Читать онлайн «История государства и права зарубежных стран. Часть2». Страница 124

Характерным примером перехода от авторитаризма к конституционализму была в 80-90-х гг. Бразилия, крупнейшее государство субконтинента. С 1964 г., когда было свергнуто законное правительство президента Гуларта, в стране более 20 лет сохранялось правление различных групп военных, которым на какое-то время удалось "экономическое чудо" (темпы роста промышленного производства превысили 11 % в год). Но тяжелым наследием военного режима стали огромный рост внешней задолженности, а также усиление социальной напряженности между различными общественно-политическими силами и рост политических репрессий. В конечном счете к середине 80-х гг. военные режимы исчерпали все экономические и политические возможности и вынуждены были уступить власть гражданскому правительству. Это стало возможным именно благодаря усилению политического центра и компромисса разных политических сил. Процессы демократизации в Бразилии начались с легализации политических партий, восстановления многопартийной системы, принципа разделения властей, основных прав и свобод. В 1988 г. была принята новая Конституция, открывающая путь к дальнейшим демократическим преобразованиям и к восстановлению конституционной законности. Так, небывалым в истории бразильского государства фактом стало мирное отрешение от власти избранного на всеобщих выборах президента Ф. Коллора, уличенного затем в коррупции. В апреле 1993 г. впервые в истории Бразилии был проведен плебисцит о форме и системе правления. Голосующие должны были сделать выбор между республикой и монархией, а также между республикой президентской и парламентарной. Большинство избирателей отдали свое предпочтение президентской республике. В 1993 г. результатом острых дебатов на конституционной Ассамблее было принятие нового Основного закона, ставшего выражением новых подходов к политике, к армии, к праву.

Курс на неолиберализм в экономике и демократизацию общественной и политической жизни характерен и для других государств субконтинента. Однако сама действительность в латиноамериканском обществе такова, что возможны отдельные рецидивы политических кризисов и государственных переворотов. По-прежнему значительная часть населения субконтинента с традиционным недоверием относится к демократическим институтам и считает, что только "сильная рука" способна устранить неэффективность и коррумпированность государственного аппарата.

Одной из отличительных черт двадцатого столетия являются ликвидация колониальной системы и возникновение десятков новых независимых государств. Система колониальных владений в том виде, как она сложилась в XIX в. и захватила половину двадцатого, перестала существовать. Создание на месте бывших колоний новых государств является результатом победы национально-освободительных движений, имевших в ряде стран мирный характер. Их главным завоеванием стал переход государственной власти из рук аппарата колониальных держав в руки национальных сил бывших колоний.

Кризис колониальной системы начался после первой мировой войны. Уже в 1918–1923 гг. в ряде стран Азии и Арабского Востока (Индонезии, Индии, Иране, Ираке и др.) произошли мощные народные выступления. В большинстве колоний руководство освободительным движением взяла в свои руки национальная буржуазия, а иногда и немногочисленная интеллигенция, создавшие свои политические организации, которые возглавили борьбу за политическую самостоятельность. Так, в Индии еще в 1885 г. была образована партия Национальный конгресс, в Индонезии в 1927 г. возникла Национальная партия, в Тунисе в 1934 г. была создана левонационалистическая партия Новый Дустур.

Национально-освободительное движение заставило правящие круги метрополий внести некоторые изменения в формы и методы колониального управления. Однако на данном этапе они ограничились, по существу, лишь расширением представительства местных жителей в органах колониальной администрации. Колониальные конституции Индии 1919 и 1935 гг., Бирмы 1935 г. и Цейлона 1931 г. предусматривали, в частности, создание центральных и провинциальных советов. В 20-х гг. были созданы Народный совет (Фольксраат) в Голландской Индонезии и консультативные ассамблеи в странах Французского Индокитая. Все эти местные представительные органы не обладали реальной властью, а выполняли совещательные функции при губернаторах, возглавлявших колониальную администрацию.

