Читать онлайн «Болезнь Альцгеймера: диагностика, лечение, уход». Страница 48

Многие биологические, а теперь, как уже известно, не только биологические, но и биохимические, термодинамические, бионейрологические и многие другие процессы еще неопознаны, но желают быть разгаданными самим этим симбиозом и многообразием, синтезированным в понятии человек.

А ученым остается лишь открывать все новые и новые факторы, связанные с возникновением БА, и устанавливать зависимость между ними.

Конечно, ученым многое удается, и они постоянно стремятся достичь большего, ибо после очередного успеха приходит новое видение перспективы, создаются предпосылки для новых открытий. Мы много знаем, но многого и не знаем. При всей видимой простоте процесса образования амилоида Альцгеймера трудно однозначно определить причины, которые являются ключевыми в возникновении этих отложений, даже при многочисленных попытках ученых, посредством упрощенных интерпретаций и допущений, создать общепонятную картину этого процесса не только для обывателя, но и для специалистов. Как мы уже говорили, ученые узких специализаций решают конкретные задачи, которые затем совмещаются, синтезируются и приводят нас к очередным заключениям, степень однозначности и важность которых еще необходимо установить.

Успехи, основанные на отдельных открытиях, несмотря на все старания и эмоциональные потрясения к значительным результатам не привели. Они показали, что однозначную причину возникновения БА установить сложно и в настоящее время еще невозможно, а многофакторность модели, на пути к разработке которой находятся ученые, еще далека от своего завершения. И как следствие, научные поисковые работы не обещают появления новых медикаментов в довольно длительной перспективе, а ученым разных направлений остается лишь открывать все новые и новые факторы, связанные с возникновением БА, и устанавливать зависимость между ними.

Запас знаний и научного потенциала в области изучения БА (уровень их сравним с исследованиями раковых заболеваний 50-х годов прошлого столетия) позволяют ученым не уподобляться алхимикам средневековья, а, как часто и происходит в медицине, добиваться определенных успехов в лечении симптомов болезни, не зная причин ее появления. Так, существует целый ряд препаратов для успешного терапевтического лечения БА хотя бы в начальной ее стадии, задерживающих на какое-то время развитие симптомов болезни.

Уже в 70-е годы прошлого столетия было известно, что больные БА обладают дефицитом нейронного вещества — ацетилхолина, служащего в мозге переносчиком информации между нервными окончаниями клеток. Каждая нервная клетка нуждается в новом материале, который она сама же производит и посылает для накопления в синапсы. При передаче информации эти молекулы перепрыгивают через синаптическую щель и принимаются рецепторами следующей нервной клетки.

У больных БА уже в ранней стадии установлен недостаток ацетилхолина. Именно на этом самом чувствительном месте БА и начинает свое «победоносное» шествие — нервные клетки стягиваются, слипаются и сморщиваются; синапсы приходят в состояние запущения, производство ацетилхолина нарушается, и та малость, которая от него остается, разрушается под воздействием энзима «холинэстеразы».

Один американский врач в поисках медикамента для помощи больным БА натолкнулся на химическое вещество, замедляющее биохимические процессы и допущенное органами здравоохранения для использования в процессах производства продуктов питания — так называемый ингибитор холинэстеразы. Это вещество тормозит действие энзима холинэстеразы, разрушающего ацетилхолин.

В одном исключительно смелом эксперименте ученый давал это вещество БА-больным, тем самым увеличивая его содержание в организме, и впоследствии с гордостью наблюдал, как его пациенты снова начали играть в гольф. Когда «Американское общество больных болезнью Альцгеймера» узнало об этом, оно стало оказывать давление на американские власти, в частности здравоохранительные. После различных переговоров правительство в свою очередь оказало нажим на фармацевтические фирмы, с тем чтобы последние улучшили рецептурные составляющие продуктов и в качестве медикамента начали их выпуск на рынок.

В результате усилий многих ученых в разных странах были разработаны медикаменты, предотвращающие описанный нами процесс разрушения и вызывающие снова набухание нервных клеток. Действие их основано на увеличении числа митохондрий и активизации синапсов, которые при начальных стадиях болезни еще не разрушены, а только опустошены, потому что никакие информационные сигналы не транспортируются через них.

