Читать онлайн «Болезнь Альцгеймера: диагностика, лечение, уход». Страница 92

Иными словами, общество еще никогда по целому ряду причин не находилось в таком длительном процессе старения.

«Между тем, — пишет известный австрийский ученый Манфред Пришинг, — неизвестно, кого считать старым? Все зависит от контекста, а он в течение жизни меняется в соответствии с нашим восприятием. Старость — это то, что под этим понимают, некая «проекция». В гуманитарных науках обычно говорят о «социальных конструкциях» общественных феноменов. Не лучше ли говорить об интерпретациях взаимопроникающих общественных феноменов. Старость есть интерпретированный, объективно существующий, поддающийся нормированию и прогнозированию социальный феномен».

Понятие старости меняется как во времени, так и в понимании разными возрастными категориями. Если в средние века люди клеили бороды и надевали седые парики в молодости, старясь выглядеть пожилыми и умудренными, то сейчас старики занимаются спортом и физической культурой для внешней привлекательности.

Тридцатилетним сорокалетние кажутся стариками. В 55-летнем возрасте получить работу не представляется возможным, но существуют директора банков и фирм, которым значительно за 60 лет. Кардиналы и пасторы, архиепископы и настоятели церквей легко справляются с приходами в 70 и даже в 80 лет.

Процесс старения занимает довольно продолжительный период. Люди имеют время для того, чтобы осознать старость. Она не является коротким остатком жизни, как многие трактуют. Даже наступление глубокой старости не означает, что конец уже близок.

Старость ожидаема. Несмотря на то что много пишут о высокой степени риска в нашем обществе, о подстерегающих нас постоянных опасностях, можно, опираясь на сухие данные оценок наших жизненных стандартов, утверждать, что мы еще никогда не имели таких высоких показателей нашей безопасности и обеспеченности, как в наше время.

В период 1990–2000 годов, как видно из таблицы, не только возросли расходы на здравоохранение, но и принципиально улучшилась медицинская техника, оборудование для диагностики и лечения больных, значительно реформировались существующие и открылись новые инфраструктурные учреждения с высоким качеством услуг и ухода, и как результат — значительно возросла продолжительность жизни.

Таблица 9:

Расходы на здравоохранение и продолжительность жизни в разных странах

Источник: OESD 2002

Тем самым обеспечивается спокойное ожидание старости. Да и сама старость с ее раздвинутыми рамками дарит нам фазы, которые мы можем использовать теперь с другим качеством жизни, нежели тем, что имели в ранней молодости и даже в среднем возрасте. Изменилась перспектива жизни, так как раньше болезни, эпидемии, голод, катастрофы, насилие могли оборвать нить человеческого существования в любой момент, и степень вероятности длительной продолжительности жизни была низка. Теперь свою жизнь можно планировать, брать от нее все, ради чего трудились, воспользоваться результатами своего труда без страха ожидания внезапной и быстрой кончины. Каждый получает шанс прожить долгую, насыщенную жизнь.

Английский историк социальных взаимоотношений в обществе Петер Ласлетт определяет не три обычные фазы человеческой жизни, а четыре. Он отмечает, что первая фаза — это воспитание и образование, вторая — производственная деятельность и создание семьи, третья — послепроизводственный период и четвертая — дряхлость, увядание. Ни один из трех высших периодов жизни временными признаками точно не ограничен и не определен.

Самой характерной и неприятной чертой лица старости, по которой она может быть определена, является физическое и душевное падение, потребность в уходе, зависимость от чужой помощи.

Последняя характеристика — зависимость от чужой помощи и ухода — может быть смещена вверх, но она никогда не сможет быть устранена полностью. Зависимое состояние старых людей будет оставаться всегда со всеми его последствиями: отторжением обществом, периферизацией, социальным деклассированием и возрастной дискриминацией, потребностью в уходе, клиентизированием — переходом на обезличенное понятие «клиент» — и, соответственно, вытекающими отсюда финансовыми затратами.

В Европе, США и других экономически развитых странах этот новый клиент готов оплачивать необходимые ему услуги, ибо с точки зрения материального обеспечения старые люди уже не являются бедными. Тип «бедные старики» себя изжил. Конечно, существуют пенсионеры с минимальными пенсиями, но точно такие же случаи могут иметь место и среди молодежи.