Наиболее отчетливо кризисные явления проявились на данном этапе внутри самой обширной колониальной империи — Британской. Англо-афганский договор 1921 г. закрепил независимость Афганистана, были формально декларированы суверенитет Египта (1922 г.) и Ирака (1930 г.). В результате войны за независимость 1919–1921 гг. статус доминиона завоевала Ирландия. Однако почти вся территория ирландской провинции Ольстер под названием Северная Ирландия осталась в составе британского государства. Что касается доминионов (Канады, Австралии, Новой Зеландии и др.), то на протяжении 20-х гг. они постепенно добились признания полной внешнеполитической самостоятельности. Имперская конференция 1926 г. декларировала, что Англия и доминионы представляют собой "автономные государственные единицы внутри Британской империи, равные по статусу, ни в каком отношении не подчиненные одна другой в каком бы то ни было смысле в их внутренних и иностранных делах, хотя и объединенные общим подданством и свободно объединившиеся в качестве членов Британского содружества наций".

В 1931 г. был принят Вестминстерский статут, закрепивший права доминионов и явившийся своеобразной конституцией Британского содружества. Статут провозглашал свободный союз членов Британского содружества наций, объединенных "общей верностью короне". Отныне действие законов, принятых британским парламентом, не могло распространяться на доминионы иначе как с их согласия. Никакие законы, принятые парламентами доминионов, не могли считаться недействительными под предлогом противоречия английскому законодательству. Парламенты доминионов на своей территории могли отменять и изменять любой британский закон, указ или постановление в той мере, в какой они являлись частью права доминиона. В статуте провозглашалось также, что парламенты доминионов могут самостоятельно решать вопросы внешней политики. Генерал-губернатор в доминионах отныне назначался короной по совету правительства доминиона и стал играть в системе высших органов доминионов такую же роль, какую играет монарх в самой Великобритании.

Новый подъем национально-освободительного движения произошел после второй мировой войны. Именно в послевоенный период кризис колониальной системы перерос в ее окончательный распад.

Распад колониальных империй сопровождался как ведением в ряде стран (в Алжире, Анголе, Индонезии, Индокитае, Малайе) колониальных войн, так и попытками сохранить политическую зависимость колоний в новых юридических формах. Великобритания использовала в этих целях форму содружества, значительно видоизменив его. Членами Содружества (официальное название объединения с 1948 г.) наряду с Великобританией и "старыми" доминионами могли теперь стать бывшие колонии, получившие статус доминиона, и даже новые республики. Однако связи внутри Содружества продолжали неуклонно ослабевать. В 1948 г. Ирландия отвергла статус доминиона, провозгласила себя республикой, и вышла из Содружества; впоследствии специальным британским законом было упразднено и само понятие доминиона. Индия и Шри Ланка, которые приняли республиканские конституции в 50-х гг., остались в Содружестве, однако перестали принимать участие в совещаниях по вопросам обороны. В результате этого единая система обороны Содружества стала распадаться, хотя само Содружество и в настоящее время объединяет почти 50 государств.

Внешние изменения в структуре французской колониальной империи получили отражение в Конституции Франции 1946 г. В ней провозглашалось образование Французского союза. В этот союз входили, с одной стороны, сама метрополия, ее "заморские департаменты" и "заморские территории", а с другой стороны, "присоединившиеся территории и государства". "Заморские департаменты" (3 департамента Алжира, Реюньон, Гвиана, Гваделупа, Мартиника) формально управлялись аналогично департаментам самой метрополии, однако префекты здесь имели еще более широкие полномочия. Управление "заморскими территориями" (Французская Западная Африка, Новая Каледония, Мадагаскар и др.) сосредоточивалось в руках назначаемого французским правительством губернатора, который имел право досрочного роспуска местной ассамблеи (совета) и право вето в отношении ее решений. "Присоединившимися территориями и государствами" являлись французские протектораты.