Читать онлайн «Убийства на «разборках» (методика расследования)». Страница 35

В отдельных случаях оперативные работники, стремясь как можно быстрее обнаружить лицо, совершившее преступление, не заботятся о процессуальной стороне расследования, что влечет утрату судебных доказательств, могущих изобличить преступника. В связи с изложенным нельзя не согласиться с мнением А. М. Ларина о необходимости четкого представления у оперативных работников не только о том, какие фактические данные интересуют следователя, но также и о путях возможного их использования в уголовном судопроизводстве{46}. Игнорирование в процессе оперативно-розыскной деятельности возможности использования ее результатов в процессуальном доказывании приводит к затруднительности, а зачастую и к невозможности их ввода в уголовный процесс. Как совершенно справедливо указывает Е. А. Доля, результаты оперативно-розыскной деятельности при определенных условиях могут послужить основой для формирования доказательств лишь при соблюдении свойственного виду доказательств процессуального режима формирования{47}.

Особенностью проблемы взаимодействия в целом является и так называемая «монополия на информацию» оперативных работников, заключающаяся в том, что интересующей следователя информацией по делу или реальной возможностью ее получения может обладать сотрудник или подразделение оперативного органа, напрямую со следователем не взаимодействующие. Возможность передачи источника оперативной информации либо полученных от него данных от одного работника одного оперативного органа другому работнику часто исключается самим характером оперативно-розыскной деятельности. Кроме того, необходимо учитывать, что в деятельности правоохранительных органов существует определенная конкуренция между ними, как межведомственная, так и внутриструктурная в недрах одного органа (между вышестоящими и нижестоящими подразделениями, а также между подразделениями одноуровневыми). Такая конкуренция имеет и свои положительные стороны, ибо она в определенном плане стимулирует активность конкурирующих структур, но ее негативным аспектом является также нарушение функционирования информационных потоков между конкурирующими подразделениями наряду с тенденциями предоставить конкуренту «черновую» работу и если не отягчить, то и не облегчить его служебную деятельность. Причинами таких ситуаций служат межличностные конфликты между сотрудниками, негативный опыт прошлого взаимодействия, разница в служебном и правовом положении, переоценка своего «вклада» в решение «чужих» задач.

Между тем описанная ситуация ввиду отсутствия возможности процессуальной реализации имеющейся информации у органа дознания или ее несовпадения с профилем оперативного работника наряду с указанной «монополией» на использование такой информации может привести к ее невостребованности следователем. Осведомленность следователя о возможностях того или иного подразделения органов дознания и отказ от «замыкания» взаимодействия только с конкретным работником или подразделением оперативного органа зачастую определяют большую информированность, более широкие рамки взаимодействия и, как результат, успешность расследования.

Показательно, что в рамках уголовных дел настоящей категории, доведенных до раскрытия преступления и направления в суд, следователи официально взаимодействовали с 3–4 органами дознания (территориальными отделами уголовного розыска, отделами УР по раскрытию умышленных убийств и другого профиля районного, городского и областного уровня, отделами регионального управления по борьбе с организованной преступностью) в 78 % случаев, а при приостановлении производства ввиду неустановления преступников во взаимодействии участвовал лишь один орган дознания в 80 % случаев.

Например, при расследовании одного из уголовных дел настоящей категории были задействованы сотрудники отдела по раскрытию умышленных убийств уголовного розыска по месту совершения убийства — в поиске и установлении свидетелей и очевидцев открытого столкновения, сотрудники РУБОПа и сотрудники отдела по раскрытию умышленных убийств ГУВД — в поисках преступников в среде контингента лиц, причастных к организованной преступной деятельности, сотрудники территориальных отделов уголовного розыска по месту проживания заподозренных — в сборе информации об их связях и сферах деятельности, сотрудники отдела по раскрытию угонов автотранспорта ГУВД — в поиске автомашин участников открытого столкновения и похищенных ими автомашин.

