Читать онлайн «Крым: право и политика». Страница 69

Поскольку запрос был принят к рассмотрению Конституционным Судом Российской Федерации в пленарном заседании, Председатель Конституционного Суда Российской Федерации поручил одному из судей предварительно изучить обращение депутатов Государственной Думы, которое в соответствии со статьей 41 Закона о Конституционном Суде Российской Федерации должно было быть завершено не позднее двух месяцев с момента регистрации обращения. И только после этого Конституционный Суд Российской Федерации принимает решение по вопросу принятия обращения к рассмотрению в пленарном заседании не позднее месяца с момента завершения предварительного изучения обращения судьей, которому это было поручено (ст. 42 Закона).

Закон о Конституционном Суде Российской Федерации содержит специальную главу X «Рассмотрение дел о соответствии Конституции Российской Федерации не вступивших в силу международных договоров Российской Федерации». Глава не содержит конкретных сроков прохождения рассмотрения дела о проверке конституционности не вступивших в силу международного договора Российской Федерации. Предусмотренные ст. ст. 41-42 Закона сроки прохождения данного дела являются общими для всех обращений в Конституционный Суд Российской Федерации, не учитывают особенности прохождения дела о не вступивших в силу международных договорах. Сроки могут меняться в зависимости от субъективного желания судей Конституционного Суда.

Глава X имеет поэтому весьма неустойчивую правовую основу, декларативна по своему содержанию и не гарантирует положительного решения вопроса о признании не вступившего в силу проверка Конституционного Договора становится не подведомственной Конституционному Суду.

Применительно к запросу Государственной Думы Конституционный Суд «разрешил вопрос» весьма просто — дождавшись (и не предпринимая никаких действий), когда можно будет провозгласить, что международный договор не может быть ратифицирован или вступить в силу для Российской Федерации иным образом.

Напомним, что Договор 1997 года был ратифицирован Советом Федерации 17 февраля 1999 года. При этом в Постановлении Совета Федерации о ратификации было определено, что обмен ратификационными грамотами по Договору следует произвести после ратификации Верховной Радой Украины трех Соглашений между Российской Федерацией и Украиной по Черноморскому флоту. Названные соглашения были ратифицированы Верховной Радой Украины 24 марта 1999 года. По информации МИД Российской Федерации обмен ратификационными грамотами по Договору был запланирован на 1 апреля 1999 года. С этого момента Договор вступал в силу, и, следовательно, проверка его конституционности должна была стать не подведомственной Конституционному Суду, что и стало бы основанием для принятия им «отказного» определения согласно п. 1 части первой статьи 43 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации».

Однако Соглашения по Черноморскому флоту вступали в силу не после их ратификации Верховной Радой Украины, а после обмена ратификационными грамотами по Соглашениям. Соответственно и Договор должен был вступить в силу по завершению всех стадий процесса ратификации как по Договору, так и по Соглашениям.

Процедуры по подписанию ратификационных грамот по черноморским соглашениям завершились в июне 1999 года, а сам обмен грамотами произошел в июле 1999 года. С этого срока и вошел в силу Договор 1997 года, а не с 1 апреля 1999 года. «Ускорение» срока вступления Договора 1997 года путем «упрощения» процедуры вступления в юридическую силу Соглашений о Черноморском флоте привело к грубому нарушению норм международного права.

Пока Суд занимался предварительным изучением запроса, процесс подготовки к обмену ратификационными грамотами как в Украине, так и в России шел полным ходом. Стало ясно, что соревнование в этой гонке выиграет исполнительная власть. Уже 1 апреля 1999 г. Россия и Украина обменялись ратификационными грамотами, и Договор вступил в силу. Суду лишь оставалось вынести решение об отказе в рассмотрении запроса по существу, поскольку он не вправе был оценивать конституционность вступившего в силу Договора.

Перед Конституционным Судом стояла одна единственная цель — не допустить рассмотрения запроса Государственной Думы на заседании Конституционного Суда. С многочисленными процедурными нарушениями Закона о Конституционном Суде эта цель была достигнута.

