Читать онлайн «В погоне за мощью». Страница 110

1941 1942 1943 1944

валовый промышленный продукт 98 77 90 104

из которых вооружений 140 186 224 251

валовый сельскохозяйственный продукт 62 38 37 54

Источник: Alec Nove, An Economic History of the USSR (Harmondsworth, 1969), p.272.

86* В дополнение к процитированному выше Нове, см. Nikolai Voznesensky, The Economy of the ussr during World War ii (Washington, D. C., 1948), and Roger A. Clarke, Soviet Economic Facts, 1917 -1970 (London, 1972) для крайне удобного обобщения официально публикуемых статистических данных.

87* Официальные данные можно найти в U. S., Civilian Production Administration, Industrial Mobilization for War: History of the War Production Board and Predecessor Agencies, 1940-1945 (Washington, D. C., 1947). Donald M. Nelson, Arsenal of Democracy (New York, 1946) представляет личный взгляд главного администратора Совета военного производства.

88* Программа победы была создана в основном благодаря усилиям Жана Монне, чья правительственная карьера началась в качестве представителя Франции в Союзном совете по морским перевозкам в 1917 г. См. его Memoires, pp. 179 -212. Джон Мэйнард Кейнс также сыграл важную роль в передаче макроэкономических концепций и опыта американцам. см. Roy F. Harrod, The Life ofJohn May- nard Keynes (London, 1951), pp. 505-14, 525- 623.

89* Стратегическое управление в ходе Второй мировой войны описано во многих книгах. Robert E. Sherwood, Roosevwlt and Hopkins: An Intimate History (New York, 1948) стала первым взглядом изнутри и остается одной из самых интересных книг. William H. McNeill, America, Britain and Russia: Their Cooperation and Conflict, 1941-1946 (London, 1953) представляет ранние обобщение и толкование. Открытие архивов не слишком изменило общую картину, как показывает такая работа, как John Lewis Gaddis, The United States and the Origins of the Cold War, 1941-1947 (New York, 1972).

90* Philip Mason, A Matter of Honour: An Account of the Indian Army, Its Officers and Men (London, 1974), pp. 495-522; Bisheshwar Prasad, ed., Expansion of the Armed Forces and Defense Organization, 1939-1945 (n. p., 1956).

91* R. F. Mackay, Fisher of Kilverstone (Oxford, 1973), pp. 506-9; Richard Hogh, First Sea Lord (London, 1969), p. 238.

92* См. L. F. Haber, Gas Warfare, 1916-1945: The Legend and the Facts (London, 1976), p. 8. Интересным и важным вопросом является причина отказа от применения отравляющих газов во Второй мировой войне, несмотря на всеобщее ожидание убийственных авиаударов бомбами с отравляющим веществом в первые же часы войны. Достаточно важную роль сыграло психологическое отвращение военных к оружию, лишенному намека на открытую героичность. Barton C. Hacker, «The Military and the Machine: An Analysis of the Controversy over the Mechanization in the British Army, 1919-1939» (Ph. D. diss., University of Chicago, 1968) предлагает убедительное психологическое толкование подобного отношения. Относительно намерений германской стороны см. Rolf-Dieter Muller, «Die deutschen Gaskriegsvorbereitungen, 1919-1945: Mit Giftgas zur Welt- macht?» Militardeschichtlische Mitteillungen 1 (1980): 25-54.

93* Относительно британского опыта см. John M. Sanderson, The Universities and British Industry, 1850-1970 (London, 1972), pp. 228-30; относительно Соединенных Штатов – Daniel Kevels, The Physicists (New York, 1978), pp. 117-38.

94* M. M. Postan et al., Design and Development of Weapons: Studies in Government and Industrial Organization (London, 1964) ограничивается Великобританией, однако ясно демонстрирует размах и систематический характер вовлечения научных кругов в конструирование вооружений (особенно на с. 433 -58, 472-85). Относительно Соединенных Штатов James Phinney Baxter iii, Scientists against Time (Boston, 1946) представляет хорошо написанную официальную историю. P. M. S. Blackett, Studies of War: Nuclear and Conventional (Edinburgh, 1962), pp. 101-19 and 205-34 представляют более личностную точку зрения; Reginald Victor Jones, Most Secret War (London, 1978) является еще более личной в описании контрразведывательных органов. Я не смог найти серьезного описания германской, японской или русской научной мобилизации.

95* Alan S. Milward, War, Economy and Society, 1939 -1945 (Berkeley, 1977), pp. 184-93; Postan, British War Production. Истребитель «Спитфайр» британских ввс претерпел более тысячи технических усовершенствований в 1938-1945 гг., результатом которых стал прирост в максимальной скорости на 160 км / ч.

96* См. Walter Dornberger, V2 (London, 1954), pp. 93, 100; Dwight D. Eisenhower, Crusade in Europe (New York, 1948), p. 260.

