Читать онлайн «История Древнего мира, том 2». Страница 134

В эллинистических государствах Передней Азии в меньшей степени, чем в Египте, были распространены царские культы. Однако Селевкиды претендовали на то, что происходят от Аполлона — чтобы придать «божественный» характер своей династии. В некоторых полисах устанавливались за оказанные услуги культы отдельных царей; были и частные объединения почитателей царского культа (например, почитатели Евмена II): помимо политических мотивов в установлении таких культов играла роль вера в сверхъестественные способности правителей (особенно тех, кто одерживал победы над своими противниками), надежда обрести в них богов-покровителей вместо прежних, терявших доверие полисных богов.

В период расцвета державы Селевкидов, длившийся до начала II в. до н.э., сравнительно прочный союз центральной власти с городами, использование катекий для контроля над сельской территорией обеспечивали планомерную эксплуатацию масс сельского населения. В этот период мы можем проследить известный рост производительных сил на царских и городских землях, внедрение новых сельскохозяйственных культур. Селевкиды пытались культивировать индийский бальзам; в Вавилонии и Сузиане, по свидетельству Страбона, разводили рис и новые сорта винограда. Эллинистический полис представлял собой более сложную общественную структуру, чем полис классический. Эллинистический полис контролировал сельскую территорию, часть которой находилась в собственности граждан, часть составляла общественный фонд города (пастбища, которыми граждане могли пользоваться за плату; земли, сдаваемые в аренду); кроме того, к полису была приписана территория, где располагались деревни и различного типа поселения, жители которых не пользовались гражданскими правами, подчинялись должностным лицам города д уплачивали городу подати деньгами или натурой. Иногда крупный полис главенствовал над более мелкими, сохранявшими внутреннюю автономию, но платившими налоги господствующему городу. В зависимых полисах находились должностные лица, направленные туда из полиса господствующего.

Наиболее крупные города представляли собой независимые государства. В этом отношении показательна история малоазийских владений Родоса, по общей протяженности которых (включая и некоторые острова) он мог соперничать в начале II в. до н.э. с Пергамским царством. Колонизация родосцами малоазиатского побережья началась еще в VI—V вв. до н.э. Эти древние колонии Родоса представляли собой крепости, расположенные, как правило, на возвышенностях, с которых можно было вести наблюдение за береговой линией. После образования эллинистических государств, заинтересованных в союзе с Родосом — важным центром транзитной торговли по Эгейскому морю, он значительно расширяет свои владения. От Селевка II в награду за помощь в его войне с Птолемеем III Родос получил г. Стратоникею в Карий (на юго-западе Малой Азии) с прилегающими землями. Во II в. до н.э., воспользовавшись тяжелым положением стратегов, управлявших малоазийскими владениями

Египта, Родос купил у них г. Кавн (тоже в Карий). Наконец, за поддержку Рима в войне против Антиоха III родосцы были вознаграждены большей частью Карий и Ликии, бывшей прежде под властью Селевкидов. Все эти новые владения управлялись специальными: должностными лицами, посылавшимися из Родоса, — стратегами, гегемонами и эпистатами, имевшими военные, полицейские и финансовые функции (они собирали подати с зависимого населения).

Эллинистический полис, таким образом, представлял собой иерархию общин. Сельские общины на городских территориях пользовались некоторым внутренним самоуправлением (там действовало деревенское народное собрание), имели общинный фонд и общественные земли (как правило, земли вокруг святилищ), которые находились под контролем общин: например, в надписи одной малоазийской деревни, расположенной на территории полиса, говорится о решении деревни засадить священный участок: тот из общинников, который вырастит не меньше трех деревьев и сохранит их в хорошем состоянии в течение пяти лет, будет за это чествоваться в течение последующих пяти лет на ежегодном празднестве. Кроме того, жители деревни делали взносы на общественные нужды (до 100 драхм). Земледельцы были лично свободны и имели свободу передвижения.

Характерной чертой эллинистического города было существование в нем разных групп населения — принадлежащих к разным народностям, имевших различное правовое положение. В гражданские коллективы полисов входили как греки и македоняне, так и представители местного населения: последних было особенпо много во вновь основанных полисах и местных городах, получивших статус полиса. В Селевкии на Тигре отмечено большое количество переселенных туда вавилонян; в Аптиохии на Оронте наряду с греками жили сирийцы; Антиохию-Эдессу в Верхней Месопотамии современники называли полуварварской. Граждане негреческого происхождения часто принимали эллинские имена, но это не было правилом: в источниках встречаются упоминания представителей верхушки городского населения (например, послов к царю), которые носили негреческие имена и отчества.

В эллинистический период продолжаются переселения ни одних областей и городов в другие. Отдельные переселенцы за особые заслуги перед городом или царем получали полные права гражданства (среди них были и лица негреческого происхождения); другие получали только право владения землей без политических прав (разрешение лицам, не являющимся гражданами города, приобретать землю на его территории — одно из характерных отличий эллинистического полиса от классического); иногда такое право на приобретение земли даровалось взаимно всем гражданам договаривающихся между собой городов. Переселенцы из сельской местности или других городов, не получившие никаких привилегий, составляли более низкую правовую группу пареков — они имели право жить в городе и округе но не приобретать землю в собственность), принимали участие в городских празднествах. Пареками могли стать вольноотпущенники; земледельцы, переселившиеся в город и внесенные в списки пареков, теряли связь с сельской общиной. Иногда переселенцы одной народности составляли особую самоуправляющуюся организацию внутри города — политевму. Такие политевмы образовывали иудеи, возможно, также сирийцы в Антиохии на Оронте.

В эллинистических полисах сосредоточивается большое количество рабов — частных и общественных. Многие рабы были слугами в богатых домах, работали в ремесленных - мастерских. Общественные рабы были низшими служащими государственного аппарата, использовались в строительстве. В последнем случае они получали небольшую поденную плату и одежду. Если судить по материалам малоазийского храма в Дидимах, рабы получали меньше свободных рабочих (3 обола в день, в то время как самая низкая оплата свободному рабочему была 4,5 обола). В период эллинизма продолжался перевод рабов на «оброк» — они вели самостоятельное хозяйство и выплачивали своим господам определенные взносы. Широко распространен был отпуск рабов на волю; вольноотпущенники оставались связанными со своими господами определенными обязательствами; иногда они до конца своих дней должны были, как указывалось в документах об отпуске на свободу, выполнять «всю ту работу, что они делали в рабстве». Дети, рожденные рабыней до отпуска на волю, оставались рабами, если их освобождение не было специально оговорено. По законам некоторых полисов следовало особо оговаривать также право вольноотпущенника на свободный выезд из города. Иногда вольноотпущенники откупались от своих обязанностей деньгами. Из своих вольноотпущенников и доверенных рабов богатые люди, как правило, вербовали управителей имений, надзирателей в мастерских и торговых агентов.