Читать онлайн «Конституционно-правовое регулирование отношений между Российской Федерации и ее субъектами». Страница 23

Важная проблема – движение территорий (краев, областей) за равное правовое положение с республиками. Многие из этих территорий имеют полиэтнический состав и обладают большим экономическим потенциалом, широкими межрегиональными связями (Сибирь, Дальний Восток, Нижегородская область и др.).

Следующая проблема – личностно-бытовая, она может привести к конфликту между коренным и некоренным населением. На развитие государственности оказывает существенное влияние фактор этничности, т. е. «генетическая» преемственность населяющих Россию народов, своеобразие их образа жизни, языка, религии, национальных ценностей, культуры и традиций.

Для предупреждения межнациональных конфликтов важную роль играет национальная психология, в которой отражаются индивидуальные особенности того или иного народа, его свойства, – то, что отличает одни народы от других. Это и определенный стиль мышления этноса, его национальные интересы и потребности, специфика мировоззрения, отношения с другими народами. Нельзя игнорировать национальную психологию, пренебрегать ее воздействием на бытовую и культурную жизнь этносов, так как это может послужить причиной межнациональных конфликтов.

Этничность имеет территориальный аспект, так как в ряде регионов сложились давние этногенетические связи и взаимоотношения проживающих там народов, в результате чего сохраняются устойчивые черты этничности (например, Северный Кавказ). Такого рода территориальная этничность определяется в свою очередь системой групповых ценностей (идей, целей, задач, культурных традиций), которые имеют консолидирующее значение.

Этничность – это постоянный фактор, который влияет и будет влиять на национальные отношения, на достижение консенсуса между коренным и некоренным населением.

Современные межнациональные отношения – сложная многоуровневая система разнообразных факторов, которые влияют на межнациональный климат в данном регионе и в стране в целом. Поэтому данные факторы необходимо серьезно изучать при принятии государственных решений, в том числе новых законодательных актов.

Национальный аспект сопутствует многонациональным обществам, таким как Россия. Национальные интересы присутствуют в любом регионе и способны сыграть как конструктивную, так и деструктивную роль в жизни общества. Все значимые для жизни народов России национальные интересы должны находить отражение в национальной политике государства, обеспечивать баланс этих интересов.

Следующая проблема в национальной политике Российского государства – создание и функционирование механизма прогнозирования напряженности в межнациональных отношениях, предотвращение конфликтов, решение межэтнических конфликтов.

Мировой опыт показывает, что одним из радикальных средств снижения напряженности между национальными группами является предоставление возможности самоуправления, самоорганизации национальным меньшинствам, которые проживают в инонациональной среде. Такие этнические проблемы, как язык, образование, религия, культура, должны решаться не на федеральном уровне, а на уровне субъекта федерации. Центр лишь определяет стратегию, а тактическое исполнение – в руках субъекта.

Главным критерием благополучия в федеративных отношениях, их нормального развития является учет интересов различных народов, в том числе и при принятии законодательных актов. Ущемление этих интересов или пренебрежение ими отталкивает народы от федерации.

Федеративные отношения требуют:

1. Постоянного учета государством изменяющейся обстановки в развитии национальных отношений.

2. Поиска средств и методов урегулирования межнациональных интересов.

3. Повышенного внимания к специфическим потребностям различных народов, которые связаны с языком, исторической памятью, культурой и т. д.

4. Выработки идей, которые объединяют народы, обеспечения сохранения союзнических отношений между субъектами федерации.

В Конституции РФ впервые обозначены права коренных малочисленных народов (ст. 69). Выделяются они и в ряде федеральных законов (о земле, недрах, животном мире, особо охраняемых территориях и др.), а также в конституциях, уставах и законах субъектов Федерации. Федеральный закон «Об основах государственного регулирования социально-экономического развития Севера Российской Федерации»[182] от 19 июня 1996 г. перечисляет, например, коренные малочисленные народы Севера (всего по переписи населения 1989 г. их было 26).

Протекционизм относительно коренных народов, как правило, – типичная политика современных демократических государств. Данная позиция интересна для нашего исследования, так как она может быть соотнесена с положением вепсов на территории Республики Карелия.

Возвращаясь к определению суверенитета, можно сослаться на определения, которые приводили виднейшие ученые-юристы России в начале 90‑х гг. Так, академик В. Н. Кудрявцев в статье «Декларации о суверенитете и Союзный договор», опубликованной в «Правде» 1 августа 1990 г., осудив некорректное и чрезмерно широкое употребление термина «суверенитет», подчеркнул необходимость соблюдения «юридической симметрии». Кроме того, он отметил: «…суверенность гражданина… это краеугольный камень республиканской и союзной государственности»[183].

Несколько раньше С. С. Алексеев указал на существование в печати многочисленных и нередко противоречивых суждений, авторы которых не определяют, в каком значении они употребляют суверенитет, не принимая в расчет, что речь идет о теоретически весьма сложном и многозначном научном понятии. Эмоциональные броские формулы и штампы, прямо заявляет С. С. Алексеев, «подменяют квалифицированный разбор существа дела, опирающийся на законы науки»[184].

Анализ суверенитета как понятия и принципа, подчеркивает он, должен подкрепляться адекватными государственно-правовыми характеристиками. Нарушение и несоблюдение этого требования приводят, например, к рассуждениям, в которых «получается, что «абсолютность национального суверенитета» вдруг стала «абсолютностью суверенитета государственного». Такое далекое от науки отношение к суверенитету, по его мнению, объективно способствовало тому, что возникло «всеобщее и нарастающее разрушение государственности»[185].

Главный отличительный признак федеративного устройства заключается в двухуровневой организации функционирования государственной власти. Однако сколь отличающимися ни были политико-правовые формы отражения этого признака через наименование и объем конституционно закрепленной компетенции каждого члена федерации, решающим критерием и основным вопросом выступает установление статуса последнего с точки зрения возможности его квалификации именно как суверенного государства.

Федерализм многих современных государств, особенно латиноамериканских, как подчеркивал Ж.-Ф. Обер, является «чисто формальным»[186], но для федераций, исторически сложившихся в результате реального объединения, их составные части имеют практически весь набор государственной атрибутики, в том числе и три решающие и обязательные объективные характеристики государства – самостоятельное осуществление государственной власти, хотя и в конституционно ограниченных пределах, собственную территорию и собственное население. Только в этом случае и возникает проблема государственного суверенитета в федерации, суть которой – в установлении наличия качеств суверенного субъекта по отношению к двум уровням или формам государственности, т. е. федеральному целому и составным частям. Теоретиками-государствоведами XIX в. были предложены три варианта решения этой проблемы.

Первый сводился к тому, что настоящие федерации сложились на основе добровольного объединения совершенно независимых государств. Следовательно, их надо считать единственными субъектами суверенитета. Такое объяснение было распространено среди исследователей в Швейцарии и США. Но изъятие в этих странах в XVIII в. из конституций статей о праве членов федераций на односторонний выход окончательно лишило сторонников подобного взгляда возможности и впредь отстаивать свою позицию.

Второй вариант разрабатывался американскими и немецкими исследователями, которые считали, что субъектом государственного суверенитета может быть только федерация в целом. Согласно его сторонникам, всякое иное объяснение будет находиться в противоречии с принципом единства суверенной власти. Однако эта теория имеет определенные трудности, связанные с фактом самостоятельного осуществления государственной власти субъектами федерации[187].