Читать онлайн «Арийский миф в современном мире». Страница 165

Следует отметить, что необычный всплеск интереса к «арийскому мифу» в прессе конца 1990-х гг. был вызван происходившим тогда переделом собственности, а также ожиданием смены веков. Стоявшие за этим эмоции руководили тогда творчеством целого ряда писателей, произведения которых выходили в начале 2000-х гг. Стоит ли сомневаться в том, что вся эта литературная деятельность, наряду с рядом других факторов, сказалась на резком росте ксенофобии в последние десять лет?

Впрочем, некоторые представители крайних течений относятся к рассматриваемой проблеме весьма цинично, признавая искусственность манипуляций с «русским арийством» и в то же время видя в них большую пользу в борьбе с «врагом». Так, у Паука (Сергея Троицкого), лидера рок-группы «Коррозия металла», обслуживающей крайне радикальные движения, имеется свое представление о свастике. Он открыто признает, что свастика являлась символом нацистской Германии, и категорически отрицает свою связь с фашизмом. Однако, апеллируя к крайне архаичным обычаям американских индейцев и полинезийцев, он полагает, что победитель может с полным правом использовать захваченные у побежденного трофеи, включая и символику. Мало того, хорошо понимая смысл, вкладываемый неонацистами в изображение свастики, он заявляет: «Трудно удержаться, чтобы не пощекотать нервы трясущейся русофобствующей мрази…» (Коломенский 1998).

Некоторым творческим людям этот сомнительный аргумент показался соблазнительным. Сегодня его воспроизводит Дмитрий Мишенин, руководитель арт-группы «Допинг-Понг», занимавшейся подготовкой Сочинской олимпиады и уже прославившейся скандальной рекламой, взявшей за образец нацистскую эстетику. Отвечая критикам, он утверждает, что победитель по праву сильного может пользоваться «всеми атрибутами покоренного народа», включая свастику и нацистский стиль в искусстве. В нацистской эстетике он видит не более чем “трофей”, готовый к употреблению в виде “ретрообразов”» (Архакова 2011). Примечательно, что, отвергая идеологию фашизма, он заявляет, что философия, культура и искусство побежденной фашистской Германии должны принадлежать победителю. И, подобно Геббельсу и Герингу, он обличает «дегенеративное искусство» (Димамишенин 2006), не задумываясь о том, что кто-то другой с тем же основанием будет использовать в качестве «трофея» уже не эстетику, а идеологию, что сегодня и происходит, как показывают проанализированные выше материалы343. То же касается некоторых художников, обслуживающих запросы правых радикалов.

Вместе с тем сегодня в почвеннической среде более популярен другой аргумент, по которому якобы германские нацисты украли свою символику, включая «коловрат» и ведическую религию, у славян (Курбатов 2006: 362). Сторонники этого подхода, как мы видели выше, всеми силами стремятся реабилитировать свастику, игнорируя тот факт, что она и сегодня, как в 1920 – 1940-х гг., служит важнейшим символом неонацистам, для которых она означает то же самое, что и для Гитлера.

Между тем не все певцы эры Водолея так уж непримиримо относятся к евреям. Президент Рериховской академии В. В. Соболев, предрекая всемирную катастрофу, утверждает, что ее переживут лишь два народа – русские и евреи. В чем же дело? Исходя из фантастических взглядов на древнюю историю, разделявшихся Е. Блаватской, Н. Рерихом и их последователями, опиравшимися на романтическую традицию начала XIX в., Соболев выводит предков и русских, и евреев из Индии. Он утверждает, что оба народа были предназначены силами Добра (Иерархией Света) для выполнения великой миссии – установления коммунизма. Вначале выполнение этой задачи возлагалось будто бы на евреев, но силы Зла нашли предателя, Христос был распят, и наступление счастливой эпохи было отсрочено на 2 тыс. лет. Тогда силы Добра избрали славян, привели их степями Евразии в Восточную Европу и возложили на русских миссию встречи Мессии и совершения кардинального переворота на пороге эры Водолея. Соболев называет русских и евреев «богоизбранными народами» и со ссылкой на Серафима Саровского утверждает, что только они смогут избежать искушения Антихристом и вступят в новую жизнь, тогда как все другие будут соблазнены силами Зла и погибнут. Будущее мира он прочно связывает с «Вечной Россией, Истиной и Светом, Небесным Иерусалимом». А истиной, по его мнению, владеет только оккультизм, который помогает распознать дьявольские существа, испокон веков вредящие человечеству. Не обходит он стороной и болезненный для русских патриотов вопрос о революции 1917 г. По Соболеву, ее подготовили враги русского народа, действовавшие из-за рубежа (Соболев 1998).

