Читать онлайн «Журналистское расследование». Страница 113

Надо подчеркнуть и другое: все эти три дела были прекращены с весьма непристижными для инициаторов формулировками – отсутствие события или состава преступления.

Открытие было важным. Но как это все связать с исчезновением журналиста Максимова?

А дальше мы обращаем внимание на то, что фамилии милиционеров, проводивших задержание или принимавших участие во всех этих трех уголовных делах… повторяются. А одна – С-в – и вообще фигурирует во всех трех случаях.

И тут, наконец, в службе расследований вспоминают, что однажды Максимов принес в АЖУР дискету, которую попросил на всякий случай скопировать. Файл на дискете назывался «С-в». Это было досье на одного милиционера. Да, на того самого…

В тот момент материал на основе досье не смог быть опубликован в газете «Ваш тайный советник». В том числе потому, что не смог пройти юридическую экспертизу. Не решился это сделать и редактор журнала «Город» – из-за возможных впоследствии судебных тяжб.

Зато статья «Дело о проданном „мерседесе“» вышла в «„МК“ в Питере» спустя полгода после исчезновения Максима и спустя месяц после того, как мы осознали роль Исаева в этом деле. Максим, оказывается, и в «МК» передал свой материал. Там корреспондент, имея огромную загруженность, все откладывал дело в дальний ящик…

А потом эта история с самим Максимом.

Теперь мы уже не сомневались в том, что под благовидным предлогом нашего друга Максима заманили в ловушку. И что это могло иметь прямую связь с будущим материалом Максима. Где он поднимал проблему коррупции в милицейской среде. И где фигурантом дела проходил милиционер С-в со товарищи…

Делом по разгадке тайны исчезновения Максима занимался и АЖУР, занимались и правоохранительные органы. Занимались на высоком уровне – на уровне Генеральной прокуратуры.

В это время сотрудники АЖУРа восстановили по цепочке драматические события того дня.

Максима, действительно, в тот день под благовидным предлогом заманили в некую баню в центре города. Там его и убили. У преступников, нанятых организаторами, даже полиэтиленовый пакет для трупа был предусотрительно прихвачен с собой. А потом его вывезли в лес Ленинградской области и закопали.

Сотрудники АЖУРа труп искали, прибегнув к помощи профессиональных поисковиков. Но – не нашли. Убеждены, что нам дали неверный вектор поиска. Потому что по нашему законодательству «нет трупа – нет убийства».

Доблестный милиционер С-в с двумя своими коллегами были в свое время под судом (правда – по другому делу: они обвинялись в превышении должностных полномочий, провокации взятки, организации заведомо ложного доноса и заведомо ложных показаний). Но благополучно избегли наказания все трое. А господин С-в даже восстанавливался на работу в органах…

Мама Максима – Римма Васильевна, – писавшая свои отчаянные письма и Колю, и Меркель, и Путину и потерявшая надежду однажды увидеть сына живым, тоже была вынуждена согласиться с тем, что суд признал Максима умершим.

Мы тоже знаем, когда и как погиб наш друг. И не можем смириться с тем, что его убийцы живут рядом с нами, не понеся никакого наказания за свое преступление.

И не теряем надежды, что справедливость восторжествует… И предпринимаем к этому свои гражданские усилия.

А номинация «За лучшее журналистское расследование» в ежегодном профессиональном конкурсе мастерства журналистов Санкт-Петербурга и Ленинградской области «Золотое перо» несколько лет назад стала именной. Она носит имя Максима Максимова.

На стыке двух веков сотрудники Агентства журналистских расследований начали проводить в крупных городах России и странах бывшего Советского Союза серию семинаров по методике журналистского расследования. И очень часто, приезжая в разные регионы России и города бывшего Союза, мы сталкивались с такой реакцией: ваши методики очень интересны, но малоприменимы в местных условиях. Причин для пессимизма предостаточно: слабая материальная база, отсутствие юридической поддержки, сильное давление чиновников, недостаток времени, опасения за свою жизнь… Совокупность этих факторов является, вне сомнений, мощным сдерживающим элементом развития метода журналистского расследования в нашей стране. В попытке преодолеть эти трудности и было в свое время создано наше Агентство. Время показало: такая форма организации вполне жизнеспособна. Однако мы не питаем иллюзий, что это единственно правильный путь и предложенные нами схемы совершенны. Зачастую, увы, нам приходилось учиться на своих ошибках, но мы до сих пор не знаем ответов на многие вопросы, которые задаем сами себе.

