалектным вариантом лувийского. (Лувийцы были одним из более или менее связанных друг с другом народов, говоривших на индоевропейских языках, которые проникли в Малую Азию в начале 2-го тыс. до н. э.) Таким образом, похоже, что в ходе масштабного переселения, происходившего в данном регионе в XII в. до н. э., лувийцы, изначально занимавшие юго-западную часть Малой Азии, переместились или были вытеснены на юг и восток и обосновались в южных частях бывшего Хеттского царства, которые пощадили фригийцы и которые обошли «народы моря». Но это, конечно, всего лишь предположение. Более того, следует подчеркнуть, что существование хеттской культуры в этом регионе не прерывалось и понятие «новохеттская» – не более чем удобное название. Хеттское влияние, принесенное в Сирию Суппилулиумой и его предшественниками, пережило их примерно на пять сотен лет.

Начиная с X в. до н. э. и позднее сплошная мозаика новохеттских царств покрывала территорию между Тавр-скими горами и рекой Оронт, составляя то, что ассирийцы называли Хатти или Великая Хатти (турки по-прежнему называют область Антиохии Хатай). Двигаясь с севера, мы обнаружим в самом сердце Таврских гор около двенадцати городов-государств, составлявших страну Табал (библейский Фувал). Вдоль верхнего течения Евфрата простиралось царство Камману со столицей Мелид (современная Малатья). Затем шли Куммуху (античное Коммагенское царство) и Гургум со столицей в Маркаси (современный Мараш). Дальше к западу богатая равнина Киликии была занята народом дануна, который подчинялся царю Атании (Адана) и господствовал над окружавшими его горцами. К северу от Алеппо лежали страна Ядия (столица Самаль, современный Зенджирли) в горах Аманос, Каркемиш и Тиль-Барсип (Телль-Ахмар), который контролировал переправу через Евфрат. Сам Алеппо, который так часто захватывали и теряли митаннийцы и хетты, частично уступил свое влияние Арпаду, в то время как Алалах в долине Амук (Хаттина) управлялся сначала из Азаза, а затем – из пока еще нелокализованного города Куналуа. Иероглифические надписи, найденные в Хаме, свидетельствуют, что поздние хетты периодически захватывали этот город.

Раскопки в Зенджирли, Сакчагёзю, Каркемише, Телль-Тайянат и в Каратепе (древний Ацативадда), проведенные позднее, пролили яркий свет на искусство и архитектуру поздних хеттов и позволили нам лучше понять характер сопротивления, с которым столкнулись ассирийцы, когда попытались вторгнуться в эти маленькие, но очень сильные царства. Города, в плане напоминавшие круг, были защищены двойными массивными стенами: внешняя располагалась вокруг нижнего города, а внутренняя – вокруг акрополя. Вход в царский дворец, находившийся в центре города, часто предварял портик с деревянными колоннами, установленными на каменные основания, украшенные скульптурами припавших к земле львов и сфинксов. По своему плану дворец относился к категории, названной ассирийцами бит хилани: он состоял из череды прямоугольных помещений, тянувшихся одно за другим, длинные стороны которых располагались параллельно относительно фасада здания.