Читать онлайн «Современная зарубежная проза». Страница 76

Обратимся к ранним романам Э. Елинек — «Михаэль» и «Любовницы». Оба романа посвящены разрушению тривиальных взглядов современного общества, порождаемых массовой культурой. Женщина-герой романа Елинек — «пустышка», тонущая в странностях окружающего ее мира.

В романе «Михаэль. Молодежная книга для инфантильного поколения» Елинек обрекает двух юных героинь жить в мире, созданном телевидением и массовой культурой, пародией на мир реальный. Этот мир фрагментарен, в нем все искажено, как в «кривом зеркале». Елинек обращается к молодым читателям, превращая своих персонажей в жертв «мыльных опер», решающих несуществующие проблемы. Героини Ингрид и Герда строят «воздушные замки», грезят о любви принцев и дорогих платьях. Но чуда не случается, писатель действует безжалостно. Она разрушает мифы о женской солидарности, равенстве мужчин и женщин, мужестве.

В романе «Любовницы» Елинек играет с композицией, превращая роман в пародию на сентиментальный роман. Героини повествования старше героинь «Михаэля», и цели их изменяются. Паула и Бригитта — невесты, мечтающие о повышении социального статуса, финансовом благосостоянии, уютном доме. Но Елинек быстро рушит мечты о «семейной идиллии»: муж-пьяница, дети-неудачники, нищета и «загнивание» в провинции, вечное непонимание с семьей мужа.

Два романа, относящиеся к раннему творчеству Елинек, объединяет отсутствие позитива — и в героях, и в разрешении ключевых коллизий. Идея разрушения переносится и на лингвистическое оформление текста: отсутствуют заглавные буквы в начале предложения, имена собственные, некоторые знаки препинания; ключевые слова выделены заглавными буквами — словно крик души.

В произведениях, относящихся к концу XX в., Э. Елинек начинает обращаться к теме фашизма и угнетенности своего народа, затрагивает тему женской природы и сексуальности, бросая вызов европейским философским и социальным традициям, вновь возвращается к темам насилия и угнетения женщины в современном обществе. Но теперь тексты Елинек выстроены с учетом грамматических правил.

Романы конца XX в. — «Перед закрытой дверью» и «Похоть» — тексты с множеством литературных и философских аллюзий. Основная мысль «Перед закрытой дверью» — человек не всегда есть то, что он из себя создает. В повествовании чувствуется влияние гениев экзистенциальной литературы Ж.-П. Сартра и А. Камю. Елинек подчеркивает невозможность вырваться из рамок: классовых или исторических. Ее герои идеализируют возможность на самоопределение, но самоопределение в чудовищном мире невозможно. Современный мир — мир черной трагедии. Пример — семья бывшего нациста Витковски, извращенца, избивающего жену на глазах детей. Бывших нацистов не бывает, насилие не исчезло, а лишь приняло другую форму, и равноправия не существует.

Попытаться выйти за границы социального положения можно лишь преступив грани дозволенного. Так главный герой Райнер Витковски действует радикально и, стремясь к освобождению, физически устраняет свою семью. Он устраивает бунт против абсурдности и бессмысленности своего существования и совершает убийство. Вместо борьбы за жизнь, он выбирает смерть. И борясь с абсурдом, лишь усиливает его присутствие.

В романе «Похоть» (1989) Елинек вновь обращается к разрушению мифа о равноправии мужчины и женщины. Но на этот раз она не ограничивается семьей, а рассматривает общество в целом [2, 380]. Центральной фигурой романа становится женщина, которая подвергается насилию. Она настолько несчастна, что трагический финал неизбежен — героиня становится убийцей своего ребенка. Каждую часть текста Елинек начинает с физиологических описаний извращений, проводя параллели с состоянием и смыслом самого мироздания. Погружение в контекст семьи, любви и природы разоблачает мир лжи, лицемерия и насилия.

В 1983 г. выходит роман «Пианистка», который позже признают ключевым произведением писательницы. Главная героиня романа — Эрика Кохут, несостоявшаяся пианистка, преподаватель фортепиано. День за днем она дает уроки, время от времени составляет компанию своим воспитанникам во время музыкальных вечеров, возвращаясь домой, отдыхает в обществе пожилой матери. Но это мир ее внешнего существования. Внутри Эрики существует другой мир, менее размеренный и гармоничный, в котором бурлят страсти, разгораются приступы ненависти и страха. Топливом для этого адского костра становятся многочисленные комплексы Эрики.

