Читать онлайн «Основы русской деловой речи». Страница 72

В этом году, согласно опросам населения, заметнее всего растут взятки в социалке – образовании, медицине (Аргументы и факты. – 2007. – № 51).

Пользуясь «социалкой», завоеванной десятилетиями профсоюзной борьбы, иммигранты стали одного за другим рожать детей (Аргументы и факты. – 2006. – № 15).

Жаргонный конденсат (сокращение) персоналка в зависимости от контекста может обозначать «персональный автомобиль» крупного чиновника, «персональное дело» в офисном делопроизводстве, «персональную пенсию» в речевом обороте социальных служб и т. п. Деловые жаргонизмы ежедневка, незавершенка, неликвид, прокрутка, кредиторка, нал и некоторые другие конкретизируются в зависимости от сферы деловой жизни, административной, финансовой, производственной и т. п.

Как уже отмечалось, административно-деловой жаргон – третий наряду с уголовным жаргоном и молодежным сленгом популярный источник жаргонизации обиходно-бытового и публичного общения, а также один из наиболее активных источников пополнения словаря современной живой речи. В массовой коммуникации мы постоянно слышим фразы типа «пересечься после работы», «изложить конкретику» или «проговорить наработки по обслуживанию»; кто-то где-то намерен «отслеживать нарушения»; в вузах «платникам» предлагают «проплатить обучение»; администрация отмечает, что «у студентов наблюдается прогресс с учебой»; молодая женщина трогательно сообщает, что у ее ребенка «наметились подвижки с зубками»; молодой человек по мобильному телефону обещает своей маме «отзвониться, когда приедет на вокзал», солидная газета передает на своих страницах «мнения специалистов, озвученные в книге…».[237] Как видим, всё это проявления жаргонизации речи, использование элементов так называемого делового жаргона за пределами его субкультуры, которое привносит в обиходно-бытовое и публичное общение окраску сниженности и неуместной формализованности.

В чем причина выхода административно-делового жаргона за пределы своей субкультуры? Почему профессиональные жаргонизмы деловой речи приобретают высокий уровень востребованности в живой речи, сравнимый с популярностью блатного жаргона и молодежного сленга? Причин множество: невысокий уровень речевой культуры говорящих, влияние средств массовой информации, но прежде всего, разумеется, особенности самого административно-делового жаргона, его специфической природы и места в русском языковом пространстве.

Административно-деловой жаргон – социолект профессионального типа, однако он не является закрытым. «Профессиональную речь государственных служащих нельзя приравнять к корпоративно замкнутым профессиональным жаргонам. Это язык, на котором государственная власть говорит с обществом»,[238] и это принципиальное обстоятельство во многом определяет место рассматриваемого социолекта в русском языковом пространстве и его природу, суть которой составляет стилистическая контрастивность устного делового общения. А она, в свою очередь, порождается двумя противоположными качествами административно-делового жаргона.

Первое качество – органическая связь чиновника и его речевого поведения с официозом. Административно-деловые жаргонизмы в той или иной форме сохраняют ориентацию на книжность, на официально-деловой стиль, с которым и ассоциируется у чиновника представление об официозе. Ориентация жаргона на некоторые элементы официально-деловой речи выражается в выборе объектов профессионально-разговорной номинации: работник органов государственного управления – управленец, аппаратчик; деловые бумаги и документы – платёжка, контролька, сопроводиловка; добыча, переработка и транспортировка нефти – нефтянка; капитальное строительство – капиталка и т. п. Стилистический оттенок книжности, официальности, «делопроизводства» окрашивает некоторые глагольные преобразования, морфологические аффиксальные (отзвониться, отслеживать, проплатить, обсчитать) и лексико-грамматические, со специфическим управлением (завязанные на чем-либо, подключиться к чему-либо, задействовать кого-либо в чем-либо, прописать что-либо в чем-либо). Сильное управление таких глаголов является следствием общей тенденции к клишированности, свойственной письменным формам официально-делового стиля,[239] но проникающей в устные формы делового и обиходно-бытового общения.

