Читать онлайн «Теория государства и права: Учебник для юридических вузов.». Страница 63

Разрыв между формальным провозглашением и фактическим положением дел в национально-федеративном устройства СССР и РСФСР заводил решение национального вопроса в тупик, оставил современному Российскому государству множество национальных «мин замедленного действия». Для распада СССР сыграло решающую роль то, что не все республики добровольно в свое время вошли в его состав (например, прибалтийские государства), и в 80-х годах начался процесс их выхода из состава СССР. Управление республиками фактически осуществлялось из центра путем установившегося обычая направлять в состав руководства республики представителя центра, как правило, русской национальности, что вызывало противодействие у местных политических элит. Иллюзия «единого советского народа» скрывала фактическое проявление шовинистических и националистических тенденций, которые вели к центростремительным, сепаратистским движениям в республиках и т. д.

Многие национальные конфликты подавлялись насильственными, подчас геноцидными методами, репрессии направлялись против целых народов, в некоторых регионах протекали процессы русификации, что ставило немногочисленные народы на грань исчезновения. С другой стороны, установки на приоритетное экономическое, политическое, культурное развитие национальных окраин вело к умалению интересов русского этноса, приводило к резкому ухудшению природных условий его существования, вело к экономическому и духовному упадку.

Словом, решение национального вопроса, осуществленное в российской государственности в 20-80-х годахXX века, не было эффективным, обанкротилась концепция постепенного исчезновения национальных различий, национально-федеративное устройство не оказалось стабильным, поддерживалось главным образом тоталитарным политическим режимом.

А в некоторые времена этот политический режим и вообще нес на себе печать преемственности с политикой царской России в отдельных регионах, только был более кровавым, подчас геноцидным. Так, если в 1856 году после Крымской войны царская Россия вытесняла татар из Крыма, обвинив их в сотрудничестве с англичанами и французами, но делала то политическими и экономическими методами (экономические ограничения, продажа татарам паспортов для выезда в Турцию, что, конечно же, сопровождалось массовым взяточничеством, злоупотреблениями, наживой и т. п.). Кроме того, Александр II создал комиссию по рассмотрению жалоб татар. По ее заключению был отстранен от должности губернатор Тавриды (Крыма) граф Строганов. А сталинский тоталитарный политический режим пошел в 1944 году на полное насильственное выселение татар из Крыма, обвинив их всех поголовно в сотрудничестве с немцами, и осуществлял это выселение, не считаясь с жертвами среди татарского населения во время бесчеловечного его изгнания из Крыма. Та же геноцидная политика осуществлялась в сталинском тоталитарном государстве и в отношении других народов под предлогом все того же сотрудничества с немцами.

Словом, под демагогическим прикрытием лозунгов об интернационализме, дружбе народов в определенные периоды российская государственность получила в форме Советского Союза своеобразный инвариант Российской империи, отличающийся еще более насильственными, свирепыми способами попыток решить национальный вопрос.

И только в современном Российском государстве осуществляется принципиально новый подход к решению национального вопроса. Он касается самого главного — признака национальной принадлежности гражданина.

В новой Конституции России проводится имеющая большую перспективу идея, что наряду с сохранением национальной самобытности всех народов России, вовсе не обязательно указывать в документах на национальную принадлежность конкретного гражданина (ст. 26 Конституции Российской Федерации). Национальная принадлежность становится делом гражданина, а не государства. Так, впервые за 70 лет исправляется крупнейшая политическая ошибка Ленина и его сторонников, которые ввели в 1923 году деление граждан по национальному признаку.

Кроме того, Конституция Российской Федерации устанавливает недопустимость под страхом уголовного наказания разжигание расовой, национальной ненависти и вражды, пропаганды расового, национального превосходства и тем самым предоставления преимуществ по принципу национальной принадлежности российского общества.

И вновь следует сделать важный вывод в рамках теории российской государственности: мирные, цивилизованные способы обеспечения сотрудничества славянского этноса с так называемыми «инородцами», кавказскими, балтийскими, среднеазиатскими и другими этносами вели к относительно либеральным политическим режимам, демократическому устройству государства. Насильственные же, деспотические формы решения национального вопроса, начиная с завоеваний Ивана Грозного и до агрессивных, геноцидных форм Иосифа Сталина, вели к укреплению фактически имперских, тоталитарных и принудительно-унитарных начал в организации государственной власти и в способах ее осуществления.

Словом, национальный вопрос — это также «вечный» вопрос российской государственности. И поскольку в российской государственности процессы ассимиляции не стали и не могли стать определяющими, а наоборот, с расцветом цивилизации, культуры росло и растет национальное самосознание народов, населяющих территориальное пространство России, государственная деятельность должна направляться на предотвращение и устранение межнациональных конфликтов, на развитие национально-культурной автономии, утверждение равноправия республик и других субъектов федерации, на стабильное и мирное существование всех народов в рамках федеративного евразийского современного Российскою государства.

Следующий, тесно связанный с предыдущим, — геополитический вопрос. Он охватывает проблемы и процессы воссоединения с Россией других государств, присоединения к населению России, в том числе насильственным путем, и выделения из ее состава народов и их государственных образований. Включает этот вопрос и проблему защиты воссоединенных или приобретенных территорий, охрану границ, передвижения на протяжении столетий славянского этноса к морским рубежам, учет и соблюдение другими государствами геополитических интересов России.

Геополитика имеет два пласта, двоякое содержание: это и наука о территориальных интересах государственности, и конкретная политика, реализующая эти интересы. Как наука о влиянии географического, а шире — природного, фактора на государственную организацию общества, геополитика приобретает в настоящее время статус важной части теории государства. Как политика, она является также постоянной, общесоциальной функцией российской государственности, ставшей особенно значимой с XVI века.

Постоянство этой функции проявлялось на протяжении столетий — и неоднократные разделы Польши, и войны за выход к Балтийскому, Черному морям, колонизация Сибири, проблема южных границ, ограждающих государство от мусульманского фундаментализма, проблемы включения всей Волги как единого водного пути в территориальные просторы России, проблема Курильских островов — все это и многое другое заполнило яркие страницы той скрижали, в которую исторически занесены «вечные» геополитические интересы российской государственности.

Геополитической функции российской государственности долгое время не очень везло в теоретическом осмыслении в рамках отечественной теории государства и права. Не принято было говорить о ней в рамках марксистско-ленинской концепции. У «высшего» типа государственности — Советского социалистического государства — ее теоретически быть-то не могло. Фактическое же осуществление этой функции прикрывалось демагогическими лозунгами о поддержке государств, строящих социалистическое общество, национально-освободительных движений, мировой системы социализма, а ранее, в 20-е годы, и возможных насильственных форм мировой революции. Поддержка эта осуществлялась подчас за счет экономических и иных интересов России.

А между тем утверждена о разрыве в XX веке между предыдущими и последующими формами государственности шли как раз по геополитической линии, которая в исторической науке, в теории государства и права признавалась за царской Россией («тюрьмой народов», агрессивным, захватническим государством), и отрицалась за СССР и РСФСР — якобы абсолютно миролюбивыми, иной социальной сущности государствами. При этом замалчивалась, затушевывалась фактически геополитическая функция у сталинского тоталитарного государства, возродившая во многом геополитические цели, которые ставились и прошлом и достигались царской Россией (Дальний Восток и т. п.).

Но от теоретического отрицания геополитические интересы российской государственности не переставали существовать, а способы их обеспечения также оказывали свое решающее влияние на национально-государственное и административно-территориальное устройство России, на политический режим.