Читать онлайн «История государства и права зарубежных стран». Страница 116

Предвидя опасность фашизма, компартия Германии изменила тактику. Она предложила левым силам, в первую очередь социал-демократам, объединиться в едином антинацистском фронте. Это предложение было отвергнуто социал-демократическими лидерами, заявившими, что их партия не окажет сопротивления Гитлеру, если тот придет к власти легальным, т. е. конституционным, путем. Позиция, занятая социал-демократами, большой и влиятельной партией, была гибельной для Германии, и она не избавила членов партии от преследований, как это было и с коммунистами.

Между тем тактика единого антифашистского фронта, реализованная во Франции и отвратившая там наступление реакции, была единственно спасительной для Германии. В такого рода ситуациях «легализм» реакции губителен для демократии, что поняли, но слишком поздно и теоретики германской социал-демократии.

На выборах в рейхстаг, состоявшихся в июле 1932 г., гитлеровцы получили 13 млн. голосов; не завоевав большинства, они попытались поправить дела на выборах в ноябре, но неожиданно для себя за какие-нибудь три месяца потеряли 2 млн. голосов. В то же. время компартия получила 6 млн. голосов — больше, чем на всех предыдущих выборах.

Результаты ноябрьских выборов стали полной неожиданностью для монополистических кругов Германии, и они решили призвать Гитлера к власти. В самом начале 1933 г. при посредстве банкира Шредера состоялась встреча Гитлера с тогдашним реакционным канцлером Германии Ф. фон Папеном и между ними был достигнут компромисс. Президент Германии фельдмаршал Гинденбург, тяжело больной и очень старый человек, незадолго до этого клялся, что не допустит на пост рейхсканцлера «австрийского ефрейтора», каким был в свое время Гитлер. Но он не выдержал давления со стороны своего окружения, как штатских, так и военных членов, и незадолго до смерти призвал Адольфа Гитлера на пост имперского канцлера (рейхсканцлера). Это случилось 30 ноября 1933 г. — черный день не только для Германии, но и для всей Европы.

Три обстоятельства способствовали установлению фашистской диктатуры в Германии: а) монополистическая буржуазия видела в диктатуре единственный выход из той острой политической ситуации, которая возникла в связи с экономическим кризисом; б) мелкая буржуазия и некоторые слои крестьянства приняли на веру демагогические обещания гитлеровцев, особенно касавшиеся ликвидации экономических трудностей, вызванных всевластием монополий и усугубленных кризисом; в) рабочий класс Германии, и это едва ли не главное, оказался расколотым и поэтому ослабленным. Компартия страны была недостаточно сильна, чтобы бороться с фашизмом без помощи, социал-демократии.

Теперь, глядя на прошлое с новых позиций, очевидно, что непримиримая борьба компартии с германской социал-демократией, доходившая до обвинений в предательстве интересов рабочего класса, была ошибкой, предопределившей отчуждение двух рабочих партий Германии. При всем том компартия оказалась более дальновидной и смелой, чем социал-демократия, когда предложила последней тактику единого народного фронта.

Политический режим и государственное устройство гитлеровской Германии. Как фашистский и авторитарный режим германский фашизм начал с ликвидации буржуазно-демократических свобод. С этой целью уже в первые месяцы гитлеровского правления были изданы чрезвычайные декреты. Так, февральский декрет 1933 г. «В защиту народа и государства» отменял свободу личности, слова, печати, собраний; принятый в том же месяце декрет «В защиту германского народа» наделял неограниченными Правами полицию и т. д. Репрессии обрушились прежде всего на коммунистов. По закону от 23 марта 1933 г. депутаты-коммунисты в рейхстаге были лишены мандатов и арестованы, в марте же компартия была запрещена, ее пресса закрыта.

Гитлеровцы прибегли к провокациям. В ночь на 26 февраля 1933 г. они подожгли здание рейхстага, чтобы обвинить в этом компартию и получить новый предлог для гонений на коммунистов. Известный Лейпцигский процесс, призванный доказать это обвинение, провалился: обвиненные в поджоге болгарские коммунисты Г. Димитров и другие были оправданы за полной недоказанностью обвинения. Тем не менее провал дела не помешал развернуть в стране травлю коммунистов и демократов вообще, включая членов социал-демократической партии.

