Читать онлайн «Путеводитель по греческой мифологии». Страница 25

В мифах цари — главные персонажи, а вот о простолюдинах в них почти не говорится. Самые ранние сведения о древних греках дошли до нас на глиняных табличках, написанных на древнем диалекте греческого языка, получившем название «Линейное письмо Б». Такие таблички найдены в Кноссе на Крите, а также в центрах микенской культуры: Микенах, Тиринфе, Пилосе и Фивах. На этих табличках упоминается около семидесяти имен, известных со времен Гомера (к примеру, Ахилл и Гектор). Имена эти не использовались в историческую эпоху, и можно понять, что Гомер позаимствовал их из жизни людей бронзового века.

Вот одна из таких табличек:

Тесей, Служитель храма, является владельцем плодородного участка земли, размером, позволяющим засеять его 9,6 мерами ячменя. Гектор, служитель храма, является владельцем плодородного участка земли, размером, позволяющим засеять его 4,8 мерами ячменя.

Тесей и Гектор в данном случае — имена обычных простолюдинов, и гомеровские герои тоже носят обычные, заурядные имена, а не примечательные, особенные. Поэтому не следует полагать, что мифы — завуалированные рассказы о реальных событиях, как пытаются доказать в своих интересах некоторые толкователи мифов. При желании и пылком воображении можно счесть, что Данай, добравшийся из Египта через Ливию и Родос до Аргоса, — египтянин, когда-то живший на самом деле, а не вымышленное лицо. При желании можно прийти к заключению, что Данай (Danaos) — выходец из племени denyen, одного из «народов моря» (о которых говорится в египетской хронике 1186 года до нашей эры) или родом из племени danaoi (египетская хроника 1380 года до нашей эры). Но с таким же успехом можно считать, что Данай — из колена Данова, о котором рассказывается в Книге Исход (31:6). Такие суждения помещают историка на ненадежную почву домыслов, вызванных желанием доказать реальное существование персонажей греческих мифов. К. Дауден пишет: «В мифологии нет ни единой личности, чье имевшее место существование достоверно».

Это суждение, вероятно, пессимистично, поэтому охотно замечу, что греческие мифы сослужили службу археологическим изысканиям, позволившим заглянуть в далекое прошлое. В результате раскопок Микен, произведенных Генрихом Шлиманом (помимо обнаружения примечательных артефактов, в частности, в его представлении, посмертной маски Агамемнона и сокровищницы Атрея), удалось выяснить, что город этот имел в свое время важное политическое и хозяйственное значение и что он в конце концов был разрушен, правда, кем, осталось невыясненным.

По мифам можно получить информацию о таких греческих племенах, как данайцы. Гомер в своих сочинениях, говоря о данайцах, имеет в виду всех греков, хотя в его времена единственным свидетельством о данайцах был «склеп», в котором, согласно мифу, укрывался Данай с Данаидами, остерегаясь прибывших в город Эгиптиадов. Павсаний предполагал, что данайцами называли жителей Аргоса. Также стоит отметить, что дочь аргосского царя Акрисия получила имя Даная, а еще то, что Персей основал Микены, а Данаиды на пути из Египта в Аргос останавливались на Родосе (возведя там храм Афины Линдии). Исходя из этих посылок, собранных в мифах, можно предположить, что данайцы — одно из племен древних греков, населявшее Аргос, Микены и остров Родос, бывший микенской колонией.

То, что Родос колонизировали данайцы, подтверждает Страбон, правда, ссылаясь на «Илиаду» Гомера — на место в этой поэме, где рассказывается о прибытии на Родос Тлеполема, сына Геракла, которому после смерти отца пришлось бежать из Аргоса.

Поселившись на Родосе, колонисты основали города «Линд, Иялис и Камир белокаменный».

И хотя миф — не исторический документ, он представляет нам сведения о главных древнегреческих городах и даже о колониальной экспансии древних греков.

Приключения Персея, особенно расправа с Медузой и побег от других горгон, привлекали внимание скульпторов, резчиков и художников начиная с VII века до нашей эры. Павсаний рассказывал о знаменитом архаическом троне в Амиклах, расписанном сценами на мифологические сюжеты, включая сцену триумфа Персея, сразившего Медузу. Упоминал Павсаний в своем сочинении и ларец Кипсела, украшенный рельефными изображениями, одно из которых воспроизводило побег Персея от разъяренных сестер горгоны Медузы. Этот сюжет послужил и темой для вазописи. На архаической dinos (вазе для смешивания вина с водой), хранящейся в Лувре, изображена обезглавленная Медуза и ее рассвирепевшие сестры, преследующие Персея. Медуза также изображена на фронтоне храма Афины на Корфу. Однако художник, по-видимому, был знаком с мифом только поверхностно и потому допустил ошибку: изобразил Медузу целой и невредимой, а рядом с ней — Пегаса и Хрисаора. Такое соседство, конечно, является невозможным, ибо и Хрисаор, и Пегас появились на свет из тела Медузы лишь после того, как ей отрубили голову.

