Читать онлайн «Непознанное и невероятное: энциклопедия чудесного и непознанного». Страница 111

Бывает, что человек, переживший подобное временное расстройство сознания, заявляет, что видел в этот миг такое, чего не видел до того нигде и никогда, о чем не слышал и не мечтал. Но при внимательном анализе его переживаний в них всегда обнаруживается то, что И. М. Сеченов назвал в своем определении сновидений "небывалой комбинацией бывалых впечатлений". Ведь весь жизненный опыт личности, весь океан осознанных и неосознанных воздействий, воспринятых человеком от действительности, запечатлевается в структуре его мозговых функциональных систем, в матрицах его памяти.

Образно говоря, в структурах мозга человека, начиная с первых дней его жизни, изо дня в день, из года в год постепенно накапливается своего рода гигантская фильмотека жизненного опыта. Съемочной аппаратуре и пленке, которая фиксирует здесь изображение, мог бы позавидовать искуснейший кинооператор, располагающий самой богатой современной аппаратурой. Мозг снимает кадр помногу раз на одну и ту же как бы многослойную пленку так, что главное, существенное, жизненно значимое по мере накладывания снимка на снимок проявляется, вычерчивается, вырисовывается все четче и яснее, а случайные, нехарактерные, малозначимые черты стушевываются, стираются.

Этот съемочный аппарат ни на мгновение не остается неподвижным, никогда не бывает холодно бесстрастен и неразборчив в отношении предметов съемки. Его движет к объекту, настраивает фокус объектива, включает затвор, вращает пленку мощный побудительный стимул – эмоция, влечение, потребность. Вначале эти стимулы предельно просты, но затем, когда ребенок обучается речи, в словах закрепляется, становится осознанным его растущий жизненный опыт.е.о познание мира, картина все больше и больше усложняется и проясняется.

Все активнее становится познавательная деятельность человеческого мозга, более избирательным и осознанным отношение к предметам действительности, к людям, обществу, самому себе. Усложняются побудительные мотивы. Теперь это уже не примитивные потребности и влечения, а все более сложные эмоции и интересы. Но и на этом, более высоком уровне, когда съемочная камера мозга фиксирует все новые предметы и явления действительности, на пленку продолжает попадать и то, что находится вне фокуса сознания, то есть огромное количество неосознаваемых воздействий мира.

Часть зафиксированного в "фильмах" мозга "озвучена", осознана, запечатлена, закреплена в слове, в языке. Здесь и отдельные связи этих изображений между собой, и многостепенные разносторонние отношения самих связей друг с другом. Но, думается, еще большая часть хранящейся в нас беспрерывно пополняемой и изменяющейся фильмотеки остается неосознанной, недостаточно ясно осмысленной.

Однако осознанные или неосознанные впечатления, закрепленные в матрицах нашей памяти, почерпнуты из одного источника – из окружающего нас мира природы, мира людей.

И какие бы длительные и изнуряющие усилия уйти в себя, оторваться от суеты этого мира ни прилагали те, кто ищет сокровенных истин о сознании, душе и бытии в общении с воображаемым миром иным, как бы ни старались они убить в себе разум и чувства, закрыть все двери стучащейся в их сознание действительности, никогда не отрешиться им от мира сего. Ибо уже с первого момента рождения действительность властно проникает в каждого из нас, ее жизненные соки мы впитываем с каждым нашим движением, информация впечатывается в живые клетки мозга. Там, в его глубинах, в динамике взаимодействия нервных клеток и волокон, – не только личный, индивидуальный опыт человека, там – грандиозный опыт человеческих поколений и даже отраженный в мозговых врожденных структурах опыт истории наших далеких животных предков. И когда мистик погружается в состояние отрешенности от того, что происходит вокруг него, в его суженном сознании распаленная эмоция возжигает, высвечивает только одно – впечатанное земное, посюстороннее.

В состоянии близкого к гипнозу суженного сознания, в которое впадают под влиянием определенных условий люди с повышенной нервно-психической возбудимостью, могут иногда производиться в памяти и впечатления, полностью забытые, и те, которые были восприняты некогда, не будучи ясно осознанными.