Затем наступила очередь всех остальных партий, не исключая и буржуазных. Право на существование и господство получила одна лишь национал-социалистская партия. Профессиональные союзы были распущены, их средства конфискованы. Опираясь на опыт фашистской Италии, нацисты создали собственные профсоюзы, контролируемые партией, в которые насильственно загоняли людей.

Очень скоро нацистская партия стала частью правительственной системы. Решения съездов партии с момента принятия получали силу закона. Пребывание в рейхстаге и на правительственной службе связывалось с присягой на верность национал-социализму. Центральные и местные органы партии получили правительственные функции и практически решали все сколько-нибудь существенные вопросы правления.

Партия имела военизированную структуру. Члены партии были обязаны безусловно подчиняться приказам и указаниям местных «фюреров», которые назначались сверху и только по этой линии несли ответственность. В непосредственном подчинении партийного центра находились так называемые штурмовые отряды, охранные отряды, известные под названием эсэсовских, наконец, воинские части, укомплектованные сторонниками Гитлера. Преступления, совершенные членами партии, рассматривались особыми судами, выделенными из общей судебной системы, и по особому ритуалу (на тайных заседаниях).

Особое место в системе репрессивного аппарата занимало гестапо (государственная тайная полиция), располагавшее огромными денежными средствами и массой сотрудников, которые перед назначением подвергались проверке на верность фюреру и национал — социализму.

Государственная власть в гитлеровской Германии сосредоточилась в правительстве, правительственная власть — в руках фюрера. Уже закон 24 марта 1933 г. разрешал имперскому правительству без санкции парламента издавать акты, которые «уклоняются от Конституции» 1919 г. Августовский закон 1934 г. ликвидировал должность президента республики, его правомочия передавались фюреру, который вместе с тем оставался главой правительства. Ни перед кем не ответственный, фюрер пребывал в этой роли пожизненно и мог назначать себе преемника.

Рейхстаг был сохранен для парадных демонстраций. Той же цели служили и так называемые народные опросы, результат которых был известен заранее, ибо всякий, кто пользовался правом тайного голосования, объявлялся врагом народа со всеми вытекающими отсюда последствиями.

Традиционное деление государства на земли, которым немцы так дорожат, было ликвидировано в интересах централизации управления. А в качестве обоснования этого был выбран тезис о единстве нации. Областями управляли чиновники, назначенные в Берлине центральным правительством. Местного самоуправления не существовало. Государственный аппарат, предварительно подвергшийся чистке (что характерно для подобных режимов), был увеличен в два раза. От Веймарской конституции, формально не отмененной, не осталось и следа.

Руководство экономикой. Как и в фашистской Италии, в нацистской Германии между правящей партией, государством и монополиями (банками, концернами и пр.) существовала прямая связь. Те, кто привел Гитлера к власти, процветали: это был их режим.

Законом от 27 февраля 1934 г. в Германии учреждались так называемые хозяйственные палаты — общеимперская и провинциальные, возглавляемые банкирами и промышленниками. Эти палаты имели важные полномочия в сфере регулирования экономической жизни и социальных отношений. Результаты сказались почти немедленно: средняя продолжительность рабочего дня увеличилась с 8 до 10–12 часов, тогда как реальная заработная плата составила уже в 1935 г. всего 70 % заработной платы 1933 г. В то же время резко выросли прибыли концернов и банков; так, доходы известного Стального треста составили в 1935 г. 8,6 млн. марок, а в 1941 г. — 27 млн. марок.

Не без содействия палат происходил процесс картелирования экономики, приведший к исчезновению массы мелких предприятий, о которых нацисты говорили (до прихода к власти) как о предмете особой заботы, как и о мелких лавочниках, так и не дождавшихся избавления от разорительной конкуренции крупных магазинов.

Обмануты были и крестьяне, не получившие ни земли, ни отсрочки долгов, ни обещанных им кредитов (законом 1933 г. о так называемых наследственных дворах были введены льготы для крупных и отчасти средних крестьянских дворов).