Читать онлайн «Большой словарь мата. Том 1». Страница 81

Дополнительные (встречающиеся не во всех источниках) части фразеологизма приводятся в круглых скобках. «Вариативные» части фразеологизма даются после основного варианта в квадратных скобках. Если таких вариантов несколько, то они подаются в квадратных скобках через запятую. В базе данных принят алфавитный порядок расположения фразеологизмов по алфавиту ключевых слов. Все фразеологизмы расположены по алфавиту ключевого, формально-синтаксически главного слова. Двусоставные предикативные (глагольно-пропозициональные) идиомы рассортированы по алфавиту имени-подлежащего, поскольку в большинстве случаев глагол варьируется. Прочие идиомы, организованные по типу двусоставного предложения, расположены также по алфавиту имени-подлежащего. Во всех остальных случаях в качестве ключевого слова рассматривается синтаксически основная часть предложения. Ключевое слово, сопровождаемое знаком двоеточия (хуй: на хуй) дается в алфавитной последовательности вокабул до слова, не сопровождаемого таким знаком (хуй на). Знак пробела учитывается при построении алфавитных последовательностей вокабул (хуй с лапшой, хуй с полтиной, хуй сломался, хуй собачий). Знак дефиса приравнивается при построении алфавитных последовательностей вокабул к знаку пробела (хуй там, хуй-трест, хуй чего). Если последовательность слов во фразеологизме жесткая (т. е. от перемены их местами смысл меняется), а на первом месте находится какое-либо зависимое слово, то вперед выносится главное слово в начальной форме, а затем после двоеточия приводится фразеологизм целиком в своей неизменной форме. Идиомы, состоящие из нескольких однородных членов, получили место разработки по наиболее частотному варианту опорного слова. Опорное («ключевое») слово фразеологизма приводится в начальной форме (кроме тех случаев, когда оно в начальной форме вообще не употребляется). Языковые клише типа поговорок вошли в состав фразеологии. Трудно согласиться с А. И. Молотковым, который писал, что «по своему содержанию поговорка всегда однопланова. Классически правильная поговорка передает только прямой смысл содержания высказывания. Поговорка-предложение не имеет никаких признаков фразеологизма, ее ничто не сближает с ним»[31] . Конечно же, поговорки могут иметь и непрямые значения, почти сливаясь с фразеологией. Поговорки включались нами в словарь, поскольку в большинстве случаев они практически неотделимы от собственно фразеологии. Усеченные формы пословиц, поговорок, загадок и других языковых клише условно рассматриваются как самостоятельные идиомы, а их полные «паремиологические» формы – как своего рода контексты их употребления, поскольку аргументировать «первичность» той или иной формы не представляется возможным. Так, например, идиома «хуй сосать», употребляемая для выражения пренебрежения к собеседнику, как форма отказа и во многих других значениях, близких к фразеологически связанным, может рассматриваться как самостоятельное выражение, а ее полная форма «твоими бы устами да хуй сосать» – как контекст употребления. Языковые клише в виде неполных предложений с прямыми значениями (по логико-семиотической классификации Г. Л. Пермякова – присловья[32] ) в раздел фразеологии не включены, а соответственно рассматривались как случаи устойчивой сочетаемости. Междометные выражения с известной долей условности введены в раздел фразеологии. Предложно-именные наречные обороты с фразеологически связанными значениями также входят в раздел фразеологии. Критериями при отборе фразеологии были: 1) наличие у сочетания слов семантических признаков лексемы (семантическая неделимость); 2) наличие у словосочетания синтаксических признаков лексемы (синтаксическая неделимость); 3) многокомпонентность; 4) традиционное раздельное написание компонентов в идиоме и отсутствие грамматических показателей процесса лексикализации[33] .

5.2. Грамматическая справка

На первом месте после вокабулы (слова хуй) дается грамматическая справка. Поскольку были зафиксированы вариативные формы, то парадигма приводится полностью. При такой полной разработке потенциально весьма вероятные, но не зафиксированные в источниках формы сопровождаются пометой «не зафиксир.». Если данная форма вообще предположительно не образуется, то она соответственно обозначается условной пометой «не образ.».