Например, верно ли мы поступили, когда передали Александра Малыша сотрудникам правоохранительных органов? «Вы, как журналисты, не имели на это права», – говорили некоторые наши коллеги. Может быть, они и правы. Но были бы правы мы, если бы он, оставаясь на свободе, стал соучастником других заказных убийств?

Этические нормы и правила нельзя искусственно привнести в нашу профессию. Их предстоит осознать и выработать сообща. Так же как абсолютно очевидно, что для плодотворного развития метода журналистского расследования необходимо объединение усилий всех заинтересованных лиц и организаций. В Соединенных Штатах, например, к этому пришли еще двадцать пять лет назад, когда несколько маститых журналистов-расследователей создали организацию IRE (Investigative Reporters & Editors), объединившую журналистов и редакторов, специализирующихся в области журналистских расследований. История становления этой организации поучительна[123]. Ровно через год после ее создания, в 1976-м, в Аризоне был убит один из основателей IRE корреспондент газеты «Аризона репортер» («Arizona Reporter») Джон Боллс. Какие действия предприняла новая общественная организация? Один из лидеров IRE, известнейший в США журналист-расследователь, лауреат Пулитцеровской премии Роберт Грин сформулировал задачу так: «Реакция IRE должна уподобиться страхованию жизни всех журналистов. Нужно, чтобы все поняли: нельзя убить разоблачительную статью, убив журналиста». Роберт Грин не призывал проводить акции возмездия. Он предложил членам молодой организации съехаться в Аризону и провести там расследования случаев коррупции и торговли привилегиями в масштабах, которые не под силу журналисту-одиночке. Одним из условий должно было стать приглашение от средств массовой информации штата. Получив такое приглашение, в Аризоне высадился десант из 40 журналистов из различных изданий Америки. Они провели там полгода. Серия репортажей, опубликованных в десятках СМИ, вызвала широчайший резонанс по всей стране и заставила полицию штата значительно активизировать деятельность по пресечению фактов политической коррупции. Из шести исков, возбужденных против IRE после этой акции, ни один не был проигран, несмотря на то что в судах Штатов принято в этих случаях брать сторону истцов.

Вскоре IRE вошла в состав университета штата Миссури, а число ее членов, благодаря разъяснительной работе организаторов, стало быстро расти. Сегодня в IRE состоят около 3 тысяч профессионалов из разных стран, организация проводит конференции, региональные и тематические семинары. Ею создана богатейшая база данных на все случаи жизни, которой за небольшую плату легко может воспользоваться любой журналист. IRE располагает коллекцией журналистских расследований, выпускает ежеквартальный журнал и ежегодник «100 лучших расследований», который является настоящим кладезем идей для журналистов.

Нечто подобное, но только с учетом отечественной специфики задумали создать и российские журналисты. Ассоциация журналистов-расследователей, над учреждением которой и сегодня работают многие заинтересованные организации, должна защищать права и свободы специалистов в этой области, помогать им преодолевать барьеры на пути сбора и распространения информации.

Ассоциация призвана решить следующие задачи:

1. Организация информационного взаимодействия.

2. Выработка предложений по совершенствованию законодательства о СМИ.

3. Объединение усилий журналистов в борьбе с коррупцией и преступностью.

4. Оказание правовой и информационной поддержки журналистам и редакциям.

5. Выработка общих этических норм.

6. Объединение усилий по защите прав журналистов посредством информационных кампаний.

Инструменты, с помощью которых ассоциация может реализовывать свои цели:

• единая информационная база данных;

• служба скорой юридической помощи;

• консультационные услуги;

• мобильные группы для помощи коллегам в регионах;

• интернет-журнал, телепрограмма;

• обучающие семинары, стажировки;

• конференции, обмен опытом.

Предполагается также создание фонда реабилитации пострадавших в результате профессиональной деятельности. А ежегодная премия за лучшее журналистское расследование существует уже и в Санкт-Петербурге. Она – именная, носит имя журналиста Максима Максимова. А в российском конкурсе эта премия носит имя Артема Боровика.