Читать онлайн «Половая психопатия». Страница 130

В силу чувства страха, сопровождающего эти состояния сумеречного сознания, половой импульс превращается в императив, во внутреннее принуждение, которое исполняется чисто импульсивно и совершенно непроизвольно.

Наблюдение 209. К., младший чиновник, 29 лет, из невропатической семьи, живет счастливо со своей женой, имеет ребенка. Неоднократно эксгибиционировал перед прислугой, в особенности в состоянии сумеречного сознания. К. — высокого роста, строен, бледен, нервен, порывист. О своих поступках имеет только общее воспоминание. С самого детства с ним часто случались приступы прилива крови с сильным покраснением лица, учащенным и напряженным пульсом, неподвижным, как бы не замечающим окружающего взором. Временами головокружение и помрачение сознания. В момент такого (эпилептического) приступа К. откликался лишь после неоднократного зова. После приступа он приходил в себя, как после сна. Он утверждает, что за несколько часов перед тем, как он совершал акт эксгибиционизма, он всегда чувствовал возбуждение, беспокойство, страх, угнетение и прилив к голове. При этом он часто бывал как бы в оглушенном состоянии и испытывал неопределенное чувство полового возбуждения. Во время приступа он без цели уходил из дома и обнажал где-нибудь свои половые органы. По возвращении домой он имел о случившемся смутное воспоминание и чувствовал себя утомленным и разбитым. Интересно, что, совершая акты эксгибиционизма, он освещал свои половые органы спичками. Экспертиза высказалась в том смысле, что в основе инкриминируемых ему поступков лежала эпилепсия и что они были непроизвольны. Тем не менее его признали виновным, хотя и заслуживающим снисхождения (Dr. Schuchardt. Op. tit.).

Наблюдение 210. Л., 39 лет, портной, холост; отец, по всей вероятности, алкоголик; два брата были эпилептики, третий — душевнобольной. Сам он страдал легкими эпилептическими инсультами, впадал иногда в сумеречное состояние, во время которого бесцельно блуждал по городу, не зная затем, где он был. Раньше его считали благонравным человеком, теперь он находится под судом за эксгибиционизм, который он совершил 4–6 раз в чужих домах, причем играл своими половыми органами. Относительно этих поступков у него оставалось лишь крайне смутное воспоминание.

Л. подвергся очень суровому наказанию за неоднократное дезертирство с военной службы (по всей вероятности, совершенное также в состоянии сумеречного сознания на почве эпилепсии). В тюрьме он психически заболел и был перевезен в заведение для душевнобольных с «эпилептическим помешательством». Оттуда его выписали «излеченным». Что касается инкриминируемых ему поступков, то здесь легко исключить и цинизм, и озорство. В высшей степени вероятно, что они имели место при сумеречном состоянии сознания. Даже полицейским чиновникам в момент ареста он показался «сумасшедшим», вернее, человеком, находившимся в состоянии помраченного сознания (Ытап. — Vierteljahrschrift fur gerichtliche Medizin. N. F. XXXVIII. H. 2).

Наблюдение 211. Л., 37 лет, совершил за период с 15 октября по 2 ноября 1889 г. ряд актов эксгибиционизма перед девушками среди белого дня, на улицах и даже в школах, куда ему удавалось врываться. Несколько раз он предлагал девушкам мастурбацию или половой акт и, встретив отказ, мастурбировал перед ними. В Г. он с обнаженным пенисом постучался в окно одной харчевни и заставил детей и служанку, находившихся в кухне, посмотреть на него.

После ареста выяснилось, что начиная с 1876 г. Л. обвинялся в эксгибиционизме множество раз, но из-за отзывов врачей о наличии у него душевной болезни оставался без наказания. Однако он несколько раз подвергался наказанию за другие преступления: во время военной службы за дезертирство и воровство, а после окончания военной службы — за кражу сигар. Несколько раз он был помещаем в психиатрические больницы вследствие сумасшествия (приступов помрачения сознания?). В остальное время он отличался непостоянством, сварливостью, иногда возбужденным настроением.

Брат его умер от паралича. Сам он не представляет никаких признаков вырождения; никаких эпилептических проявлений в анамнезе. В то время, когда он находился под наблюдением, он не обнаруживал ни психической болезни, ни слабоумия.

Л. держит себя в высшей степени прилично, высказывает глубокое отвращение к своим сексуальным поступкам.

