Читать онлайн «Личностные расстройства». Страница 83

Список литературы

1. Abraham, K. A Short Study of the Development of the Libido, Viewed in Light of Mental Disorders. In Selected Papers or Psycho-Analysis. London, Hogarth Press, 1927.

2. Fairbairn, W. Psychoanalytic Studies of Personality. London, Routledge, 1952.

3. Klein, M. Eine Kinderentwicklung. Imago, 1921. 7, 251–309 p.

4. Klein, M. Mourning and Its Relation to Manic-Depressive. States. In Love, Guilt and Reparation and Other Works 1921–1945. New York, The Free Press, 1975.

5. Klein, M. Contributions to Psycho-Analysis. London, Hogarth Press, 1950.

6. Klein, M. Our Adult World and Its Roots in Infancy. Human Relations, 1959, 12, p. 291–303.

7. Laughlin, H. The Neuroses. New York, Appleton-Century-Croft, 1967.

8. Maroda, K. The Power of Counter-Transference. Nortvale. NJ. Aronson, 1991.

9. McWilliams, N. The Psychology of the Altruist. Psychoanalytic Psycho logy, 1984. 1, 193–213.

10. Slater, P. The Pursuit of Loneliness: American Culture At the Breathing Point. Boston, Beacon, 1970.

11. Spitz, R. Аналитическая депрессия. Psycho-Analytic Study of the Chield, II. New York. International University Press, 1946. 313–342.

12. Weininger, O. (The Clinical Psychology of Melanie Klein. Springfield, IL. Charles Thomas.

Формирование личностных расстройств кластера «В» начинается в детском возрасте и находится в прямой взаимосвязи с влиянием окружающей среды. В процессе развития личностного расстройства для достижения чувства безопасности, контроля, идентичности эти дети ведут себя таким образом, что объективно достигают обратного желаемому результата. Они вызывают у других людей частые отрицательные эмоциональные реакции, что значительно затрудняет возникновение желания и каких-либо попыток сделать для них что-то приятное, как-то помочь им. Такой характер коммуникации не только не смягчает, но и усиливает их дезадаптацию.

Личностные расстройства кластера «В» обычно объединяют под общим названием — «драматические личностные расстройства» [3].

М. Занарини и Ф. Франкенбург (M. Zanarini, F. Frankenburg) [61] находят у лиц с драматическими личностными расстройствами особенности развития, включающие как факторы биологического риска, так и негативные переживания детства.

В анамнезе (сведениях о событиях жизни) лиц с драматическими личностными расстройствами отмечались физическое и/или сексуальное насилие, большие расстройства настроения, расстройства дефицита внимания/гиперактивности, нарушения обучения. Дж. Парис (J. Paris), X. Цвейг-Франк (H. Zweig-Frank) [44], И. Гандерсон (I. Gunderson), М. Занарини (M. Zanarini), К. Кисел (C. Kisiel) [19] обнаружили, что дети без прямой связи с тяжестью средовых отрицательных воздействий и биологических нарушений в процессе формирования драматических личностных расстройств проявляют объединяющую их особенность. Они сверхчувствительны и реактивны к психическим состояниям других людей и в то же время выраженно эгоцентричны и полностью пренебрегают их чувствами. По отношению к родителям, учителям, врачам они склонны к внезапному изменению отношения. Коммуникабельность, вежливость, приветливость сменяются яростью, требовательностью, деструктивным, манипулятивным поведением.

Для них характерно несоответствие сосуществования чувства всевластия с беспомощностью. Эти чувства могут иметь преимущественно внешнее или преимущественно внутреннее скрытое выражение. Так, например, антисоциальные и нарцисстические лица, как правило, внешне демонстрируют силу, а внутренне скрыто чувствуют бессилие. Пограничные лица, наоборот, внешне выглядят беспомощными и скрывают свою внутреннюю силу [4].

В последнее время в развитии личностных нарушений придается специальное значение нарушению процесса ментализации. Она представляет собой основанную на биологических механизмах способность представлять себе, интерпретировать и реагировать на собственное психическое состояние и поведение, а также психическое состояние и поведение других людей, создавая психическое поле содержаний и их значимостей. Согласно данным П. Фонаги (P. Fonagy et al.) [16], эта способность возникает в интерактивных процессах системы аттачмента (устойчивой аффективной связи). Ментализация позволяет детям понимать себя и других людей, «схватывать» их чувства, мысли, убеждения, желания.