Самой распространенной формой взаимодействия по делам настоящей категории является предварительное негласное изучение соответствующих объектов с последующим проведением с ними следственных действий. Как правило, таким образом может быть подготовлено проведение обысков, выемок, задержаний, допросов, осмотров. Оперативные работники устанавливают время появления в определенных местах интересующих следствие лиц, наличие у них тех или иных предметов, связей, возможностей, определяют местонахождение различного имущества, транспортных средств, получают характеризующие данные на лиц, подлежащих допросу или задержанию, выясняют сведения об обстановке, в которой будут проводиться следственные действия, искусственно создают условия для получения благовидного предлога проведения конкретного следственного действия; обеспечивают выбор наиболее благоприятного момента для задержания заподозренного (например, с уличающими его документами, оружием, одеждой и т. д.).

Взаимодействие не должно ограничиваться только процессуальными формами. Большое значение имеют и его организационные формы, при этом важной организационной формой взаимодействия с оперативными органами является инструктаж оперативных работников, непосредственно задействованных в следственных действиях и тактических комбинациях.

Правильное функционирование сторон взаимодействия практически всегда обусловлено надлежащей циркуляцией информационных потоков между ними. В этой связи необходимо подчеркнуть, что собранная по делу информация бывает настолько многообразно и объемной, что ее устное сообщение исполнителям тех или иных поручений следователя чревато ее неправильным пониманием и произвольной интерпретацией. Кроме того, согласно данным психологии, избыточная, насыщенная излишними подробностями информация, особенно при устной передаче, плохо запоминается, что также не способствует ее использованию в любой практической сфере. Зачастую идеальным вариантом в такой ситуации является снабжение сотрудников оперативных органов письменными краткими указаниями в форме памяток.

Трудоемкими и часто малоэффективными оказываются меры по ориентированию на розыск преступников или поиск предметов, смежных по территории или сфере деятельности органов внутренних дел. Исполнение ориентировок затрудняется их прохождением через ряд инстанций наряду с формальным восприятием их конкретными исполнителями. Поэтому перекладывание связи со всеми участниками взаимодействия на плечи оперативного работника, что часто практикуется следователями, влечет за собой ряд негативных последствий: лишение следователя координирующей и организующей роли в расследовании, утеря возможности следователем воспринимать информацию непосредственно, без передаточных звеньев, а иногда и вообще лишение его необходимой информации, отвлечение оперативных работников от их непосредственной деятельности по проведению оперативно-розыскных мероприятий, требующей больших временных затрат, появление в деятельности оперативных работников формализма, споров о распределении обязанностей между различными подразделениями. Наилучшим решением проблем такого рода всегда оказывается личный контакт следователя с сотрудниками того или иного органа.

При взаимодействии могут возникнуть и определенные психологические трудности. Проведенное исследование показало, что причинами таких трудностей в подавляющем большинстве являются: утеря следователем руководящей и организующей роли в расследовании, переоценка сторонами взаимодействия выполняемых ими процессуальных ролей и связанные с этим попытки вмешательства в деятельность друг друга, формальное отношение сторон к исполнению своих обязанностей, «тупиковая» ситуация при расследовании и связанные с нею взаимные упреки в бездеятельности, личные причины субъективного характера. Вместе с тем эти ситуации типичны на таком этапе расследования, когда взаимодействующие стороны, исчерпав свои информационные ресурсы, умозрительно теряют перспективу раскрытия преступления, не замечают своих ошибок и недостатков, ограничиваются лишь несколькими выдвинутыми ранее версиями, не дающими результатов. Одним из возможных путей преодоления такого кризиса является повторный анализ всей имеющейся по делу следственной и оперативно-розыскной информации, в том числе и остававшейся ранее вне поля зрения или не оцененной по значимости. Как правило, в результате такого анализа возникает необходимость в проверке ряда обстоятельств, производство которой дает новую информацию. Чем выше интеллектуальный уровень участников взаимодействия, чем большим опытом следственной и оперативной работы они располагают, тем глубже проводимый ими анализ информации по делу, тем более гибка и мобильна система версий и продуктивнее результаты их проверки.