97* Martin J. Scherwin, A World Destroyed: The Atomic Bomb and the Grand Alliance (New York, 1975) является современным, легко читаемым и взвешенным описанием. Margaret Gowing, Britain and Atomic Energy, 1939-1945 (London, 1964) представляет прекрасную официальную точку зрения.

98* Эпидемия тифа в Неаполе в 1943 г. была подавлена в зародыше путем тотальной обработки ДДТ, а две вспышки бубонной чумы в Северной Африке были равно успешно преодолены усилиями медицинских команд союзников. См. Harry Wain, A History of Preventive Medicine (Springfield, Ill., 1970), p. 306.

По окончании войны в 1945 г. возвращение к предвоенным реалиям оказалось невозможным. Во многих уголках мира старые режимы оказались дискредитированными и лишились общественной поддержки. Это касалось как побежденных стран, так и большинства европейских колоний – причем даже областей, мало или вообще не затронутых военными действиями. В странах Европы (как освобожденных, так и находившихся под режимом оккупации) послевоенные разруха и массы лишившихся родного крова людей привели к длительному периоду существования в условиях глубокой бедности. Напряжение военной мобилизации было столь предельным, что даже победители не могли сразу вернуться к нормальной жизни – что бы ни подразумевалось под этим определением. Отмены военных положений было недостаточно: плановая мобилизация обусловила необходимость плановой демобилизации и тщательно выверенного перераспределения ресурсов. Таким образом, государственные и межгосударственные управление и командная экономика после войны оказались столь же востребованными, как и в ее ходе. Усилия Соединенных Штатов основать либерализованную международную торговую систему разбились об эту действительность.

События послевоенного периода оказались в своем роде столь же удивительными, сколь и достижения в областях производства и разрушения военных лет. Методы, обеспечивавшие производство невообразимого количества танков, самолетов и других вооружений во время войны, почти не потеряли своих волшебных свойств – во всяком случае, в первые послевоенные годы, когда было легко определиться и прийти к согласию относительно того, что следовало делать. Восстановление Западной Европы при помощи американских кредитов было замечательно быстрым. Благодаря все еще обильным людским ресурсам и природным богатствам, СССР и страны Восточной Европы пока еще мало в чем уступали Западу – разве что недостаточно эффективно задействовали возможности промышленности. Благодаря неповторимому применению традиционных форм общественной солидарности к промышленно-городским условиям жизни, динамика развития промышленности и торговли в Японии после 1950 г. обошла показатели Германии и США.

После разгрома Германии и Японии четыре межгосударственных военных экономики распались на два соперничающих блока. Германия оказалась разделенной на зоны оккупации: восточная оказалась под контролем Советского Союза, а в западной вскоре стала явной главенствующая роль Соединенных Штатов. Японская Сфера совместного процветания также распалась: материковый Китай в 1949 г. перешел под власть коммунистической партии, Корея и Индокитай оказались разделенными, а большинство остальных стран (включая собственно Японию) оказались в зоне американского влияния. Если в Европе «железный занавес» вызвал достаточно шумное противостояние, однако не привел к реальным военным действиям, то раздел японской Сферы совместного процветания запустил цепь длительных вооруженных конфликтов в Индонезии, Малайе и Бирме.

Многие бывшие колонии изо всех сил старались сохранить но- вообретенную независимость и не попасть в подчиненное состояние ни от советского, ни от американского политических блоков. Однако в действительности новые государства нуждались в экономической поддержке и вскоре очутились в зависимости от иностранных кредитов, предоставляемых либо прежними метрополиями, либо претендовавшими на занятие освободившихся имперских ролей Штатами или Союзом. Таким образом, «Третий мир» новых государств и неприсоединившихся стран стал действительностью послевоенных десятилетий, изменившей простую двуполярность холодной войны.

Несмотря на значительные начальные затруднения, после 1945 г. ссср вернулся к автаркическому режиму, отказавшись от сложившейся на последних этапах войны системы американских поставок по ленд-лизу. Справедливости ради следует отметить, что репарации от побежденной Германии и выгодные торговые соглашения с восточноевропейскими странами помогли Советскому Союзу выжить в первые послевоенные месяцы, когда процесс восстановления только начинался. Трения с западными странами (вначале с Великобританией, а затем с Соединенными Штатами) помогли поддержать сплоченность коммунистических элит. Сам Сталин, вероятно, верил в высказанное им утверждение о том, что война была лишь «временным политическим» разногласием между нацистской Германией и другими капиталистическими странами( 1*) . Сталинский марксизм воспринял как данность мнение, согласно которому побудительные причины, которыми руководствовался Гитлер при нападении на колыбель социализма в 1941 г., в послевоенные годы были были столь же неизбежны в британском и американском обществах. В частности, в то время как уровень потребления простыми гражданами в ссср находился на самой низкой отметке, Советский Союз направил все усилия на обретение атомной бомбы, подобной сброшенным Штатами на Японию в августе 1945 г. Вдобавок Сталин держал в Восточной Европе силы столь крупные, что американские и другие западные наблюдатели верили в способность (и в планы) Красной Армии овладеть всем европейским континентом.