Похоже, что, по мнению Соболева, Н. Рерих и эзотерики лучше понимали идеи коммунизма и ведущий к ним путь, нежели большевики. Провозглашая лежащую впереди «Вечную Россию» и одновременно утверждая, что мудрецы Шамбалы (Мировое правительство) ведут планету к единой мировой общине, Соболев фактически, сознательно или неосознанно, делает Россию центром будущего мира, отдавая приоритет в нем русским. Такие идеи пронизывают и эзотерические ритуалы, устраиваемые рериховцами на Аркаиме, где звучат идеи величия России и прославляется «арийская раса». Таким образом, при всех их стараниях обойти национальную парадигму, современные русские эзотерики, сколь бы странной и оригинальной ни казалась исповедуемая ими идеология, не могут избежать русского национализма, и остается неясным, какое место в рисуемой ими картине мира займут евреи, не говоря уже о других народах, для которых эзотерики, похоже, не видят никакого будущего.

Знакомство со всей этой странной литературой, заполонившей книжные магазины в главных городах России, оставляет вопрос о том, чего все-таки добиваются ее авторы и насколько они достигают своей цели. Об этом говорят книги, найденные в домах радикалов, привлекающихся к суду за преступления и правонарушения на расовой почве. Например, в квартире Александра Копцева, напавшего с ножом на прихожан любавичской синагоги на Большой Бронной в Москве 11 января 2006 г. и ранившего девять человек, были найдены книги В. Истархова «Удар русских богов» и Э. Макдональда «Дневники Тернера». Обе относятся к экстремистской литературе (о книге Макдональда см.: Шнирельман 2005а: 293–306).

Выше уже говорилось, что русское неоязычество было далеко не одиноко, что подобные версии успешно развивались и на Украине, хотя там в них вкладывался совершенно иной смысл. В этой связи представляется необходимым рассмотреть современные тенденции в развитии украинского неоязычества, чтобы лучше понять общие черты и специфические особенности его русского близнеца. Украинцы давно страдали от нарастающего процесса русификации, относительно имперской основы которого они нисколько не заблуждались. В частности, они были недовольны тем, что они называли посягательством на историческую память. Иначе говоря, с украинской точки зрения претензии российских историков на Киевскую Русь являлись необоснованными, ибо последняя была и остается достоянием исключительно украинцев, а Россия выросла из Московской Руси (Довгич 1994в). Поэтому, вопреки русским историкам и писателям, такие памятники письменности, как «Слово о полку Игореве», «Слово о законе и благодати» и пр., украинские авторы считали произведениями именно своих предков, которые должны принадлежать прежде всего украинскому народу (Акумулятор 1990; Солдатенко, Сиволоб 1994: 9 – 12). С обретением Украиной независимости этот подход получил государственное признание, и такие произведения неизменно включаются в учебные курсы по истории и литературе Украины (см., напр.: Крип’якевич и др. 1991; Соболь 1995).

Речь идет, однако, не только о Киевской Руси. Подобно русским неоязычникам, многие украинские авторы также настаивают на том, что у славян была высокая культура и государственность еще задолго до Киевской Руси. Для доказательства этого делаются попытки отождествить предков украинцев со скифами или даже с трипольцами, реанимируется упомянутая выше идея Суслопарова о «трипольской грамотности», вновь закипает борьба против норманизма344, христианство объявляется безжалостным губителем накопленных народом духовных ценностей345. При этом под славянством понимаются именно украинцы, исторический путь которых пролегал через Киевскую Русь и Польско-Литовское государство и не имел ничего общего с Московским государством и великороссами, история которых складывалась совершенно иначе (Акумулятор 1990; Довгич 1994в; Iванченко 1990; 1996; Крип’якевич и др. 1991; Василенко 1991; Яворський 1992: 25; Киричук 1994). Правда, некоторые авторы винят в равной мере как Россию, так и Польшу за раскол Украины на Западную и Восточную (Шокало 1996б). Иными словами, в 1990-х гг. украинские историки и писатели целенаправленно возрождали версию истории, которую еще в начале века детально разработал выдающийся украинский историк М. Грушевский (Грушевский 1991). Она разделялась верховной властью Украины (Кучма 1995) и даже находила поддержку у части русских, живущих на Украине (см., напр.: Iльiна 1990).