Читать онлайн «Журналистское расследование». Страница 70

2. Сведения должны порочить или позорить истца.

Порочащими, согласно разъяснениям пленума Верховного суда РФ, являются сведения, содержащие утверждения о нарушении гражданином или юридическим лицом действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном, неэтичном поведении в личной, общественной или политической жизни, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности, нарушении деловой этики или обычаев делового оборота, которые умаляют честь и достоинство гражданина или деловую репутацию гражданина либо юридического лица.

Например, в газете «Новый Петербург» (2000 год, 19 июля) утверждается следующее: «Одновременно с М. и Ц. в 1991 году получили от мэра подряд на ликвидацию писателя тогдашний зампрокурора Б. … и два его подручных-сослуживца, оба отъявленные негодяи». Фактически названных лиц – а в газете публиковались их настоящие имена – обвиняют в получении заказа на убийство, то есть в нарушении уголовного законодательства. (Данный факт журналисты всегда обязаны проверять на соответствие действительности.)

Примером умаления чести, достоинства и деловой репутации может служить такое утверждение из той же публикации: «Зампрокурора Б. со спившимся О. пришлось покинуть храм Фемиды и сменить профессию. Остальным же мерзавцам удалось сохранить мундиры, а В. с Ц. даже умудрились вскарабкаться вверх по служебной лестнице». Употребленные в тексте слова «спившийся», «мерзавец» являются порочащими честь и достоинство, что подпадает под статью 152 ГК РФ, а кроме того, могут быть расценены как оскорбление (статья 130 УК РФ).

Таким образом, честь, достоинство и деловая репутация могут быть опорочены только сведениями, которые не соответствуют действительности. Если же сведения имеют недостоверный, но не порочащий характер, то редакция может опубликовать ответ заинтересованного лица; повода же для подачи иска в суд в этом случае нет. В случае же, если порочащие человека сведения достоверны, то, даже оставаясь порочащими, они не приведут к удовлетворению судебного иска истца к СМИ.

3. В тексте должны содержаться утверждения, а не предположения или мнения.

Что такое «утверждение», «предположение», «мнение»? Академик РАЕН Галяшина Е. И. в своей статье «Судебные лингвистические экспертизы в контексте рекомендаций пленума ВС РФ № 3 от 24.02.2005» так толкует эти понятия:

Утверждение – это высказывание, в котором информация о факте (положении дел) или действиях какого-либо лица (событии) дается в словесной форме, в группе сказуемого и понимается аудиторией как важная, новая. Она подается как отображающая именно истинное положение дел, независимо от восприятия, осмысления, отношения автора. Грамматически (это очень важно для журналистов) утверждение о факте или событии отображается через показатели объективной модальности (в форме изъявительного наклонения) и распознается в тексте по отсутствию маркеров субъективной модальности, оценочных слов и конструкций и иных показателей, выражающих неуверенность, сомнения автора в достоверности сообщаемого. Утверждение может содержать конструкции, подчеркивающие достоверность сообщаемого (например, известно, доподлинно, точно, фактически и т. д.).

Мнение – это оценочное суждение, которое вербально выражается при помощи специальных маркеров (оценочных слов и конструкций), отражающих чью-нибудь субъективную точку зрения.

Предположение – это разновидность мнения и вербально выражается также при помощи специальных маркеров, выражающих неуверенность, сомнения говорящего (пишущего) в достоверности сообщаемой информации.

Таким образом, при исследовании спорного текста необходимо установить, в какой форме написаны относящиеся к истцу высказывания: в форме утверждения, содержащего сведения, которые могут быть проверены на соответствие действительности и, следовательно, опровергнуты, либо оценочных высказываний (мнение, предположение), которые не могут быть проверены на соответствие действительности и опровергнуты, так как отражают субъективную точку зрения автора.