Устойчивая стилистическая ориентация на книжно-письменные формы деловой речи неизбежно способствует стандартизации многих единиц административно-делового жаргона, стереотипности большинства жаргонизмов, которые в результате воспринимаются в среде рядовых носителей делового жаргона как «правильные», обязательные для использования в публичной речи, как своеобразные нормы административного соответствия и речевой компетенции чиновника, коммерсанта или политика, а вслед за ними и рядового обывателя. В результате возникают и широко используются речевые обороты, подобные следующему:

…озвучить проблему, выразив озабоченности по части пробуксовки вопроса с незавершенкой, и одномоментно продавить в комитете состыковку проекта, а потом прописать его в годовом бюджете…

Второе важнейшее качество рассматриваемого социолекта принципиально контрастирует с первым. Это разговорная сниженность единиц административно-делового жаргона, явная их ориентация на устное использование и массовое восприятие, а значит, на упрощенность речевого общения, которая часто демонстрируется как реакция на официальность, как некоторая компенсация за необходимую и якобы вынужденную связь с официозом. М. Н. Панова приводит характерные примеры такой нарочито огрубленной, до вульгарности, жаргонизированной речи чиновников:

Я их в конкретику, а они меня в чистое поле, где там все свободно… Подмосковье – регион передовой. Мы идем вперед и по морковке, и по яйцам, и по ракетам… Мы с вами должны четко знать, что выборы важны тем, что мы должны поиметь ответственный парламент…[240]

Административно-деловой жаргон оказывается главным источником, главным стимулятором порождения и распространения множества типично бюрократических лексических новообразований, которые при этом носят подчеркнуто сниженный характер, например уже упоминавшиеся многочисленные и чрезвычайно продуктивные в современной живой речи универбаты (конденсаты, стяжения атрибутивных словосочетаний): нефтянка, оборонка, социалка, усреднёнка, материалка, оперативка и т. п. Разговорной и во многих случаях сниженной окрашенностью отличаются и многие морфологические новообразования (доложиться, порешать, заволокитить, задействовать), семантические преобразования (проталкивать, продавить, состыковать, прозрачный), устойчивые сочетания (без вариантов, без проблем), сокращения и усечения слов (вещдок, бомж, нал, безнал, социал, муниципал, регионал) и т. п. Более того, в корпоративной деловой среде наблюдается собственное представление о «производственном» юморе, развлекательности, с помощью которой чиновник «расцвечивает унылую конторскую действительность».

Например: гадалкинг – пренебрежительное обозначение некачественного финансового консалтинга; клизмировать – склонять клиента к оплате счета; крокодил – пустое субконто в отчетах; папа – Сбербанк РФ; подчистить хвосты – устранить недостатки в отчетности; рисованная бухгалтерия – слишком все гладко и красиво в учете; сальдо болтается – расход превышает доход; физик – физическое лицо; юрик – юридическое лицо; финик – сотрудник финансовой службы на предприятии и т. п.[241]

Соединение в административно-деловом жаргоне контрастирующих признаков книжно-письменного и устно-разговорного стилей свидетельствует о двунаправленной интенции этого жаргона и речевого поведения его носителей.[242] С одной стороны, это традиционная ангажированность – политическая, служебная, корпоративно-деловая, которая обычно характеризует не только публичную деятельность носителей рассматриваемого жаргона – большинства чиновников, политиков, деловых людей, манеру поведения и стиль жизни, но и их речь. Ангажированность проявляется в ориентации на официоз, на начальство, на принятое в этом кругу речевое поведение. С другой стороны, очевидной интенцией носителей административного жаргона, обычной ориентацией политиков и чиновников является снижение речевой коммуникации, стремление к нарочитой простоте, грубоватости и корпоративной фамильярности, которые, очевидно, должны демонстрировать «близость к простому народу», стремление говорить с народом на его языке.[243] Отсюда распространенное в чиновничьей и административно-политической среде обращение на ты к младшим по служебной иерархии, нередкая в этой среде грубость по отношению к подчиненным. При этом нельзя не отметить и «встречное движение», влияние делового жаргона на живое бытовое общение: в массовой обыденной речи широко распространились такие, например, слова и обороты с характерной административно-деловой жаргонной окраской, как: дожать родителей, пересечься после работы, состыковаться с друзьями, отзвониться насчет рыбалки, озвучить новость, обозначить конкретику с покупкой, торгануть недвижкой, ездить на персоналке, задействовать родителей, определиться с женитьбой, выйти на нужного человека, разрулить проблемку и т. п.