Читать онлайн «Огненный всадник». Страница 98

— Литва идет! Спасайтесь кто может! — истошно орали казаки.

— Уводи пленного в лес, дурак! — крикнул кто-то охраннику оршанского полковника. Охранник начал кинжалом перерезать веревки на ногах Кмитича, даже не подозревая, что его пленник уже давно освободил свои руки. Вот и ноги свободны… Удар, и охранник замертво упал с телеги. Сам Кмитич спрыгнул на землю и залег, уткнув лицо в траву. Крики, выстрелы и звон сабель как-то внезапно стихли.

— Ауфштейн! — кто-то наступил сапогом полковнику на руку. Кмитич медленно поднялся на ноги. В темном воздухе ночи неред ним стоял солдат в расшитой галунами венгерской одежде, держа в руках мушкет, направленный прямо в лоб полковнику. Подошел другой, такой же, в венгерской форме солдат. Что-то сказал первому на своем языке.

«Наемники», — смекнул Кмитич, продолжая стоять с поднятыми руками. Подошел и литвинский офицер, суровой внешности мужчина лет тридцати с длинными светлыми, как спелая рожь, волосами, в шляпе с пером. Сердце Кмитича радостно забилось. «Свои!»

— Пленных няма. Тылько забитые. Ось, один, — указал на пленного Кмитича офицеру второй венгр, говоря на русском, но с явным галицким акцентом. Первый венгр, судя по всему, знал только немецкий язык.

— Расстрелять, — коротко и негромко обронил офицер, даже не глядя на Кмитича, — нам эти бамбизы пленными не нужны.

— Я не бандит. Я сам был пленным у казаков! Мое имя Са-муэль Кмитич, — заговорил оршанский полковник, но офицер лишь усмехнулся:

— Пан Кмитич сейчас находится в лагере у Великого гетмана. Вы, как я вижу, литвин, но изменник. Даже одежду поменяли. Небось из православных холуев царя. Прекрасно! Изменникам — смерть! — и он решительно махнул перчаткой гайдукам, мол, уводите.

— Офицер! Прошу слова! — заволновался Кмитич, понимая, что может произойти непоправимое. Гибнуть от своих, по ошибке, казалось ему самой нелепой и бессмысленной смертью.

— Пан офицер! Я в самом деле пленный! И я кальвинист, а не православный! Меня зовут в самом деле Самуэль Кмитич. Меня без сознания взяли в плен в Менске! Везли к Хованскому за наградой! — объяснял Кмитич, уже жалея, что сам избавился от веревок на запястьях. — А то, что свитка казацкая, то моя в негодность пришла! Мне нужно срочно к гетману в Вильну! Пан офицер! Да выслушайте же меня!

Но офицер, похоже, не собирался слушать Кмитича.

— Расстрелять! — коротко бросил он венгру, повернувшись спиной к пленному.

— Вы совершаете ошибку, пан офицер! — Кмитич был вне себя от отчаянья, что из одного плена угодил в другой, собственный, где его еще и расстреливают. Кмитич кричал что-то вслед офицеру, но тот даже не обернулся. Озлобленный на бесчинства казаков офицер не собирался больше выслушивать пленного.

— Ротмистр Сорока! Заведите этого мерзавца к тому вон оврагу на краю ельника да расстреляйте! С пленными да предателями таскаться нам нет ни времени, ни сил, ни малейшего желания! — услышал Кмитич голос офицера откуда-то из темноты. В душе у оршанского князя все упало и перевернулось! Погибать?! Нет, он не боялся смерти, но погибать так нелепо, не в бою, а от пули своих же?!

Подъехал всадник.

— Пошли! — крикнул он венграм. Те толкнули прикладом Кмитича, направляя в сторону небольшого оврага на окраине елового леса.

— Молитесь, пан пленный! — с ухмылкой вымолвил понимающий русский язык венгр. — У нас пастора няма.

— Да пошел ты… идиот! — огрызнулся на него Кмитич…

— Тю! Никак опять вы, пан Кмитич! — услышал ошарашенный полковник и поднял голову на всадника. Тот спрыгнул с коня. Кмитич тут же узнал улыбающееся усатое лицо оршанского ротмистра Сороки. Душа, упавшая было в самые пятки, взлетела вновь к самому сердцу.

— Сорока! — Кмитич, уже распрощавшийся с жизнью, просиял. — Как ты вовремя, сябр! Второй раз спасаешь мне жизнь!

— А вы опять переодетый! Да что же с вами такое, пан Кмитич?! — Сорока захохотал, и Кмитич вместе с ним, припоминая, что первый раз повстречал ротмистра также переодетый, только в стрельца.

— Вас в этом маскараде не сразу и узнать! — обнял Сорока широкие плечи Кмитича. — А ну, спадары мадьяры, развяжите пана Кмитича!..

Так в течение суток оршанский князь дважды чудом избежал смерти.

«Видимо, я еще нужен Господу, коль выручает меня так часто», — облегченно думал Кмитич, пока с него срезали веревки.

— Прошу прощения, — к Кмитичу приблизился уже знакомый офицер, командир отряда, — но и вы поймите, полковник, тут не до судов и разбирательств. Враг к самой Вильне подступает.

— И мне туда нужно. Просто срочно, — Кмитич уже не обижался на офицера.

— Значит, едем с нами, — улыбнулся тот.

В эти же дни, а точнее, чуть ранее, в июне, шведский король, как и обещал, послал-таки семитысячное войско генерала Густава Адольфа Левенгаупта под командованием капитана Йохана фон Уленброка на север Великого княжества Литовского. Шведы подошли к Двинску, где все еще стоял вернувшийся с подкреплением горемычный гарнизон Ордина-Нащокина, и на глазах у ошарашенного военачальника Московии, безуспешно ранее пытавшегося штурмовать город много раз, спокойно вошли в открывшиеся городские ворота под развевающимися на ветру желто-голубыми знаменами, под звуки флейт и барабанов.

В Двинске все ликовали. Царский же сановник понял, что город теперь ему точно не взять. Более того — ему самому грозит смертельная опасность. Воевода вновь спешно ретировался. Далее шведы заняли литвинские Плюсы, Браслав, Дрысвя-ты, Пеликаны, быстро захватили ранее захваченные московитами Друю и Дриссу. Так западнее и севернее Полоцка на пути московского войска неожиданно выросла стена, о которую теперь можно было разбить не одну голову московскому царю. Жители же занятых городов вздохнули с облегчением — им более не грозила участь Полоцка или Мстиславля.

Однако основная часть войска Швеции пошла все же не на московитов, чего так хотел Януш Радзивилл, а на Польшу, где, похоже, никто и не собирался отстаивать честь своего короля в бою со скандинавскими, немецкими, чешскими, латышскими, эстляндскими и финскими солдатами. 18 июля в Польше появился сам Карл Густав. Шведский полевой маршалок Виттенберг вел на поляков 14 ООО солдат. И 12 700 солдат шло лично с королем Карлом Густавом. Но еще 14 июля Виттенберг высадился в Поморье под Устем, где располагалось польское войско, которое тут же сложило оружие. Поляки добровольно сдавались шведам, не желая сопротивляться.

Шведский король быстро разбил жалкие попытки оказать сопротивление, без проблем занял столичную Варшаву Испуганный неожиданным поворотом событий, которые сам же и вызвал, король Польши и уже далеко не великий князь Ян Казимир бежал в Силезию. Новым литвинским великим князем собирался стать шведский король Карл X Густав.