С развитием ментализации связано формирование психических процессов [4], включая способности:

1) к конструкции автобиографической истории;

2) к социальному взаимодействию, эмпатии, гибкой активизации ментальных репрезентаций в ответ на социальный контекст;

3) к саморегулирующим ограничениям, модуляции аффекта и функции выбора направления;

4) к символизированию, игре, фантазированию и использованию юмора.

Нарушение развития, ведущее к тяжелым личностным расстройствам, достигает критического момента, когда ребенок с развитой эмпатией в результате отрицательного опыта коммуникации обучается подавлению ментализации в ответ на внешние и внутренние сигналы, которые в норме стимулируют стремление к общению, установлению глубоких межличностных контактов. Вследствие вышеназванных процессов развивается дезорганизованная модель «прилипания» (паттерн аттачмента) и фракционирование психологического функционирования [13, 35].

Фракционизация приводит к тому, что развитие оказывается фиксированным на каких-то отдельных ситуационно обусловленных или внутренних состояниях без их интеграции. Таким образом, отдельные переживания, на которых имело место фиксирование, становятся введенными в ментализационную структуру, в то время как многие другие организовываются в психике «нементализационным» образом.

Нементализированные (не включенные в ментализацию) содержания переживаний ведут к насильственному дезадаптационному поведению, провоцируя ответные негативные реакции у окружающих и прежде всего лиц, находящихся в непосредственном общении. Нементализированные насильственные стратегии вызывают подавление процесса ментализации у других людей, прежде всего близких, авторитетных лиц.

В результате возникают порочные циклы отношений с развитием дезадаптивных взаимоусиливающихся паттернов деструктивного поведения.

В формировании личностных расстройств кластера «В» большое значение придается нарушению устойчивой аффективной связи (аттачмента) в раннем возрасте. Британский психоаналитик Дж. Боулби (J. Bowlby) [5, 6] подчеркивал центральную роль аттачмента, который развивается между ребенком и человеком, осуществляющим заботу. Дж. Боулби связывал с характером устойчивой аффективной связи возникновение «Я»-концепции и оценки ребенком межличностных отношений. Автор предложил концепцию о кодировании в ментальных репрезентациях (ментализационном поле) ранних взаимодействий с наиболее близкими к ребенку лицами. Закодированные в психике содержания, согласно Дж. Боулби, представлены структурой «внутренних рабочих моделей» себя и других людей. Эти рабочие модели включают ожидания, убеждения, эмоциональные оценки, правила обработки информации, направленность выбора. Внутренние рабочие модели направляют и определяют устойчивую аффективную связь с различными лицами на протяжении жизненного цикла. Внутренние рабочие модели формируют характер настоящих и будущих отношений, определяют содержание аффективных состояний в этих отношениях [15]. Согласно теории объектных отношений, внутренние рабочие модели отражают не имидж какого-то человека (например, матери или отца), а переживание итераций с ними как фигурами, с которыми сформировалась ранняя устойчивая аффективная связь.

М. Мэйн и соавт. [35] разработали специальный инструмент для исследования взрослого «прилипания» (аттачмента): Adult Attach ment Interview (AAI) и на основе проведенных исследований выделили четыре категории аттачмента: 1) безопасно-автономный; 2) растворяющийся; 3) озабоченный; 4) неразрешенный.

1. Безопасно-автономное состояние психики в отношении устойчивой аффективной связи (аттачмента) определяется внутренне постоянным и достаточно правдивым отражением отношений с родителями в настоящем и в детстве, а также хорошо организованными и свободно выражаемыми эмоциями. Индивидуум способен связно обсуждать как положительные, так и отрицательные стороны ранних отношений и связанных с аттачментом переживаний.

2. Растворяющийся, или избегающий, аттачмент характеризуется тенденцией девальвировать значение отношений, связанных с аттачментом, или представлять их идеализированным образом отвлеченно, без конкретных деталей, оправдываясь плохой памятью на события детства.

3. Озабоченный вариант проявляется в видимой свободе разговора на тему об аттачменте и связанных с ним чувствах, при одновременной инкогерентности, употреблении жаргона, бессмысленных слов и выражений, спутанных амбивалентных оценок настоящих и прошлых отношений.

4. Неразрешенный (в отношении травмы) характер устойчивой аффективной связи (аттачмента) проявляется наличием «пустот», провалов в памяти по поводу травмировавших событий; утверждения о связанных с аттачментом фактах изолированы, неправдоподобны, приводят к спутанности и умолчанию.