Читать онлайн «Не хочу стареть! Энциклопедия методов антивозрастной медицины». Страница 61

Овуляция происходит через 16–20 часов после пика выброса гонадотропинов. К этому времени уровни всех заинтересованных гормонов уже снижены. Скорость метаболизма максимальна. Психоэмоциональное состояние стабильно. Болезненные манипуляции доставляют минимум дискомфортных ощущений. Постарайтесь поймать момент.

Прогестерон – это стероидный (то есть имеющий происхождение от холестерина) гормон, вырабатываемый желтым телом яичника (оно развивается на месте лопнувшего фолликула после выхода из него яйцеклетки – овуляции), корой надпочечников, семенными пузырьками у мужчин и плацентой.

Во время лютеиновой фазы уровень эстрогенов низкий. В организме властвует прогестерон, секретируемый желтым телом, или «гормон покоя». У кого из активно практикующих косметологов не было неприятных, незапрограммированных ситуаций, когда что-то получается не так, как хотелось бы? Но именно в этой фазе мы наименее скандальны и спокойно принимаем происходящее.

Прогестерон имеет множество биологических эффектов. Наиболее интересны:

• антидепрессантный эффект, а значит, наилучшее психологическое восприятие проводимых манипуляций. Вы просто не захотите расстраиваться;

• стимуляция действия гормонов щитовидной железы и поддержка нормального уровня глюкозы, а значит, эффективность методик, направленных на коррекцию веса;

• нормализация свертывания крови, а значит, меньший риск синяков при использовании инъекционных методик.

Но… у некоторых на фоне низкого уровня эстрогенов становятся более значимыми эффекты андрогенов: кожа становится более жирной, повышается ее чувствительность к ультрафиолету, возможно усиление пигментации.

Приблизительно через 8–10 дней уровень прогестерона начинает снижаться и затем быстро падает, так что к 14-му дню после овуляции он достигает очень низких значений. Предменструальный период, когда уровень гормонов резко снижается, самый сложный для женщины. За несколько дней до менструации кожа становится особенно чувствительной. В это время изменяется величина трансэпидермальной потери воды (ТЭПВ). Она достоверно увеличивается в дни минимальной эстроген-прогестероновой секреции.

И… не забудьте про ПМС. Предменструальный синдром – симптомокомплекс, возникающий в предменструальные дни и проявляющийся нервно-психическими, вегетативно-сосудистыми и обменно-эндокринными нарушениями. У вас наверняка есть подруги 30–50 лет, которым знакомы проблемы, связанные с внезапным увеличением веса, усталостью, раздражительностью организма вообще и кожи в частности. Настроение становится непредсказуемым, возможно появление акне, в тканях задерживается жидкость, болевой порог понижается, сосуды становятся более ломкими. Пожалуй, тихо посидим дома.

Затем наступает менструация. А дальше?

А дальше жизнь продолжается, и в зависимости от возраста характер секреции гормонов меняется. Наиболее значимые изменения развиваются в климактерическом периоде и обусловлены эстрогендефицитным и андроген-доминирующим состоянием, в связи с чем их нередко называют «гормонозависимым старением». С уменьшением уровня эстрогенов коррелирует снижение содержания гиалуроновой кислоты и основного коллагена. Относительная гиперандрогения может способствовать появлению волос на подбородке и верхней губе и избыточного отложения жира на животе и талии.

Часто то, что является единым, рассматривают частями. Косметологи лечат акне или алопецию, но не связывают их с климаксом; мы отмечаем увеличение веса, но не связываем это с акне, а проблемы с чувствительностью к глюкозе не соотносим с избыточным ростом волос на верхней губе. Между тем, это звенья одного целого.

Дефицит эстрогенов приводит к снижению уровня мелатонина, серотонина и дофамина. Серотонин является нейромедиатором, регулирующим поведение, настроение, тревожность и другие аспекты деятельности ЦНС.

Если косметолог правильно оценил ваше состояние, то активные процедуры и ингредиенты способны внести весомый вклад в борьбу с эстроген-дефицитной климактерической депрессией и стрессом. Процедуры, затрагивающие физиологию компонентов кожи, могут привести к отклику психосоматической сети, повышая настроение и стимулируя, например, выброс гормонов удовольствия.

