Читать онлайн «Лексика современного русского языка: учебное пособие». Страница 37

Эти понятия связаны с теорией языковых универсалий, имеющей давнюю традицию, начиная с античного периода, затем – универсальные грамматики («Грамматики Пор-Руаяля» Арно и Лансло – 1660 г. и др.), словари-каталоги (в Петербурге «Сравнительный словарь всех языков и наречий» П.С. Палласа» – 1791 г.). Возобновление интереса к универсалиям относится к середине XX в. Наиболее известны – доклад Р.О. Якобсона на VIII съезде славистов в Осло (1958), «Меморандум о языковых универсалиях» Дж. Гринберга, Дж. Дженкинса и Ч. Осгуда (1963). Под языковыми универсалиями принято понимать закономерности, общие для всех языков или для их абсолютного большинства. В основе универсалий лежат три вида сходства языков: генетическое (по происхождению и генеалогической классификации), ареальное (языковые контакты), типологическое (структурное сходство языков).

Перевод с одного языка на другой – это взаимное проникновение культур, обогащение одной из них за счет элементов другой, но также и известный отбор элементов чужой культуры. Проникая в незнакомую среду, новые элементы принимаются обществом только в том случае, если происходит их плодотворный контакт с самобытными силами этой среды. При этом новое опирается в культуре-рецепторе на уже имеющиеся родственные элементы, воспринимается во многом через их посредство, т. е. строго избирательно, ибо только понятные и близкие по духу вещи попадают в поле нашего зрения, становятся объектом направленной переводческой деятельности.

А.В. Федоров безэквивалентную лексику обозначает как «обозначающую специфические способы перевода». «Достижение переводческой эквивалентности (“адекватности перевода”) вопреки расхождениям в формальных и семантических системах двух языков, требует от переводчика, прежде всего, умения произвести многочисленные качественные, разнообразные межъязыковые преобразования – так называемые переводческие трансформации, с тем, чтобы текст перевода с максимально возможной полнотой передавал всю информацию, заключенную в исходном тексте, при строгом соблюдении норм ПЯ (переводящего языка)» (Бархударов Л.С. Язык и перевод: Вопросы общей и частной теорий перевода. М.: Международные отношения, 1975. С. 65).

Все виды преобразований или трансформации (С. Влахов) можно свести к четырем элементарным типам, каждый из которых имеет отражение и в лексике, и в грамматике: а) перестановка, б) замена, в) добавление, г) опущение. Следует подчеркнуть, что такого рода деление является в значительной мере приблизительным и условным.

Говоря о лексических заменах, следует заметить, что при передаче значения слова в переводе обычно приходится делать выбор между несколькими возможностями. А.В. Федоров, например, выделяет среди них три наиболее характерных: 1) в языке перевода нет словарного соответствия тому или иному слову подлинника (вообще или в данном его значении), 2) соответствие является неполным, т. е. лишь частично покрывает значение иноязычного слова, 3) различным значениям многозначного подлинника соответствуют различные слова в языках перевода, в той или иной степени точно передающие их. Это обусловлено тем, что словарный состав языка представляет собой не просто совокупность слов, а систему, допускающую бесконечно разнообразные, но не любые сочетания слов в любом контексте. Отдельные элементы словаря связаны друг с другом определенными смысловыми и стилистическими отношениями. Это обстоятельство дает о себе знать при переводе сопоставляемых лексических единиц в разнородных языках. Итак, при лексических заменах происходит замена отдельных лексических единиц (слов и устойчивых словосочетаний) ИЯ (исходного языка) лексическими единицами ПЯ (принимающего языка), которые не являются их словарными эквивалентами. Чаще всего здесь встречаются три случая: конкретизация, генерализация и замена, основанная на причинно-следственных отношениях (замена следствия причиной и причины следствием).

Первый случай – конкретизация. Конкретизацией называется замена слова или словосочетания ИЯ с более широким референциальным значением. Конкретизация может быть языковой и контекстуальной. При языковой конкретизации замена слова с широким значением словом с более узким значением обусловливается расхождениями в строе двух языков: отсутствием в ПЯ соответствующей лексической единицы: to say/tell – могут переводиться не только как говорить и рассказывать, но и как молвить, повторить, заметить, отметить, сообщить, возразить и т. д. (Влахов С., Флорин Н.).

Следующий случай лексической замены – это генерализация. Генерализация – явление, обратное конкретизации, – замена единицы ИЯ, имеющей более узкое значение, единицей ПЯ с более широким значением: He comes over and visits me practically every weeken. – Он часто ко мне ездит, почти каждую неделю (Влахов С., Флорин Н.).