29 апреля 1999 года Конституционный Суд Российской Федерации вынес Определение № 62-0 по запросу группы депутатов Государственной Думы о проверке конституционности статей 2, 3 и 12 Договора о дружбе, сотрудничестве и партнерстве между Российской Федерацией и Украиной{109}.

В определении, подписанном Председателем Конституционного Суда РФ М. Баглаем и его заместителем Т. Морщаковой, излагалось следующее:

1. 12 февраля 1999 года в Конституционный Суд Российской Федерации поступил запрос 157 депутатов Государственной Думы о проверке конституционности статей 2, 3 и 12 Договора о дружбе, сотрудничестве и партнерстве между Российской Федерацией и Украиной, подписанного в городе Киеве 31 мая 1997 года. По мнению заявителей, Договор не подлежит введению в действие и применению в Российской Федерации из-за несоответствия его статей 2, 3 и 12 статьям 4, 5 и 67 Конституции Российской Федерации.

Статья 2 Договора предусматривает, что Высокие Договаривающиеся Стороны в соответствии с положениями Устава ООН и обязательствами по Заключительному акту Совещания по безопасности и сотрудничеству в Европе уважают территориальную целостность друг друга и подтверждают нерушимость существующих между ними границ.

Согласно статье 3 Договора Высокие Договаривающиеся Стороны строят отношения друг с другом на основе принципов взаимного уважения, суверенного равенства, территориальной целостности, нерушимости границ, мирного урегулирования споров, неприменения силы или угрозы силой, включая экономические и иные способы давления, права народов свободно распоряжаться своей судьбой, невмешательства во внутренние дел, соблюдения прав человека и основных свобод, сотрудничества между государствами, добросовестного выполнения взятых международных обязательств, а также других общепризнанных норм международного права.

Заявители полагают, что названные положения создают и закрепляют международно-правовую основу территориальных уступок России Украине, а отсутствие между сторонами договоров, касающихся разграничения территориального моря и воздушного пространства над ним, исключительной экономической зоны и континентального шельфа, подрывает национальную безопасность, государственный суверенитет и территориальную целостность Российской Федерации.

Статья 12 Договора предусматривает защиту и гарантии прав национальных меньшинств. По мнению заявителей, включение в правовую систему Российской Федерации норм о статусе национальных меньшинств приведет к возникновению правовой коллизии и неопределенности, которые могут иметь негативные последствия, затрагивающие правовые основы конституционного строя и федеративных отношений, права и свободы человека и гражданина.

2. В период предварительного изучения данного запроса в соответствии со статьей 41 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», а именно 17 февраля 1999 года, Совет Федерации одобрил принятый Государственной Думой Федеральный закон «О ратификации Договора о дружбе, сотрудничестве и партнерстве между Российской Федерацией и Украиной», а 2 марта 1999 года Президент Российской Федерации его подписал; 1 апреля 1999 года по Договору о дружбе, сотрудничестве и партнерстве между Российской Федерацией и Украиной был осуществлен обмен ратификационными грамотами между сторонами, что согласно статье 39 Договора означает его вступление в силу с этой даты. Такой порядок определен и Федеральным законом «О международных договорах Российской Федерации», статья 24 которого устанавливает, что международные договоры вступают в силу для Российской Федерации в соответствии с данным Федеральным законом и в порядке и в сроки, предусмотренные в договоре или согласованные между договаривающимися сторонами.

Между тем в соответствии со статьей 125 (часть 2, пункт «г») Конституции Российской Федерации, статьями 3 (подпункт «г» пункта 1 части первой) и 89 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» Конституционный Суд Российской Федерации правомочен проверять конституционность лишь не вступивших в силу международных договоров Российской Федерации; разрешение дел о проверке соответствия Конституции Российской Федерации вступивших в силу международных договоров Российской Федерации неподведомственно Конституционному Суду Российской Федерации.