Иногда серотонин называют «гормоном счастья», но это не более чем аллегория. А появилась она из-за того, что благодаря адекватной выработке серотонина в организме мы находимся в хорошем расположении духа, чувствуем прилив сил и настроения, жизнь ощущается ярче и интереснее, повышается сопротивляемость стрессам.

Проведение интенсивных косметических процедур без учета общего состояния организма может закончиться самым плачевным образом. Методики, повреждающие целостность кожи и/или вызывающие боль, являются для кожи стрессом. Предполагается, что стресс играет положительную роль, стимулируя кожу к активному восстановлению. Но иногда стрессовая процедура на фоне климактерической депрессии может оказаться «последней каплей». В итоге вместо anti-age эффектов возможно получить шрамы, воспаления и нарушения пигментации.

Сколь это ни печально, изменения функциональной активности кожи начинаются в ранней зрелости, задолго до начала функциональных нарушений. Средний возраст начала угасания функциональной активности:

Таблица 44

Это условно-усредненные параметры. Так почему кожа одних угасает раньше, а другим везет больше? Почему кожа одних сверхчувствительна к ультрафиолету, а другие загорают почти без последствий?

Почему сложные высокотехнологичные косметологические процедуры кому-то помогают, иные же вместо красотищи получают осложнения?

Согласно сегодняшним представлениям, состояние кожи и соответственно наш внешний вид во многом зависят от генетически детерминированных возможностей адаптации к изменяющимся условиям внешней среды. Так, в коже курильщиц со стажем значительно повышен уровень ферментов – матриксных металлопротеиназ (ММР), разрушающих коллаген. Такое состояние увеличивает степень риска раннего формирования морщин в 4,7 раза, причем не только вокруг губ. Это внешние факторы.

Полиморфные эффекты гена ММР1, ассоциированного с гиперактивностью коллагеназы, повышают шансы на характерный портрет мелкоморщинистого курильщика, дополненный «красками» тусклой и бледной кожи. При наличии генетически обусловленных вариаций антиоксидантной системы степень риска возрастает многократно, что напрямую приводит к манифестации процессов старения. Это генетически детерминированные риски.

С другой стороны, на состоянии кожи неизбежно сказываются все неблагоприятные процессы, происходящие в организме, – заболевания, интоксикации, дисбиоз кишечника. Таким образом, старение кожных покровов – это мультифакторный процесс, который, однако, можно целенаправленно регулировать.

Впервые термин «дерматогенетика» был использован в 2003 году, когда в США компания Genelink представила крем, созданный для конкретного пациента на основе результатов его генетического тестирования. Сегодня дерматогенетика изучает изменчивость генов, обеспечивающих процессы функционирования кожного покрова.

Известно множество генов, вовлеченных в регуляцию функционирования кожи. К хорошо изученным наследственным детерминантам долголетия и молодости кожи относятся:

• гены метаболизма – биотрансформации и детоксикации, регулирующие механизмы старения кожи, связанные с «накоплением отходов», УФ-индуцированным окислительным стрессом и адекватностью антиоксидантной защиты;

• гены, ответственные за продукцию структурных элементов кожи, таких как коллаген и гены, участвующие в его метаболизме;

• гены иммунной системы, регулирующие реактивность кожи и склонность к воспалительным процессам.

Чем выше наследуемость какого-либо признака, тем меньше генов его определяют. И наоборот: чем ниже наследуемость признака, тем больше генов являются заинтересованными.

Каждый человек со своим индивидуальным набором модифицированных генов в чем-то неизбежно выигрывает, а в чем-то – проигрывает. Так, полиморфизм гена GSTT1, кодирующего синтез одного из ферментов, обеспечивающих детоксикацию, ассоциирован с повышенной чувствительностью к солнечным лучам – значит, «зловредный» полиморфизм, однако его обладатели чрезвычайно восприимчивы к протекторному действию полифенолов, т. е. красному вину. Поэтому данный полиморфизм полезен чрезвычайно. Полиморфизм гена другого фермента системы детоксикации GSTМ1, ассоциированный с высокой чувствительностью ко многим токсинам, в то же время предполагает заведомо высокую эффективность использования антиоксидантов.