Читать онлайн «Сердце Запада». Страница 111

Тут она заметила Сэма Ву, пересекающего пустырь в месте, где скоро появится железнодорожный вокзал. Умело балансируя, китаец нес на плечах сосновый шест с качающимися по бокам большими металлическими котелками. Как-то Эрлан предложила идею заключить контракт с железной дорогой, чтобы разносить чай китайским рабочим, и это оказалось действительно прибыльным делом.

Однако в данный момент Сэму было тяжело пробираться через северный край участка, где вокруг старой грузовой платформы собралась толпа. Какой-то раскрасневшийся от надсадного крика мужчина стоял на пустом помосте, тряся кулаком в воздухе. Клементина окликнула Сэма, но казалось, тот не услышал.

– Пусть китайцы проваливают!

Прозвучавшие будто из рупораслова испугали Клементину. Она подумала, что мужчина на платформе – отъявленный горлопан и подстрекатель.

– Безбожные китайцы — это паразиты! – рев усилился. Баламут был мускулист, в домотканых бриджах с заплатками из оленьей кожи и со спутанными седыми космами. Он сопровождал свою речь, размахивая в воздухе большими руками. – Китайцы завсегда жрут опиум, да поклоняются своим идиотским божкам. Они работают за нищенскую плату и забирают у американцев возможность честно трудиться. Вот я и говорю вам: давайте избавим нашу страну от этого узкоглазого сброда с косичками. Давайте турнем их назад в Китай, откуда они понаехали!

Толпа всколыхнулась, шумя и переминаясь с ноги на ногу как вороны на заборе. Один мужчина заметил Сэма Ву и закричал, тыкая в него пальцем. Разъяренные люди, стоящие с краю толпы, бросились на лавочника, грубо толкая его. Жестяные чаны закачались, выплескивая на землю горячий чай.

– Китаец — не больший гражданин на нашей земле, чем койот, и гражданство узкоглазым никогда не светит! – надсаживался заводила на грузовой платформе. – Пусть китайцы проваливают!

Толпа подхватила его клич:

– Пусть китайцы проваливают!

Клементина попыталась повернуть повозку, но толпа загородила ей путь. Обмотав вожжи вокруг рукоятки тормозного рычага, миссис Маккуин остановила лошадей.

– Мистер Ву, могу я подвезти вас до вашей лавки?

Сэм повернулся к ней, сощурив подслеповатые глаза. Он приветственно кивнул, поскольку из-за лежащего на плечах шеста не мог наклонить спину, толстые линзы его очков сверкнули на солнце.

– Вы очень добры, миссис Маккуин, – крикнул он в ответ, – но этого никчемного китайца ждет работа.

– Мистер Ву, я действительно думаю, что вам лучше поехать со мной. Миссис Ву сказала бы то же самое.

– Не могу. А то не заработаю ни цента.

Клементина размотала вожжи и, чувствуя беспокойство, направила упряжку вперед. Но обернувшись чуть позже через плечо, увидела, что с Сэмом все в порядке. Он уже добрался до участка железной дороги с рабочими и разливал в их чашки горячий чай.

Миссис Маккуин заметила блестящую лаком черную легкую двуколку с откидным верхом, стоящую в тени наполовину построенной водонапорной башни. Мужчина, правящий коляской, был одет достаточно изысканно даже для самого шикарного отеля Нью-Йорка. Парча его жилета блестела, как золотой слиток, а запонки на рубашке сияли на солнце, словно бриллианты. «Вероятно, это и есть бриллианты», – мгновение спустя подумала Клементина, когда щеголь повернул голову, и она увидела закрывающую глаз черную повязку. Одноглазый Джек Маккуин, картежник и мошенник, а теперь главный владелец серебряной шахты «Четыре Вальта», а также множества других прибыльных предприятий.

Он приподнял шелковую шляпу, и хитрая улыбка свекра сверкнула так же ярко, как бриллиантовые запонки. Клементина и не сомневалась, что за уличным крикуном-провокатором, подстрекающим толпу к погрому китайцев, стоит именно этот интриган. Все то время, что она его знала, Джек Маккуин постоянно подливал масла в огонь забавы ради.

Клементина вся промокла от пота и покрылась красной пылью к тому времени, как остановилась у коновязи возле лавки Ву. Стоя одной ногой на земле, а другой по-прежнему упираясь в подножную доску, она ощутила, как желудок поднялся к горлу. Чтобы справиться с подкатившей тошнотой, миссис Маккуин чуть наклонилась, делая глубокие вдохи.

Клементина медленно распрямила спину, чувствуя озноб и липкость кожи. Мир слегка накренился, а затем занял обычное положение. Она ещё раз глубоко вдохнула, втягивая сухой горячий воздух.

Потом сняла льняной плащи встряхнула его, и тонкая завеса красной пыли поплыла подобно туману. Движение потревожило жужжащих над уличным навозом мух, и те черным облаком взвились к её лицу. К горлу снова подступила тошнота.

Жара прожигала насквозь подошвы полусапожек Клементины, когда она шагала по дощатому настилу. Пришлось высоко поднимать юбки над табачными плевками, размазанными на беленых досках. Дамский Клуб убедил отцов-основателей городаиздать указ, запрещающий плевать на дощатые общественные дорожки, но до сих пор ему никто не подчинялся, да никто и не заставлял соблюдать сей акт.

Добравшись до белых ворот Ханны, Клементина снова остановилась, чтобы справиться сочередной волной головокружения. Она так сильно схватилась за деревянную штакетину, что загнала занозу сквозь перчатку.

– Клементина! – Ханна спешила по дорожке, шурша маково-красными юбками. – Я уж думала, что ты на этой неделе не приедешь. Боже, подруга. Ты выглядишь так, будто того гляди грохнешься в обморок.

– Это все из-за жары.

– Разве это не ужасно? – Прищурившись, Ханна посмотрела на небо. – Господи, грехи наши тяжкие, да в этих облаках дождя не хватит даже чтобы затушить свечку. Пойдем в дом. Не обещаю, что внутри будет намного прохладнее, но там, по крайней мере, сможешь посидеть.

Клементина обернулась и сквозь мерцающую рябь жары посмотрела на свою повозку и лавку Ву. Мешки с картошкой и бочки с засоленной свининой и скумбрией были с военной точностью выстроены в ряд по обеим сторонам двери. С тех пор как Сэм женился, товары в его лавке стояли так же ровно в линию, как прямой след от повозки с едой. И как раз в этот момент, прокладывая путь беременным животом, на улицу вышла Эрлан.

«Мое ожидаемое счастье» – именно так китаянка называла своего еще не родившегося ребенка.

Клементина осознала, что Ханна говорит с ней.

– Что?.. О, нет, сначала я должна выгрузить масло и яйца, пока они не испортились. И сегодня я правда не могу попусту тратить время. Нужно вернуться домой до темноты, иначе Гас начнет беспокоиться.

Тем не менее Клементина задержалась на мгновение, поскольку должна была кое-что сказать Ханне и боялась, что позже такой возможности не представится. Миссис Маккуин чувствовала, как горят щеки, и знала, что это не только от жары. Она сделала глубокий вдох и медленно выдохнула.