Это подтверждается и тем, что у людей, погруженных в состояние гипноза, можно соответствующим внушением воспроизвести в памяти последовательность и обстановку давным-давно пережитых ими событий, описание таких их деталей и подробностей, о которых они в состоянии бодрствования не могут ничего вспомнить. Если загипнотизированному взрослому человеку внушить, что он – ученик первого класса, он во всех подробностях опишет помещение школы, комнату, где когда-то учился, расскажет о своих учителях, их привычках, внешности. Совсем недавно внимание ученых привлек случай с 60-летним каменщиком, который, будучи погруженным в состояние гипноза, сумел описать шероховатости и углубления на кирпичах стены, выложенной им 35 лет назад. Рассказанное при проверке подтвердилось.

Эти данные убедительно говорят о том, что величина информационной емкости запоминающих устройств нашего мозга далеко еще не исследована.

Усилия ученых – психологов, физиологов, биохимиков, кибернетиков – направлены сегодня на то, чтобы наиболее всесторонне и полно выявить условия, благоприятные для плодотворной деятельности мозга, как можно глубже познать таящиеся в нем и далеко еще не до конца раскрытые возможности.

Человеческому мозгу – великолепному, сложному и тонкому инструменту, с помощью которого мы воспринимаем и познаем мир, – наука старается обеспечить наилучшие условия для работы, чтобы наше мышление и сознание стали шире и острее, а чувства – выше и лучше.

Последователи мистики видят единственный путь к счастью и познанию высших истин в отрешении от реального мира, в слиянии с силами мира потустороннего. Все их старания направлены к тому, чтобы, заглушив в себе голос разума и убив все чувства, погрузиться в состояние, в котором, как им кажется, эта цель достигается. В ход пускается обширный арсенал приемов и средств, в которых действительно заключены все условия, необходимые для того, чтобы ввергнуть наше сознание в болезненное состояние, когда страстно желаемое принимается за действительное, иллюзия обретает облик реальности.

Хотя возникающие при этом состояния искаженного, суженного сознания носят обычно временный, преходящий характер, весьма нередки случаи, когда и в этот недолгий момент оно достигает степени, граничащей с душевным помешательством. Психиатрии известно немало случаев, когда дошедшие до таких состояний исступленные фанатики совершали тяжелые преступления, убивали себя или других. Бывает, что такие временные состояния суженного сознания в конце концов приводят к полному разрушению личности, к тяжелому психическому расстройству.

Примером губительного действия средств, вызывающих экстатические "видения", могут служить наркотики. Злоупотребление ими приобрело в капиталистическом мире массовый характер. Причин тому много. И конечно, первая – это глубокая неудовлетворенность жизнью, рождающая в неустойчивых людях желание забыться в искусственно вызванных грезах. Из других причин можно назвать душевную нищету и опустошенность, а также интерес к наркотикам, искусственно разжигаемый с помощью рекламы, и т.п.

Начиная с 1962 года с невиданной силой вспыхнуло увлечение химическими путешествиями в мир "потустороннего экстаза" среди американской молодежи и некоторых кругов интеллигенции. Роль масла, подлитого в огонь, сыграл тот дифирамб мескалину, которым стала книга Олдоса Хаксли "Врата восприятия". Последствия не заставили себя ждать…

Уже в 1963 году в журнале "Рипортер" появилась статья о серьезных бедах, приносимых этой манией. Стало известно о ряде попыток самоубийства после приема наркотиков и о том, что у некоторых лиц возникли психические заболевания, припадки которых повторялись даже через два года после приема наркотика. Эта судьба уже постигла некоторых молодых людей в районе Кембриджа, и, по сообщению доктора Фарнсуорта, в результате приема наркотиков многие студенты стали пациентами медслужбы Гарвардского университета. Печать сообщала, что в 1966 году в одном только Нью-Йорке родилось 800 детей, унаследовавших неодолимую потребность в наркотиках от своих матерей-наркоманок.

В последнее время в США стали говорить о наркотике ЛСД как о подлинной "национальной одержимости", принявшей столь угрожающие размеры, что пришлось даже создать специальную комиссию сената. Польский журналист В. Сливка-Щербиц в статье "Охота на дракона" приводит примеры трагической гибели людей после приема ЛСД: "Один выпрыгнул из окна десятого этажа, решив, что у него выросли крылья. Другой бросился под машину, так как ему почудилось, что он "сильнее" ее. Третий очутился в психиатрической больнице".