При обработке материала большие трудности возникали при определении значений лексем и особенно идиом. Мы пытались определять значения, по возможности точно, в соответствии со словоупотреблением источников, с имеющимися в них контекстами данного слова. Поскольку словарь предназначается в первую очередь лингвистам, то мы исходили из принципа полноты подачи значений, давая «все» значения, подзначения, оттенки значений и оттенки употребления, зафиксированные в источниках последних трех столетий. Приведение всех значений и оттенков слова с исчерпывающим иллюстративным материалом необходимо при первичной обработке материала. Таким образом, статья представляет собой сводку всех значений, зафиксированных в макросистеме.

Грамматическая форма подачи определения значения соответствует грамматической форме приводимого иллюстративного контекста. Грамматическая форма вокабулы тоже, по возможности, приводилась в соответствие с имеющимися контекстами. Так, например, если иллюстративный источник дает нам контекст с глагольным фразеологизмом с глаголом в несовершенном виде, то этот ключевой глагол дан в несовершенном виде и в вокабуле. Точно так же и в определении значения соответствующий определяющий глагол дается в несовершенном виде. Приводить столь нестандартный материал к «единому знаменателю», пытаясь полностью упорядочить его традиционным образом, мы не посчитали корректным.

Определения значений слов даются после грамматической справки с обязательными иллюстрациями, поддерживающими каждое значение, подзначе-ние, оттенок значения и оттенок употребления. Предпочтительными являются определения значений во всей широте необходимых и достаточных признаков. Последовательность подачи значений у одного слова неизбежно требует некоторого отклонения от строго синхронического подхода. Под «основным» значением в словарях часто подразумевается или субъективно воспринимаемое как самое употребительное (с синхронической точки зрения), или как «первоначальное» (диахронически) значение. Однако значение, воспринимаемое сейчас как «первоначальное», не всегда является действительно более «ранним». Мы далеко не всегда располагаем достаточной информацией, чтобы решить, какое значение является более «ранним». Не всегда можно точно установить, какие метафорические образования первичны, а какие – вторичны. Но даже при выделении одного значения как основного встает вопрос о расположении всех остальных значений данного слова. Очевидно, что, пользуясь только историческим принципом, невозможно рассортировать все значения и оттенки слова. После «неметафорического» значения, в качестве которого мы условно рассматривали значение обсценного слова, связанное с сексуальной деятельностью человека, дается следующее прямое, неметафорическое значение (если оно есть). Далее следуют самые употребительные переносные значения (если они есть). Абстрактные значения ставились после конкретных. В то же время ряд значений мы пытались расположить по степени их употребительности (имеется в виду частотность употребления в наших источниках). Конечно, сам принцип последовательной нумерации «типологически» разных значений арабскими цифрами, принятый в лексикографии, более чем условен. Но едва ли возможно разработать совершенно однородные, идеально системные принципы расположения значений, особенно применительно к такому разнородному материалу. По крайней мере мы себе подобной задачи не ставили. Итак, последовательность подачи значений вырабатывается с учетом следующих принципов: является ли данное значение: 1) первоначальным или поздним; 2) прямым или переносным; 3) конкретным или абстрактным; 4) более или менее частотным – и некоторых других.

Мы были вынуждены редуцировать систему подачи омонимов в словаре. К примеру, междометное употребление слова «хуй» рассматривалось условно как одно из значений того же самого слова, а не как его омоним. В результате мы получили как бы картину разрушения грамматики слова от первого «субстантивного» значения к последнему «междометному». В этом случае каждое последующее «омонимическое» значение, как мы уже сказали, давалось в традиционной последовательности подачи частей речи: от существительного к междометию (сначала субстантивированные формы, затем адъективизиро-ванные, местоименные, адвербиализованные и в конце формы, имеющие значения, близкие к частицам и междометиям). Мы принимаем эту «систему» условно в рабочем порядке.