Читать онлайн «Охотники на мамонтов». Страница 150

Расколов несколько костей, Эйла подбросила их в костерок, а Мамут принес к очагу довольно тонкий овальный кусок бивня мамонта, большая и гладкая поверхность которого была слегка изогнута. Чтобы сделать такой ровный овал, его контуры сначала намечались на бивне с помощью каменного долота, а по этой линии вырезали глубокий узкий желобок. Затем сильным и точным ударом эта форма отделялась от бивня. Мамут достал из очага несколько угольков, а Эйла притащила мамонтовый барабан и молоточек из оленьего рога, предназначавшийся для игры на этом ударном инструменте. Поставив барабан возле циновки, она села рядом с Мамутом.

— Барабан нам пока не нужен, — сказал Мамут, приступая к занятию. — Вначале я хочу показать тебе некоторые символы, которые помогают нам запоминать разные понятия и сущности. Например, мы можем символически изобразить песни, легенды, поговорки; изобразить реки и горы, периоды жизни и имена — то есть все, что нам хотелось бы запомнить. Вот ты, к примеру, научила нас языку знаков и жестов, и я знаю, что ты также заметила определенные жесты, которыми пользуемся мы, хотя у нас их гораздо меньше, чем в Клане. Мы машем рукой в знак прощания или можем позвать человека жестом, если хотим, чтобы он подошел к нам, — все это естественно и понятно. Определенные жесты используются и тогда, когда мы описываем что-то, рассказываем истории или когда Служитель Великой Матери проводит священные обряды. Значение этих жестов очень легко понять, они подобны значению жестов Клана.

Мамут поднял руку и, обратив ладонь в сторону Эйлы, сделал круговое движение.

— Этот знак заменяет слово «все», то есть мы показываем, что смысл сказанного относится ко всем людям, предметам или понятиям, — пояснил он и взял остывший уголек. — А сейчас смотри, я изображу это же движение углем на костяной поверхности, — сказал шаман, рисуя черный круг. — Итак, этот символ означает «все», и, когда ты увидишь такой знак, даже если его изобразит другой Мамут, ты будешь знать, что он означает «все».

Старому шаману нравилось учить Эйлу. Она была способной и очень сообразительной, а главное — было очевидно, что эта учеба доставляет ей большое удовольствие. Мамут видел, как она живо реагирует на его объяснения, на лице ее всегда отражались любопытство и заинтересованность или искреннее удивление, когда она вдруг постигала смысл того или другого понятия.

— Мне никогда не приходило в голову, что можно изображать слова! Неужели каждый может узнать смысл этих знаков? — спросила она.

— Некоторые знания считаются священными и передаются только посвященным ученикам очага Мамонта, но основная часть знаний доступна любому человеку, который проявляет интерес к учебе. Чаще всего случается так, что те, кто проявляет такой интерес, рано или поздно посвящают свою жизнь очагу Мамонта. Священные знания зачастую скрываются за обычными знаками, они открывают второй и даже третий уровень значимости. Большинство людей понимают, что это, — он нарисовал другой черный круг на костяной поверхности, — означает слово «все», но данный знак имеет и второе значение. Существует много символов, связанных с Великой Матерью, и это один из них. Он означает «Мут, Создательница Всего Живого». Множество других рисунков имеет свое значение, — продолжал он, рисуя зигзагообразную линию. — Вот этот, например, означает «вода».

— Да, такой символ был на карте Талута, когда мы охотились на бизонов, — сказала Эйла. — Я думала, что он обозначает реку.

— Верно, этим знаком можно обозначить и реку. Смысл его может изменяться в зависимости от того, где и в каком сочетании он будет нарисован. Если я, например, нарисую вот такой знак, — сказал он, проводя вторую зигзагообразную линию с несколькими добавочными черточками, — то он будет означать, что эту воду пить нельзя. И точно так же, как круг, этот символ имеет второе значение. Это знак страсти, любви, а иногда и ненависти. Кроме того, он является памяткой для одной нашей поговорки: чем тише река, тем глубже вода.

Эйла сосредоточенно свела брови, стараясь осознать смысл этой поговорки.

— Многие целители пользуются символическими обозначениями, которые помогают им запомнить те или иные понятия, так же как мы — памятками для поговорок, только их поговорки связаны с лекарствами и болезнями, и обычно никто, кроме самих целителей, их не понимает, — сказал Мамут. — Мне известна лишь часть таких памяток. На Летнем Сходе ты встретишься с другими целителями, и они смогут рассказать тебе гораздо больше.

Глаза Эйлы загорелись интересом. Ей вспомнилась встреча целительниц на Сходбище Клана, тогда она многому научилась от них. Они делились друг с другом своими способами лечения и снадобьями и даже научили ее новым ритмам, но важнее всего была сама встреча с другими людьми, с которыми можно было поделиться опытом.

— Мне хочется узнать как можно больше, — сказала Эйла, — ведь я общалась только с целительницами Клана.

— Мне кажется, Эйла, что ты сама не осознаешь, сколько знаний в тебе заложено. И большинство наших целителей даже не могут предположить, что ты столь опытная целительница. Некоторым явно придется поучиться у тебя. И я надеюсь, ты понимаешь, что должно пройти какое-то время, прежде чем они полностью признают тебя. — Старик заметил, как омрачилось ее лицо; ему хотелось придумать какой-нибудь хитрый ход, который позволил бы облегчить этот момент. Существовало много причин, из-за которых может осложниться ее встреча с другими Мамутои, особенно если учесть, что на Летнем Сходе собираются все стойбища. «Однако пока рано об этом думать», — решил он и сменил тему разговора: — Я хотел задать тебе один вопрос, касающийся целительной магии Клана. Ты просто хранишь в памяти все целебные травы, или у тебя тоже есть способы, облегчающие запоминание?

— Все хранится в моей памяти, я помню, как выглядят растения, какие у них семена, ростки и плоды; в каких местах они обычно растут и от каких болезней помогают. Помню, как смешивают травы, заготавливают и используют их. И остальные виды лечения я тоже запомнила. Иногда я придумываю какие-то новые средства или способы лечения, но, конечно, все эти нововведения основаны на моих исходных знаниях.

— Значит, ты не пользуешься ни символами, ни памятками? Задумавшись на мгновение, Эйла вдруг улыбнулась, поднялась с циновки и принесла свою лекарскую сумку. Вытряхнув ее содержимое, она аккуратно разложила перед собой множество разных пакетиков и мешочков, тщательно перевязанных веревочками или шнурками. Затем она выбрала два пакета.

— В этом пакете хранится мята, — сказала она, показывая его Мамуту, — а в этом — плоды шиповника.