Читать онлайн «Террористический акт, захват заложника, бандитизм». Страница 8

Термин «насилие» обозначает широкий спектр воздействий на потерпевшего. Для того чтобы понять сущность, различные аспекты преступного насилия, изначально следует обратиться к универсальным толкователям общеупотребительных понятий. В Большой советской энциклопедии «насилие» трактуется как применение одним классом (социальной группой) различных, вплоть до вооруженного воздействия, форм принуждения в отношении других классов (социальных групп) с целью приобретения или сохранения экономического и политического господства, завоевания тех или иных прав и привилегий[55]. В Толковом словаре живого великорусского языка В. Даля под термином «насилие» понимается «действие стеснительное, обидное, незаконное и своевольное»[56]. В Словаре русского языка С. И. Ожегова с точки зрения этимологического происхождения и синонимического значения насилие толкуется следующим образом:

1) насилие – принудительное воздействие на кого-нибудь, что-нибудь, понуждение, притеснение, давление, нажим, беззаконие, применение физической силы к кому-нибудь;

2) насиловать – против воли, силой заставлять, вынуждать, ставить перед необходимостью исполнения чужой воли;

3) насильно – неестественно, напряженно и т. п.[57]

Современный русский литературный язык определяет насилие как применение физической силы к кому-нибудь, принудительное воздействие на кого-нибудь, что-нибудь, притеснение, беззаконие[58].

Как видим, приведенные определения характеризуют насилие в общепринятом смысле и не раскрывают его содержания как уголовно-правовой категории.

Исследования показали, что между философами, социологами, политологами и юристами нет единства в оценке насилия, его понимают в широком и узком смысле. «Одни понимают насилие в широком смысле, – пишет В. М. Левин, – при котором оно отождествляется с властью; другие же предпочитают трактовать насилие в узком смысле, рассматривая его только как такой вид власти, при котором используется физическая сила и оружие. Нередко даже в работе одного автора понятие «насилие» употребляется то в широком, то в узком значении, что приводит к путанице, недоразумениям»[59].

Такое заявление соответствует действительности в научном мире, в этом мы убедились, анализируя юридическую литературу и судебную практику. В то же время В. М. Левин полагает, что нельзя использовать «насилие» в каком-то определенном значении. По нашему мнению, с таким выводом согласиться нельзя. Полагаем, что единое уголовно-правовое понятие насилия выработать можно и нужно. Однако сделать это должен сам законодатель при конструировании уголовно-правовых норм. Это объясняется исключительностью уголовного права в охране прав граждан и государства, поэтому его нормы должны быть точно определены.

Следует согласиться с А. И. Сасиковым, который пишет: «В широком смысле слова под системой криминального насилия можно понимать всю совокупность насильственных посягательств и даже насильственные административные правонарушения. Вместе с тем система криминального насилия подразделяется на отдельные виды и группы преступлений, объединенных общими элементами генезиса, направленностью, мотивацией и другими общими чертами»[60].

А. В. Тюменев пишет: «В широком смысле насилие может быть отражено посредством указания в составе определенного преступления на насильственный характер действия (насилие, нанесение побоев и т. п.); на результат применения насилия (вред здоровью); на то и другое одновременно (убийство и, наконец, на признак, включающий по своему содержанию возможности применения насилия (нападение на граждан, при бандитизме). Понимание насилия в узком смысле связано с дифференциацией составов всех насильственных преступлений на группы»[61].

Таких групп, как он полагает, пять, а именно: насилие или угроза насилием; последствия в виде причинения вреда здоровью или смерти; насилие, которое именуется различными терминами в виде побоев, посягательства на жизнь и т. п.; насилие, которое посягает на честь, достоинство и деловую репутацию, оскорбление, клевета. В отдельную группу А. В. Тюменев выделяет составы преступлений, где преступное намерение достигается интеллектуальным насилием, в отличие от психического и физического (превышение власти и служебных полномочий, заведомо незаконный арест и задержание)[62].