В обязанности журналиста (п. 2 ст. 49 Закона «О СМИ») входит проверка достоверности сообщаемой им информации. Поэтому журналист должен понимать, что сведения – это словесные сообщения, информация о каком-либо событии, процессе, явлении, происшедшем в прошлом или происходящем в настоящее время, в конкретных условиях места и времени. Сведения могут быть истинными или ложными. А факт – это достоверно установленное знание о чем-либо. В журналистских текстах фигурируют иногда не сами факты, а высказывания о каком-либо событии, явлении, предмете, содержащие сведения, информацию о факте. Последующая проверка такой информации либо создает факт (истинное знание о чем-то), либо информация отвергается как недостоверная, ложная.

При рассмотрении дел о защите чести, достоинства и деловой репутации следует различать имеющиеся утверждения о фактах, соответствие которых можно проверить, и оценочные суждения, мнения, убеждения, которые не являются предметом судебной защиты в порядке статьи 152 Гражданского кодекса РФ, поскольку, являясь выражением субъективного мнения и взглядов ответчика, не могут быть проверены на предмет соответствия их действительности (п. 9 постановления пленума Верховного суда РФ от 24 февраля 2005 года № 3).

Таким образом, если журналист в своем материале высказывает свое мнение либо дает оценочные суждения, то обязать опровергнуть это мнение нельзя. Иначе будут нарушены основные права и свободы гражданина, предусмотреннные статьей 29 Конституции РФ. Никто не может быть принужден к выражению своих мнений и убеждений или отказу от них (п. 3 ст. 29 Конституции РФ).

При этом субъективное мнение не должно быть высказано в оскорбительной форме, унижающей честь, достоинство или деловую репутацию истца, в противном случае на журналиста может быть возложена обязанность компенсации морального вреда, причиненного лицу оскорблением.

Охрана изображения гражданина (151-1 ГК РФ)

Федеральным законом от 18 декабря 2006 года № 231 Гражданский кодекс Российской Федерации дополнен ст. 151-1, в силу которой:

• обнародование и дальнейшее использование изображения гражданина (в том числе его фотографии, а также видеозаписи или произведения изобразительного искусства, в которых он изображен) допускаются только с согласия этого гражданина. После смерти гражданина его изображение может использоваться только с согласия детей и пережившего супруга, а при их отсутствии – с согласия родителей.

Такое согласие не требуется в случаях, когда:

• использование изображения осуществляется в государственных, общественных или иных публичных интересах (например, опубликование изображения связано с розыском гражданина за совершенное преступление);

• изображение гражданина получено при съемке, которая проводится в местах, открытых для свободного посещения, или на публичных мероприятиях (собраниях, съездах, конференциях, концертах, представлениях, спортивных соревнованиях и подобных мероприятиях), за исключением случаев, когда такое изображение является основным объектом использования;

• гражданин позировал за плату.

Если с первым и третьим исключением все понятно, то на втором остановимся подробно.

Согласие на распространение изображения гражданина не требуется, если оно получено при съемке, которая проводится в местах, открытых для свободного посещения, или на публичных мероприятиях, но для журналистов очень важно увидеть, что существует оговорка, – за исключением, когда такое изображение является основным объектом использования. Что это значит?

Например: журналист готовит материал о Летнем саде Санкт-Петербурга, при этом для иллюстрации материала сделан фотоснимок сидящей на скамейке в Летнем саду парочки (молодой человек и девушка). Так вот, если молодые люди будут одни в кадре, то согласие на распространение их изображения получать нужно обязательно, так как они являются «основным объектом». Когда же фотоснимок будет сделан таким образом, что молодые люди в кадре будут на общем плане Летнего сада, где помимо них видно скульптуры, гуляющих, то согласие на распространение такого снимка получать от молодых людей не нужно, так как сад является открытым местом для свободного посещения.

Таким образом, если будет установлен факт отсутствия согласия на распространение в данном случае изображения гражданина и, несмотря на то что все это соответствует действительности и не порочит чести, достоинства, деловой репутации лица, изображенного на фото, на журналиста будет возложена обязанность компенсировать моральный вред, причиненный таким распространением изображения (150, 151 ГК РФ).