Читать онлайн «Развитие науки финансового права в России». Страница 55

С 1922 г. ученый числился также экономистом Экономического управления ВСНХ, готовил экспертные заключения по финансовым вопросам[411]. При этом тематика его исследований изменилась незначительно. Он продолжил изучение принципов, форм и системы железнодорожных тарифов[412]. Его книга «Экономика транспорта» (М., 1923) имела определенный резонанс. Так, И. Тихоцкий назвал ее полезным трудом, но при этом посетовал, что она не дает теории железнодорожных тарифов. Он выразил надежду на ее последующую разработку[413]. Отметим, что К. Я. Загорский проблемы железнодорожной политики рассматривал и в ключе международного железнодорожного права[414]. Последняя доступная нам публикация ученого датируется 1930 г.[415] О дальнейшей судьбе ученого достоверных данных у нас нет.

Несомненно, яркой личностью был Николай Николаевич Покровский (1865–1930). Выходец из дворян, сын действительного статского советника, родился 25 января 1865 г. в Петербурге. Он обучался на юридических факультетах Московского и Петербургского университетов, окончив курс последнего со степенью кандидата права (1888). Ученик В. А. Лебедева. С 1889 г. он поступил на службу в Министерство финансов, совмещая ее с научной работой. В 1899 г. стал вице-директором, а с 1904 г. – директором Департамента окладных сборов Министерства финансов. Наконец, в 1906 г. он становится товарищем министра финансов, занимается преимущественно делами окладных сборов, получает чин тайного советника (1913). Среди его государственных наград ордена Св. Анны 1 и 2-й степени, Св. Станислава 1-й степени. Под его руководством был выработан ряд законопроектов по финансовой проблематике. Н. Н. Покровский был одним из соавторов фундаментального исследования «Министерство финансов. 1802–1902» (в 2 ч., СПб., 1902), о котором уже говорилось выше.

В Министерстве финансов он работает до 1914 г., а затем назначается членом Госсовета (1914–1916). С января по ноябрь 1916 г. он являлся государственным контролером[416]. При этом он не оставлял занятий наукой финансового права в прикладном ключе, публиковал результаты своих исследований[417]. Одним из таких исследований стала его работа «О подоходном налоге» (Пг., 1915). Это был сборник статей о подоходном налоге, опубликованных автором в журнале «Вестник финансов, промышленности и торговли» в течение 1915 г. К ним был приложен очерк развития форм русского прямого обложения, включая реформы Петра Великого, Императора Александра II, податную реформу 1880 г.

Цель этой книги, по мнению автора, – послужить справкой при предстоящем рассмотрении вопроса о реформе прямого обложения, в частности о введении в России подоходного налога. В связи с этим в книге дается сравнительно-правовой анализ подоходного налогообложения в Англии, Германской империи, Соединенных Штатах и Франции. Автор разбирает все возражения, которые звучат против подоходного налога (низкий культурный уровень населения, отсутствие у плательщиков правильного счетоводства, возможный произвол фискальных органов, вторгающихся в частную хозяйственную жизнь плательщиков, и др.), но приходит к выводу, что в России сложились необходимые условия для введения подоходного налога. Так, он писал: «Наше отечество не столь интенсивно, конечно, как другие страны, но все же очень решительно стало на путь капиталистического хозяйства, дающего достаточные основания рассчитывать, что для подоходного обложения в России уже подготовлена весьма серьезная почва»[418].

По мнению Н. Н. Покровского, именно подоходный налог является наименее обременительным из всех прямых налогов, он учитывает действительно полученный доход, а следовательно, не может обложить по убытку. Кроме того, подоходный налог должен сослужить службу общему податному преобразованию, и прежде всего, как пишет автор, одновременно с введением подоходного налога надлежит преобразовать и наследственный налог[419].

В ноябре 1916 г. в карьере Н. Н. Покровского происходит резкий поворот, и он назначается министром иностранных дел России. Внутри страны и за рубежом это назначение встретили как неожиданное, но позитивное. Это стало нарушением вековой традиции, согласно которой МИД возглавляли только карьерные дипломаты. К тому же он не был ставленником двора или какой-либо придворной группировки. Николай Николаевич был известен только как опытный и неподкупный дипломат и сильный финансист, что должно было успокоить думские и общественные круги.