Одним из приемов достижения эквивалентности, как пишет Л.С. Бархударов, является особая разновидность замены, называемая «компенсацией». Этот прием применяется в тех случаях, когда определенные элементы текста на ИЯ не могут быть переданы его средствами. В этих случаях, чтобы восполнить семантическую потерю, вызванную тем, что та или иная единица ИЯ осталась непереведенной или не полностью переведенной, переводчик передает ту же самую информацию каким-либо другимспособом, причем необязательно в том же самом месте текста, что и в подлиннике. «Компенсация используется особенно часто там, где необходимо передать чисто внутрилингвистические значения, характерные те или иные языковые особенности подлинника – диалектную окраску, неправильности или индивидуальные особенности речи, а также и при передаче грамматических значений, когда не всегда можно найти прямое и непосредственное соответствие той или иной единице ИЯ в системе ПЯ: He made a speech that lasted about ten hours – Он отгрохал речь часов на десять» (С. Влахов, Н.Флорин, с.117).

Третий вид трансформации – это добавление. Частой причиной добавления является необходимость передачи в тексте перевода значений, выраженных в подлиннике грамматическими средствами.

Четвертым видом трансформации является «опущение» – явление, прямо противоположное добавлению. При переводе опущению подвергаются чаще всего слова, являющиеся семантически избыточными, т. е. выражающие значения, которые могут быть извлечены из текста и без их помощи.

В качестве примера перевода текста, насыщенного безэквивалентной лексикой, можно привести перевод Кейта Хаммонда рассказа В.П. Астафьева «Уха на Боганиде», который является частью романа в рассказах «Царь-рыба» (Victor Astafiev. Fish Soup On The Boganida // To Live Your Life & other stories. М.: Радуга, 1989. С. 148–149). В качестве сопоставительного русского текста (оригинала) использовано следующее издание: Виктор Астафьев. Уха на Боганиде // Царь-рыба. Петрозаводск: Карелия, 1986. С. 157–204.

Русский и английский языки генетически родственны, они относятся к одной семье (индоевропейской), но разным языковым группам (славянской и германской). По морфологической (типологической) классификации языков они относятся к разным категориям: английский – к аналитическому типу, русский – к флективному, но в английском языке есть элементы флективного строя; в русском же развивается аналитизм. Таким образом, близость анализируемых языков позволяет предположить возможность адекватных переводов с одного языка на другой. Перевод К. Хаммонда мы относим по типу к традиционному переводу.

Сближая теорию перевода и теоретическую лексикологию, обычноьвыделяют в качестве безэквивалентной лексики диалектизмы, окказионализмы (авторские неологизмы), экзотизмы, варваризмы, часть специальной лексики, жаргонизмы и просторечия.

По наблюдениям С.А. Агаповой и А. Самотик, из способов лексической трансформации, использованных К. Хаммондом, выделены следующие: а) замена адекватным соответствием английского языка с минимальными потерями в передаче значения (смысла слова): тоня – fishing-ground, тузлук – brine, фартовый – lucky, помирать – die, обиходить – attend, едомый – edible; б) опущение, т. е. отсутствие лексического соответствия оригиналу в переводе, которое может быть оправдано семантической избыточностью текста В.П. Астафьева или которое можно рассматривать как обеднение текста перевода по сравнению с оригиналом: лодка и кунгасы – boats, мох-волосец – moss; грязь и гнус – dirt, отливать воронью, из-под стола, из-под баклажановой икры, царапками ногтей, сброд; в) описательный способ передачи значения переводимой безэквивалентной лексемы: свежеземье – freshly-turned, earth – мимоезжие – people passing through, редколюдье – scarcity of people, искровал – the sparkling downpour, мокромозготник – marrow-nipping gale, голопупые – bare-tummied; г) перевод через слово-соответствие, принадлежащее сленгу английского языка, как попытка передать стилистическое своеобразие текста оригинала: блатняга – lag, маруха – moll, дитенок – kid; д) перевод через слово-соответствие, принадлежащее разговорному стилю английского языка, как способ передачи специфики народно-разговорной основы текста В.П. Астафьева: брюхо – tummy; е) перефразирование, нарушающее адекватность передачи основного смысла фрагмента текста; неадекватное замещение: башка кружится – knock off your feet, наводить шухер – setting thing to rights, ремками тряхнуть – jumped up and down; как люди говорили – as people says; ж) передача стилистически маркированной лексики оригинала синонимом английского литературного языка, что позволяет передать общее содержание текста, но не передает идиостиля В.П. Астафьева: гайно – nest, лопатина – thing, блатняк – jail-bird; з) неадекватный семантически перевод: куржак – girdle, ветренка – windmill, вехть – besom, whisk; и) прямое заимствование в тексте перевода через транслитерацию: макса – maksa, артель – artel. Наиболее частотным способом перевода безэквивалентной лексики в анализируемом тексте является передача общей семантики без стилистической маркированности слов оригинала.