Первым российским препаратом, официально разрешенным для лечения БА, был амиридин, допущенный к применению в 1990 году. Амиридин обладает новым типом фармакологической активности, в основе которой лежит комбинация в биологически выгодной пропорции двух молекулярных эффектов: избирательной блокады калиевых каналов возбудимой мембраны и ингибирования холинэстеразы.

Как утверждают русские медики, до появления амиридина в России не было препаратов, способных улучшить состояние больных БА и приостановить фатальность прогрессии патологических симптомов.

И уже позже, в 1993 году, для лечения БА в США был разрешен такрин.

Применение такрина в США показало, что этот медикамент, содержащий ингибитор холинэстеразы, повышает качество жизни у больных БА не только в начальной, но и в прогрессивной стадии болезни. Люди, ухаживающие за больными, отмечают, что пациенты после приема лекарств, становятся более самостоятельными, внимательными, нормально воспринимают обслуживающий персонал и редко впадают в панику.

Первые пациенты в Германии, начавшие принимать эти медикаменты, пользуются ими уже на протяжении более десяти лет. В результате лечения к больным вернулось чувство юмора, их глаза снова обрели блеск, они могут вновь разговаривать по телефону.

Еще одним препаратом, действие которого направлено на предотвращение разрушения ацетилхолина в синаптической щели посредством ингибиторов холинэстеразы, является церебролизин (Австрия, фирма «Ebewe»). Предполагается, что благодаря наличию синергичных эффектов он защищает нейроны головного мозга от повреждений в результате травм, воздействий свободных радикалов и т. д.

Такрин, в свою очередь, заменили аналогичные препараты донепецил и ривастигмин, которые под торговыми марками «Арицепт» (США) и «Экселон», реминил (Италия) сейчас широко применяются в лечении как более эффективные и лучше переносимые организмом.

Влияние дозировки ривастигмина на скорость когнитивного разрушения проверялось на 180 пациентах в течение 130 недель. Эксперименты показали, что те из пациентов, у которых средняя дневная доза медикамента составляла выше 6 мг, в среднем за год ухудшали показатели в соответствии со шкалой ADAS-cog на 4,5 пункта в сравнении с 8,2 пункта у пациентов, принимающих дозировку медикамента < 6 мг.

Многие новые данные показывают: несмотря на то, что ChE-блокаторы допущены для лечения начальных и легких стадий БА, они даже на поздних тяжелых стадиях болезни приносят эффект, о котором доктор Р. Ананд сообщил на одном из конгрессов. Например, такрин вызывает на средних стадиях развития болезни более эффективное улучшение когнитивного процесса, чем на легких стадиях DA (деменция Альцгеймера). Пациенты, находящиеся на > 5 стадиях развития болезни, при применении «плацебо», в течение 6 месяцев ухудшили свое состояние до 6 ADAS-cog пунктов, принимавшие же 6-12 мг ривастигмина улучшили свои показатели на целых два пункта.

Ривастигмин имеет не только симптоматический эффект, но и замедляет развитие болезни и может улучшать нормативное поведение. Пациенты с быстрым ухудшением когнитивных показателей и те, которые находятся на продвинутых стадиях болезни, очень позитивно реагируют на лечение ривастигмином. Чем больше доза, которую пациент может принять без появления побочных явлений, тем выше эффект лечения.

Интересны испытания, проведенные с ривастигмином, известным на русском фармацевтическом рынке как экселон, российскими учеными. Опыты проводились на 30 пациентах (7 мужчин и 23 женщины) с различными клиническими формами БА. Средний возраст этих пациентов колебался в пределах 50–88 лет. Общая продолжительность лечения составила 26 недель, а стоимость лечения одного пациента — 1200$ в год. Эффективность терапии в цифрах получилась следующей: положительный эффект был достигнут у 27 больных (90 %), при этом у 15 больных (50 %) улучшения были значительными или умеренно выраженными, а у 12 больных (40 %) — минимальными. у 3 больных (10 %) изменений в состоянии не установлено.

В результате приема этих медикаментов улучшилось состояние пациентов — поведение больных становилось более организованным, поступки мотивированными и целенаправленными, повышалась их двигательная активность. Они снова чувствовали себя лучше в домашних условиях, легче находили нужные слова для выражения мыслей и переживаний.