Читать онлайн «Международное частное право. Учебник». Страница 120

При разрешении коллизий в сфере наследственных отношений зачастую возникает проблема обратной отсылки. Первыми решениями, в которых шла речь о применении renvoi, были решения английских судов (1841, 1847 и 1877 гг.), касающиеся наследственных отношений. Теория отсылок была сформулирована в доктрине после дела Форго (1878 г.), касавшегося наследования по закону (Л. А. Лунц).

Английскому праву известна система двойной обратной отсылки, которая не применяется ни одной другой страной. Обратная отсылка к английскому праву означает возможную обратную отсылку к английским коллизионным нормам, создающую вторую обратную отсылку, т. е. двойную renvoi к одному и тому же иностранному праву. Этот подход отражен в решении по делу Аннэсли, относящемуся к проблеме обязательной доли в завещании (М. Вольф). Английские суды часто используют renvoi для того, чтобы признать действительность завещания, не действительного по нормам иностранного материального права, к которому отсылает английская коллизионная норма, но действительного по материальному праву, к которому отсылает иностранная коллизионная норма (принцип favor testamenti).

Возможность применения отсылок закреплена в Законе Швейцарии (ст. 91): «Наследование имущества лица, имевшего последнее место жительства за границей, осуществляется по праву, на которое указывают нормы международного частного права государства места жительства наследодателя».

Предварительный коллизионный вопрос наиболее часто возникает в международном наследственном праве: регулирование отношений по наследованию подчинено одной правовой системе, а предварительный вопрос (гражданское состояние лица, его семейное положение) – другой правовой системе. Проблемы квалификации права в наследственных отношениях отличаются наибольшей сложностью – многие национально-правовые понятия не известны в других государствах (вдовий узуфрукт, вдовья четверть, завещательный траст). Все эти проблемы обусловлены принципиально различными подходами к наследованию в разных государствах.

С точки зрения коллизионного регулирования наследования движимого и недвижимого имущества государства придерживаются дух систем:

1) универсальная система (единство наследственного имущества и применимого права). Вся совокупность наследственного имущества, движимого и недвижимого, независимо от места его нахождения подчиняется единому закону (Германия, Австрия, Нидерланды, Португалия, Швеция);

2) раздельная система (деление наследственного имущества и применимого права в зависимости от вида имущества). Осуществляется разделение между недвижимым имуществом, наследование которого подчиняется закону его места нахождения, и движимым, подчиненным другому правовому режиму (Бельгия, Франция, Люксембург, Ирландия, Великобритания). Формируются несколько различных наследственных масс, не зависимых друг от друга. Все движимое имущество, где бы оно ни находилось, рассматривается как единый имущественный комплекс.

Традиционно в международном наследственном праве имеет место расщепление коллизионной привязки для определения режима имущества в зависимости от его категории: «Наследование движимого имущества регулируется правом последнего домицилия наследодателя, наследование недвижимого имущества регулируется правом места нахождения имущества» (ст. 3098 ГК Квебека). При определении судьбы наследственных движимостей в большинстве государств учитывается закон последнего места жительства наследодателя на момент смерти: «При наследовании по закону в отношении движимого имущества применяется право места жительства наследодателя на момент смерти» (ст. 149 Закона Китая о наследовании (1985 г.).

Причина такого регулирования – движимость может легко изменить свое место; например, вклады в банках могут мгновенно, путем банковского перевода перемещаться в другое полушарие (И. С. Перетерский, С. Б. Крылов). В настоящее время наследственное право является почти единственной областью (кроме режима имущества супругов в семейном праве), где право на движимое имущество определяется личным законом (господствующее коллизионное начало – принцип места нахождения вещи).

Отличие движимой вещи от недвижимой для целей коллизионного регулирования заключается в том, что правовое регулирование обращения недвижимой вещи обусловлено местом ее нахождения и предполагает совершение каких-либо административных актов. Когда факт нахождения вещи в иностранном государстве обусловливает особый порядок перехода права собственности на эту вещь, можно говорить о недвижимости (В. Л. Толстых).

Сложности, связанные с расщеплением коллизионной привязки, усугубляются различным пониманием движимого или недвижимого имущества. Неизбежно возникает вопрос: право какого государства определяет, является данная вещь движимой или недвижимой? В большинстве стран решающим считается право места нахождения имущества, а в отношении нематериальных предметов, не имеющих реального места нахождения, ответ должен быть дан правом того места, которое представляет близкую аналогию с местом нахождения материальных вещей (М. Вольф). В большинстве юрисдикций установлено правило: «Право государства, в котором расположено имущество, определяет, является ли такое имущество недвижимым или движимым» (ст. 18.2 Закона ОАЭ).

В США наследование движимого имущества осуществляется по закону последнего места жительства наследодателя. Наследование недвижимостей по завещанию и в силу закона регулируется правом места нахождения вещи. Однако нормы этого права «об обязательной доле в наследстве не применяются, если умерший был домицилирован за пределами данного штата на момент смерти и на момент, когда он приобрел недвижимость, и он не оставил на момент своей смерти домицилированных в данном штате наследников, имеющих право на обязательную долю в наследстве… Если покойный умер домицилированным в данном штате и оставил… наследника, имеющего право на обязательную долю в наследстве, который на этот момент был домицилирован в данном штате, стоимость этих недвижимостей учитывается при расчете части имущества, которой наследодатель может распорядиться свободно, и при удовлетворении требований на обязательную долю» (ст. 3533, 3534 ГК Луизианы).

В ФГК установлено, что расположенные во Франции принадлежащие иностранцам недвижимости подчиняются французскому праву. Судебная практика вывела из этой нормы ФГК коллизионное правило по вопросам наследования. Односторонняя коллизионная норма послужила основанием для построения двусторонней коллизионной нормы: наследование недвижимого имущества по закону и по завещанию определяется законом места нахождения недвижимости. В отношении наследования движимого имущества практика французского Кассационного суда придерживается подчинения этих правоотношений личному закону наследодателя, который трактуется как закон домицилия. Квалификация имущества как движимого или недвижимого осуществляется по закону суда.

Французское право содержит правило «французской доли». Это право возникает при наличии наследства (движимых вещей), частично находящегося во Франции, и при наличии наряду с наследниками-иностранцами таких французских граждан, которые являются наследниками по французскому праву, но не имеют наследственных прав согласно компетентному иностранному закону. В этом случае французские граждане могут из находящейся во Франции части наследства получить долю, которая причиталась бы им по французскому праву из всего наследства в целом.

В отношении наследственной массы право ФРГ придерживается единого коллизионного принципа: ко всему наследству в целом (как к движимой, так и к недвижимой его части) применяется личный закон наследодателя – его национальный закон (закон гражданства) в момент смерти. Вопросы действительности завещательных распоряжений, определяющих судьбу недвижимости, решаются с учетом требований права места нахождения недвижимости.

Наследственное право, как и брачно-семейное, – основная область возникновения «хромающих отношений». В доктрине отмечается, что самыми эффективными способами уменьшения таких отношений выступают гармонизация национального коллизионного права и унификация коллизионных норм, однако в сфере международного наследственного права принято очень небольшое количество универсальных межгосударственных соглашений.

Согласно Конвенции о коллизии законов, касающихся формы завещательных распоряжений (г. Гаага, 5 октября 1961 г.), форма завещательного распоряжения считается действительной, если она соответствует:

– праву места совершения акта;

– праву того государства, гражданином которого был завещатель в момент составления завещания или смерти;