Он объясняет их следующим образом. Временами у него появляется влечение к вину, хотя вообще он не алкоголик. Как только он начинает пить, у него возникают приливы крови к голове, головокружение, беспокойство, страх, тоска. Он впадает при этом как бы в сон и ощущает непреодолимое влечение f обнажению тела. Это доставляет ему облегчение и дает возможность свободно дышать.

Но, раз он обнажил себя, он уже не помнит, что делает дальше.

В качестве предвестника этих приступов у него часто незадолго перед ними появляется мерцание в глазах и головокружеПосле этих периодов сумеречного состояния у него о происшедшем остается совершенно неясное, туманное воспоминание.

Сексуальные представления и влечения начали ассоциироваться с этими проявлениями мучительного сумеречного состояния лишь постепенно, с течением времени. В таком состоянии он много лет тому назад дезертировал со службы без всяких мотивов и с величайшей опасностью, выскочил однажды из окна второго этажа, в другой раз бросил хорошее место и бежал в соседнюю страну, где тотчас же был арестован за эксгибиционизм.

Когда Л. напивался допьяна вне периодов своего болезненного состояния, то дело никогда не доходило до эксгибиционизма. В светлые промежутки его половые ощущения и половые сношения были вполне нормальны (Dr. Hotzen. — Friedreichs Blatter, 1890. H. 6).

В клиническом отношении к эксгибиционистам-эпилептикам близко стоит известная категория неврастеников, у которых также бывают приступы (эпилептоидные?) сумеречного состояния1, сопровождаемые чувством тоски и угнетения; с этим чувством может ассоциироваться половое влечение; и таким образом возникают совершенно импульсивно акты эксгибиционизма.

Наблюдение 212. Учитель гимназии С. обвинен в том, что в берлинском зоопарке неоднократно ходил перед дамами и детьми с обнаженными половыми органами. Не отрицая самого факта, С. утверждал, что он делал это не преднамеренно, не сознавая, что нарушает этим общественное приличие; он оправдывался тем, что быстрая ходьба с обнаженными половыми органами облегчала его нервное возбуждение. Дед его с материнской стороны был душевнобольным и кончил жизнь самоубийством, мать страдала конституциональной невропатией, сомнамбулизмом и временами помешательством. Сам обвиняемый — невропат, неврастеник, страдал сомнамбулизмом, всегда избегал половых сношений с женщинами, в молодости занимался онанизмом. Отличается робким характером, слабым сложением; легко впадает в замешательство и смущение. В половом отношении был всегда очень возбудим. Ему часто снилось, что он ходит с обнаженным членом или что он в одной рубашке висит вниз головой, так что рубашка спадает и его эрегированный член обнажается. Такие сны вели обыкновенно к поллюции, после чего он на несколько дней или на неделю успокаивался.

Но и в бодрствующем состоянии на него нередко нападала, как и во сне, страсть ходить с обнаженными половыми органами. При раздевании он ощущал страшный жар, бросался бесцельно взад и вперед, член становился влажным, но до поллюции дело не доходило. Наконец наступало расслабление члена, он прятал его и приходил в себя, довольный, если никто его не видел в это время. Возбуждение его было так сильно, что он как бы находился во сне или в состоянии опьянения. Никогда у него не было намерения оскорбить своим поведением какую-либо женщину. Эпилепсией С. не страдал. Показания его внушали к себе доверие. В самом деле, находясь в таком состоянии, он никогда не преследовал женщин, даже не заговаривал с ними. Грубость, пошлость можно было вполне исключить. Во всяком случае несомненно, что поступки С. проистекали из его- болезненных ощущений и представлений и что во время их совершения он находился в состоянии болезненного расстройства умственной деятельности (Ытап. — Vierteljahrsschrift fur gerichtliche Medizin. N. F. XXXVIII. H. 2). Наблюдение 213. X., 38 лет, женатый, имеет ребенка, всегда отличался мрачным, молчаливым характером, часто страдал головными болями. Тяжелая неврастения; душевной болезни, однако, нет; много страдал от ночных поллюций. Неоднократно эксгибиционировал перед девушками-торговками, подкарауливая их на улице и совершая перед ними различные манипуляции пенисом. Однажды он в таком виде преследовал девушку до самой лавки (Trochou. — Archives de l'anthropologie criminelle, III. P. 256).

В следующем наблюдении эксгибиционизм явился случайным осложнением вследствие внезапного возникновения сильного полового возбуждения и импульсивного желания удовлетворить его мастурбацией.