Если попытаться установить причины возникновения бедности, то их можно скорее найти в распавшихся или многодетных семьях. Наоборот, многие подтверждают, что бедность в старости является исключительным явлением и составляет примерно 3 %, зато доходы пожилых людей при пересчете на все население находятся выше среднего уровня.

Материальное благополучие стариков приведет к тому, что старости будет возвращено ее первоначальное естественное уважительное отношение. Ведь семейный сектор с его ограниченными возможностями ухода вследствие тенденции к малочисленному составу семьи, вплоть до одиночек, будет вынужден все чаще обращаться к услугам социальных институтов и учреждений, а именно в приюты, дома престарелых, по уходу и т. д.

Старые люди смогут жить одни, совсем старые будут жить в коллективных резервациях. Резко возрастут расходы на здравоохранение. Понадобится увеличение объема ухода и услуг, основная часть которых придется на последние месяцы существования одряхлевших людей. Медицинское оборудование и техника поддержания их жизни будет в дальнейшем интенсивно развиваться, вопреки Тому Китвуду, который утверждает, что общество в будущем должно избавиться от технологических иллюзий.

Возникнут довольно жесткие дискуссии относительно эвтаназии, в основе которых не последнюю роль будут играть аргументы экономического характера, усложняющие и без того сложный поиск правильного решения.

Экономическая реальность в будущем вызовет уменьшение размера пенсионных накоплений за счет сокращения пенсионного времени с уравниванием мужских и женских пенсионных возрастов. Другой вариант: передача управления пенсионным фондом, которым впоследствии будет владеть получатель пенсии, фондовым маклерам с целью наращивания капитала и доходов от него под большие риски. Изменится возраст выхода на пенсию, увеличив продолжительность рабочего времени в течение жизни.

Мы видим, что на вопрос не ленинского содержания «что делать?», время помогает нам найти ответ, подсказывая, как именно будет меняться не только процесс старения, но и само понятие, образ пожилого человека, который деформируется не самостоятельно, а на фоне социальных кулис, которые в свою очередь также имеют тенденции к изменениям.

В соответствии с этими тенденциями изменится и отношение к уходу за тяжело и неизлечимо больными и стариками. Они все больше и больше будут интегрироваться в системы социальных служб и учреждений, специализирующихся на таких видах услуг и обслуживания.

Уход за больными в условиях семьи с помощью родных и близких изживает себя уже сейчас. В обществе, ориентированном на прибыль, этика и мораль проигрывают личностному эгоизму. Само понятие семьи ориентировано на холостяков и одиночек, а также малодетные семьи. Вопрос об уходе в кругу семьи скоро стоять не будет совсем. Мне кажется, что мое поколение будет последним, кто готов трогательно и с большими затратами душевных и физических сил печься о немощных близких.

И дело не только в эгоизме молодого поколения. Когда Кант говорил о душе как источнике законов этики, он говорил, очевидно, о здоровой и свободной душе. Уход за больными, который несет в себе отражение законов этики, должен быть освобожден от неправильной трактовки его как жертвоприношения.

Солидарность и милосердие, сочувствие и сострадание означают не только оказание помощи больным и немощным; люди, занятые в обслуживании, должны активно бороться с таким отношением к себе общества, равно как и с условиями, делающими людей слабыми и немощными.

«Жертвы надо приносить только тогда, когда необходимо «взорвать состояние, в котором человек находится как униженное, рабское, забытое, презираемое существо», а ни в коем случае такое состояние не стабилизировать», — добавляет Дитер Шперл, автор изданной в 2002 году книги «Этика ухода».

Этически открытый современный уход должен быть и критическим. При этом он не должен оставлять без внимания конкретного страдающего человека. Обе предпосылки должны быть связаны вместе. Взаимодействие этих двух аспектов делает профессию оказания помощи людям полной достоинства и удовлетворения.

Эгоистические представления, намерения и действия персонала причиняют ему больший ущерб, чем в случае, если бы он работал с учетом позитивных общественных идеалов и правил. Только честно реализуя общественные концепции, человек получает наивысшее удовлетворение. И если этика показывает путь к осуществлению правильных решений и мероприятий по уходу, то мораль занимается его общественной значимостью и условиями.