Французский посол М. Палеолог дал на сей счет следующий комментарий: «Выбор неожиданный. Покровскому шестьдесят лет, он всю жизнь занят был вопросами, касающимися финансов и государственного контроля; у него нет никакого представления о делах внешних и дипломатии; но с этой оговоркой, очень важной в настоящий момент, я ничего не имею против этого назначения. Во-первых, это – человек осторожный, умный и трудолюбивый, вполне преданный Аллиансу (альянсу, т. е. Антанте. – Авт.). Затем, в личных отношениях это – человек редких качеств, душевный и серьезный, с небольшой долей насмешливого лукавства. Без состояния, обремененный семьей, он ведет жизнь самую простую, самую приличную. За 35 лет, с тех пор как он служит в государственном контроле, его никогда не коснулась даже тень подозрения»[420].

Его бывший начальник по министерству финансов В. Н. Коковцов отмечал у своего товарища, помимо прочих положительных качеств, величайшее терпение и природное отвращение от всякой резкости[421]. В МИДе это назначение приняли как «труднообъяснимое», однако вскоре оценили его «важные преимущества» по сравнению с предшественниками. Это касалось его обширных экономических знаний, что сказалось на работе Парижской экономической конференции и Петроградской конференции союзников[422].

Н. Н. Покровский к тому времени зарекомендовал себя человеком порядочным, хорошим переговорщиком и мастером компромисса. На этой должности он пробыл всего три месяца, причем за это время четыре раза подавал в отставку из-за несогласия с политикой, проводимой министром внутренних дел А. Д. Протопоповым, которого, в свою очередь, считали креатурой Г. Е. Распутина. Николай Николаевич показал себя сторонником более тесного союза с Великобританией, Францией и особенно с США. Он настаивал на направлении в союзные страны финансово-экономической миссии.

В широких общественных кругах он имел репутацию человека разумного и честного, наиболее приемлемого для «думских сфер». Из-за обремененности большой семьей и спокойного характера он ценил свой статус и чурался политических авантюр. Не случайно именно он представлял царское правительство в негласных переговорах с думской оппозицией 26 февраля 1917 г. Впрочем, эти переговоры не увенчались успехом[423]. В марте 1917 г. Николай Николаевич был отправлен в отставку и избран председателем правления Сибирского банка и Русско-американского комитета для содействия экономическому сближению России и США. Октябрьскую революцию он не принял, но в первой половине 1918 г. сотрудничал с Центральным народно-промышленным комитетом, был председателем бюро его Отдела внешней торговли, вел заседания Комиссии по финансовой реформе (работала до мая 1918). Благодаря его взвешенной позиции на комиссии было заслушано много докладов (М. В. Бернацкого, А. Н. Гурьева, А. Н. Зака, Ф. А. Менькова и др.) и прошло содержательное обсуждение необходимых преобразований[424].

Затем Н. Н. Покровский эмигрировал в Литву. Преподавал политэкономию и финансовое право в Ковенском (Каунасском) университете, где занимал кафедру финансового права. Подготовил и опубликовал «Основы финансовой науки» (Каунас, 1925). К сожалению, экземпляра этой книги на русском языке в библиотеке или архиве Каунасского университета не сохранилось. Умер ученый в декабре 1930 г. в Ковно.

Также в эмиграции завершил свой жизненный путь ученый и чиновник Министерства финансов Власий Тимофеевич Судейкин (1857 – после 1928), выходец из дворян Нижегородской губернии. Он окончил юридический факультет Московского университета (1879). Большое влияние на него оказал его университетский профессор И. И. Янжул, которого он считал своим учителем[425]. Впоследствии В. Т. Судейкин продолжил образование за границей в университетах Берлина, Фрайбурга, Лондона. Зимой 1889–1881 гг. в Лондоне он работал в библиотеке Британского музея вместе с И. И. Янжулом, который достаточно сдержанно написал о нем: «…В. Т. Судейкин, впоследствии магистр политэкономии, писатель-экономист»[426].

По возвращении в Москву он сдал магистерский экзамен по политэкономии и статистике, но педагогическую деятельность так и не начал. Его прельщала государственная служба, и в 1883 г. В. Т. Судейкин поступает в Министерство финансов: сначала в Особую канцелярию по кредитной части, а с 1885 г. назначается на должность податного инспектора Петербурга. Некоторое время он был управляющим канцелярией Виленского генерал-губернатора. При этом честолюбивый чиновник не прекращает научных занятий и в 1892 г. в Московском университете защищает магистерскую диссертацию по политической экономии «Государственный банк. Исследование его устройства, экономического и финансового значения» (по монографии, опубликованной годом ранее)[427]. В целом она была высоко оценена современниками. В диссертационном исследовании автор обращал особое внимание на ту опасность, которую заключает в себе связь государственного банка с финансовым управлением страны[428]. Отмечалось, что как прежние казенные учреждения, так и современный автору Государственный банк одинаково страдают от этой связи и занимаются выполнением преимущественно финансовых задач в ущерб народно-экономическим.