Миф о Персее нашел свое отражение и в произведениях постклассического искусства. Пьер де Козимо (1462–1521) изобразил Персея с мечом в руке, стоящим на спине морского чудовища, угрожающего прикованной к скале Андромеде. Не обошел популярную тему «красавица и чудовище» и Тициан (1477–1576), написавший картину «Персей и Андромеда». Челлини (1500–1571) создал бронзовую статую Персея. Герой попирает ногами туловище Медузы, держа над собой ее голову. Статуя эта находится в Лоджии ди Ланци во Флоренции. Караваджо (1573–1610) написал голову Медузы на щите великого герцога Тосканского Козимо II де Медичи, дабы он устрашал врагов одним своим видом. Английский живописец Эдвард Берн-Джонс (1839–1898) написал картину «Зловещая голова», изобразив заключительный миг подвига Перся: герой и спасенная им Андромеда глядят на отражение головы Медузы в водах садового водоема.

Миф о Персее использовался многими деятелями умственного труда. Фрэнсис Бэкон считал подвиг Персея, одолевшего горгону Медузу, символом победы и полагал, что вести надо лишь заведомо победоносные войны. На взгляд Зигмунда Фрейда, змеиные волосы Медузы — символ фаллоса, а отсечение ее головы — символ кастрации. Уильям Сатклифф, комментируя сочинение Айрис Мэрдок «Отсеченная голова», сатирический роман о брачных отношениях, адюльтере и кровосмешении в цивилизованной, просвещенной среде, отмечает: «Среди романов о беспорядочных половых отношениях между людьми этот роман, вероятно, лучший и, несомненно, самый причудливый, а одна из его героинь Онор Клейн — настоящая горгона».

Амфитрион — Смертный отец Геракла.

Алкмена — Мать Геракла.

Еврисфей — По его велению Геракл совершил двенадцать подвигов.

Геракл — Величайший греческий герой.

Ификл — Смертный брат Геракла.

Иолай — Племянник и спутник Геракла.

Мегара — Первая жена Геракла.

Иола — Возлюбленная Геракла, доставшаяся ему после победы в стрельбе из лука; косвенно обрекла Геракла на смерть.

Омфала — Царица Лидии, которой Геракл был продан в рабство.

Лаомедонт — Царь Трои.

Деянира — Жена Геракла.

Астидамия — Жена Геракла.

Из всех героев греческих мифов Геракл наиболее многогранен. Он и великий герой, совершивший невероятные подвиги, и трагическая фигура, и буффон, и философ, и устроитель цивилизации. Поначалу герой, Геракл, совершив свои подвиги, заслуживает бессмертие и становится богом.

Рождению Геракла предшествовали события, о которых стоит упомянуть.

В земли Электриона, царя Микен, вторглись тафийцы и телебои, во главе с шестью сыновьями Птерелая, заявлявшего права на соседний Тиринф, принадлежавший ранее его предку Местору. Тафийцы и телебои для начала решили увести у Электриона стада. Сыновья Электриона попытались этому помешать. Разыгралось сражение, позднее изображенное богиней Афиной на вытканном ею плаще, который она подарила Ясону, когда помогала ему строить «Арго».

В результате схватки с противником сыновья Электриона, за исключением Ликимния, погибли, да и удержать стадо микенцам не удалось. Электрион решил наказать тафийцев и телебоев и выступил в поход с войском, оставив в свое отсутствие править царством Амфитриона, взяв с него клятву следить за целомудрием Алкмены, своей дочери. Электриону удалось отбить скот, но когда он гнал стадо домой, один из быков напал на него. Электрион, защищаясь, швырнул в него палицу, но та, попав по рогам, отскочила и, угодив ему в голову, убила царя[61]. Брат Электриона Сфенел воспользовался удобным моментом и, обвинив Амфитриона в непозволительном недосмотре, изгнал его из страны, а сам стал править Микенами и Тиринфом.