Образ музыки как упорядочивающего начала освобождается в романе от традиционного понимания. Музыка громко звучит на протяжении всего повествования, но она стихийна и неуправляема, как и Эрика. Елинек играет с метафорой музыки, отрицая ее метафизичность, но настаивая на ее низовой телесности и буквально физической осязаемости. На музыкальном вечере «гости набрасываются на яства и с громким чавканьем уплетают рагу из барочной музыки». Тело Эрики сравнивается с «единственным вместительным холодильником, в котором искусство хорошо сохраняется».

Музыкальное образование обычно воспринимается как одно из обязательных условий развития гармоничного человека. И главная героиня становится жертвой этого стереотипа, навязываемого ей матерью, желающей видеть дочь великим музыкантом.

Мать Эрики еще один женский образ, который является ключевым для повествования. Вновь Елинек наделяет свою героиню тяжелым характером и шокирующей судьбой. Мать Эрики — властный деспот, использующий ребенка как средство сублимации собственных проблем: «Когда она (мать) <…> увидела выползающий из ее собственной утробы бесформенный комок глины, она не мешкая принялась энергично месить и обрабатывать его, стремясь сохранить чистоту и утонченность». Упиваясь собственным эгоизмом, мать заставляет дочь посвятить жизнь музыке и превращает ее в машину для зарабатывания денег и славы. Музыка, которая является квинтэссенцией свободы, в жизни Эрики становится механизмом унижения и подавления.

Центральная тема романа — отношения полов. Мужчин и женщин Елинек разводит по разным сторонам мироздания, они все еще сохраняют свое положение в обществе, но при этом все они безлики. Эрика, как сосредоточие комплексов, страхов, ненависти и жестокости, остается существом без пола. Мужчина принимает обличие охотника в современном обществе, а женщина — мистического злого начала, которое в любое время можно заменить надувной куклой. Так и героиня воспринимает свое тело как «страшно чужое». Единственный для Эрики способ вернуть чувствительность — причинить себе боль. Комплекс неполноценности в Эрике с раннего детства провоцирует мать. Эрика чувствует, что все время находится под присмотром мамы, ей никуда не деться. У Эрики нет возможности естественно удовлетворить свои желания, поэтому, как и Райнер Витковски, она пытается освободиться, перейдя грань природной нормальности. Мазохизм становится решением в получении запретного удовольствия.

Мазохизм Эрики становится «ключом» к разгадке ее личности. В одиноких плотских утехах она видит проявление собственной элитарности, успокаивающее ее больное самолюбие. Но и это перестает приносить плоды, когда она знакомится с молодым пианистом, ее учеником, двадцатишестилетним студентом Вальтером Клеммером.

Связь с Эрикой для молодого человека является опытом совращения, чего он практически не скрывает. Он ищет выгоды. Эрика же испытывает двойственные чувства: она не хочет попадать под контроль своего студента, но, с другой стороны, она испытывает потребность в «нормальных» отношениях. Героиня начинает строить планы, мечтать, мыслить стандартами, заполняя голову пустыми мыслями о любви. Так Елинек вновь возвращается к героиням ранних романов, живущих наследием массовой культуры и телевидения: «Только она, он, маленькая комната в гостинице и любовь!».

Появление нового объекта любви замещает старый — мать Эрики. У молодой женщины появляется желание съехать с квартиры матери, но она боится нарушить прежний порядок вещей. Героиня колеблется, и мазохизм в отношениях с Клеммером становится искуплением вины перед мамой. Строя отношения с Клеммером по модели своих отношений с матерью («господин-подчиненный»), Эрика пытается самоутвердиться. Но Клеммер не хочет с этим мириться, и героине приходится испытать на себе настоящее мужское насилие, после чего ее иллюзии рассеиваются.

Циничная ирония — значимая интуиция Елинек. Ее мир — мир перверсий. Эрика мечтает о блестящей карьере пианистки, но работает учительницей музыки. Хочет стать привлекательной, но скрывается за несколькими слоями одежды. Стремится к настоящей любви, но подвергается грубому насилию. Пытается мстить любовнику, покончить жизнь самоубийством, но и здесь терпит фиаско. Единственное, что подсказывает обессилевшей Эрике ее отчаяние — ударить себя ножом в плечо. Она стремится навстречу жизни, но не сдвигается ни на сантиметр с «мертвой точки», в которой мы встречаем ее на первой странице произведения. Роман начинается словами: «В квартиру, в которой она живет вместе с матерью, учительница музыки Эрика Кохут врывается как ураганный ветер». И заканчивается практически также: «Эрике известно направление, в котором она идет. Она идет домой. Она идет и постепенно ускоряет шаги». Круг судьбы главной героини, как и круг романного текста, замыкается.