С такой классификацией можно согласиться, однако этот автор не поясняет, что он имеет в виду, говоря, например, о «насилии при превышении власти и служебных полномочий». Он прав, считая, что насилие как элемент многих преступлений существенным образом влияет на квалификацию преступных деяний. Поэтому существует необходимость в точном определении общего понятия насилия в уголовном праве, а такового пока не выработано ни наукой, ни законодателем.

Мы не можем согласиться с Б. Г. Беляевым, который полагает: «Новый Уголовный кодекс достаточно последовательно проводит линию на максимальную точность своих предписаний. Лишь в единых случаях им допускается возможность расширительного (распространенного) толкования, – но только по логике самого закона»[63]. Наши исследования уголовного законодательства, судебной практики и научной литературы говорят об обратном, о чем нами будет сказано ниже. Понятийно-терминологическая культура законодателя отстает от современных требований. Можно только пожелать законодателю самому формулировать определения всех тех понятий, которые для данного (конкретного) закона конструктивно обязательны. Такое пожелание полностью относится и к такому термину, как «насилие», используемому во многих диспозициях Особенной части УК РФ.

Б. Г. Беляев предлагает дать следующее определение: насилие есть такое инициативное, активное, управляющее и подчиняющее воздействие, которое подавляет или предупреждает сопротивление адресата и которое вынуждает его существенно ограничивать себя в свободном самоопределении своей собственной позиции или своего поведения[64]. В теоретическом плане с таким определением насилия следует согласиться. Однако нас интересует понятие насилия в уголовно-правовом смысле, но такого определения Б. Г. Беляев не дает.

Э. Е. Гензюк, исследуя юридический аспект насилия, пришел к выводу о смешивании понятий «принуждение» и «насилие», которые отличаются по своей правовой окраске. «Принуждение, – пишет он, – есть метод воздействия в целях защиты социальных ценностей, признанных таковыми правом. Насилие – действие (а в некоторых случаях бездействие), преследующее антиправовые, антисоциальные цели»[65]. Такой вывод соответствует действительности, так как и в теории, и в правоприменительной практике такое положение наблюдается нередко.

Дается понятие «насилия» и учеными других отраслей науки. Так, например, авторы словаря по философии пишут: «Насилие – использование силы (включая военную) одними людьми против других в борьбе за достижение тех или иных целей. Высшая форма организованного насилия – война»[66].

Авторы политического словаря определяют насилие так: «Насилие политическое – широко используемый в мировой политической практике метод воздействия на те или иные политические силы как внутри страны, так и за ее рубежами»[67].

Социологи дают насилию свое определение: «Насилие – применение индивидом или социальной группой различных форм принуждения в отношении других индивидов, социальных групп с целью приобретения или сохранения экономического и политического господства, завоевания тех или иных прав или привилегий. Нередко насилие применяется в качестве метода социального контроля»[68].

В юридическом словаре, изданном в 1998 г., дается следующее определение насилия: «Насилие – в российском праве физическое или психическое воздействие одного человека на другого, нарушающее гарантированное Конституцией РФ право граждан на личную неприкосновенность (в физическом и духовном смысле)»[69].

К сожалению, в российской юридической энциклопедии, изданной в 1999 г., о насилии вообще ничего не сказано[70].

Н. В. Огородникова дает следующее определение насилия: «Термин “насилие” как в общепринятом (этимологическом смысле), так и уголовно-правовом значении обозначает общественно опасное, противоправное воздействие на организм человека против его воли, при котором причиняется или создается угроза причинения вреда его жизни, здоровью, правам и свободам»[71]. С таким определением можно согласиться, однако следует добавить такие слова, как «виновное», «чести и достоинства». В науке уголовного права доказано, что отдельные деяния хотя и могут быть противоправными, но не виновными, например, при крайней необходимости или при задержании преступника. Насилие над потерпевшим может привести к унижению чести и достоинства потерпевшего. Например, хулиганы раздели потерпевшую (потерпевшего) и голой(ым) оставили ее (его) на улице.