Читать онлайн «ЛОРЕНЦО ВЕЛИКОЛЕПНЫЙ». Страница 56

В 1484 году в ближайшем окружении Медичи появился молодой человек из очень знатной семьи: граф Джованни Пико делла Мирандола, двадцати одного года от роду, тоже наделенный поэтическим даром. Вскоре он стал другом Полициано и поэта Джироламо Бенивьени. Пико, ученик лучших гуманистов, воспитанный на философии Аристотеля, не замедлил приступить к критике «Платонова богословия» Фичино, хотя и с ним был связан самой искренней дружбой. Позиция Пико, основанная на доводах, подкрепленных многочисленными примерами, ничуть не вредила ему, а, напротив, возбуждала всеобщее восхищение.

Джованни Пико делла Мирандола

В 1485 году его пригласили в Парижский университет; затем, после странной любовной истории, где его и соблазняли и похищали, он осел в Перудже и занялся изучением каббалы. В конце 1486 года Пико написал 900 тезисов (философских утверждений), которые вызвался отстаивать в Риме на публичном диспуте. Иннокентий VIII предварительно просмотрел тезисы — семь из них были признаны неправоверными, а шесть сомнительными. Но Пико не отказался от них. Тогда папа, оскорбившись, запретил все 900 тезисов. Молодой философ бежал во Францию, но люди папы добрались до него и добились его ареста. В 1488 году он был заключен в Венсеннский замок. По ходатайству нескольких итальянских государей Пико освободили, и папа разрешил ему жить во Флоренции. Лоренцо Великолепный взял его под личное покровительство и поселил на своей вилле во Фьезоле.

Пребывание Пико, Полициано и Фичино во Фьезоле резко подняло престиж флорентийского философского кружка. Уровень Платоновской академии они оставили далеко позади. Но в это же время уже распространялось новое духовное течение: проповеди монаха Савонаролы обозначили переворот в мировоззрении флорентийцев. Пико, убежденный в глубинном единстве философских учений, изложил суть своих взглядов в «Гептапле», трактате об устройстве мира, и посвятил его Лоренцо. В другом трактате, «О сущности и едином», написанном в 1491 году, он попытался согласовать Платона с Аристотелем. Главная тема его творчества — достоинство и свобода человека. Возвеличивая их, он не жалел усилий и даже написал большой труд, опубликованный посмертно, в котором развенчал астрологические теории, какое-то время привлекавшие его. Только благодаря покровительству Лоренцо Пико смог столь плодотворно работать, вследствие чего в 1493 году, за год до своей безвременной кончины, был оправдан Римом.

В эти годы большую часть бригады Медичи составляли деятели литературы Флоренции: среди них были эрудит Кристофоро Ландино, Уголино Вьери — поэт и спутник Лоренцо на охоте на берегах Омброне, секретарь Медичи и автор лирических стихотворений Алессандро Браччези, комические стихотворцы Маттео Франко и Бернардо Беллинчони. Связи с внешним миром, помимо прочего, позволяли непрестанно обогащать библиотеки, находившиеся под покровительством Медичи: в Сан-Марко, в Сан-Лоренцо, во Фьезоланском аббатстве.

К огорчению старика Веспасиано да Бистиччи, крупнейшего изготовителя списков античных рукописей, Лоренцо решительно поддержал книгопечатание. Надо сказать, новое искусство рождало удивительные шедевры; часть из них была напечатана на пергаменте и иллюминирована. С помощью филиалов банка Медичи охота за античными рукописями продолжалась по всему миру. Если Лоренцо не мог достать какие-то манускрипты, он заказывал их копии: так, в 1485 году он просил Эрколе д'Эсте одолжить ему «Римскую историю» Диона Кассия, а в 1488 году послал в Феррару одного грека переписать эту книгу. Эрколе подарил Лоренцо Великолепному итальянский перевод сочинения Диона.

Лоренцо продолжал пополнять свои коллекции античными статуями, открытыми при раскопках, монетами, медалями, драгоценными сосудами. Он покровительствовал флорентийским резчикам по камню: Пьетро Раццанти и Джованни ди Лоренцо, который исполнил и его портрет.

Он высоко ценил нидерландское искусство; во Флоренции и в деревне у него было около сотни больших шпалер.

Лоренцо любил проводить время в кабинете, где живут таинственной жизнью его геммы, хранящие память о прошлом. Произведения искусства, как и поэзия, приносили ему радость и утешение. Но для хозяина Флоренции, которого превозносили и ненавидели, который в суете мирских дел постоянно заботился и о завтрашнем дне, и о загробной жизни, они являлись не просто предметами роскоши. Искусство было для него особым волшебным миром, в котором он черпал новые силы.

В сорок лет Лоренцо мог с удовлетворением оценить плоды своих трудов. В то время как вокруг Флоренции бурлили страсти и царили раздоры, Тоскана наслаждалась миром. Отвоеванная наконец-то Сарцана обороняла северную границу от угрозы вторжения Лодовико Моро, который в 1488 году оккупировал бывшую Генуэзскую республику. Форли и Фаэнца перешли под протекторат Флоренции. Даже папа Иннокентий VIII, казалось, полностью подчинился воле Медичи. Говорили, что он на все глядит глазами Лоренцо Великолепного. Тот, по правде сказать, дорого платил за такое подобострастие.

Джованни Торнабуони, управляющий римским филиалом, уступил место своему племяннику Онофрио. Однако прежде он, желая поднять престиж своего дома, одобрил рискованные займы папскому сыну, семье Орсини и важнейшим прелатам. Главный управляющий Франческо Сассетти скончался 31 марта 1490 года во Флоренции, так и не восстановив равновесие в финансовых делах. Его сменил бывший управляющий Меняльным столом Джамбаттиста Браччи, человек небогатый и мало уважаемый. Назначение Браччи вызвало недовольство в Лионе — единственном, наряду с Римом, сохранившемся крупном филиале банка. Сыновья Сассетти из-за этого поссорились с местным управляющим Лоренцо Спинелли. Стали поговаривать о закрытии конторы.

Лоренцо не обращал внимания на эти неприятности. Теперь в нем некоронованный государь полностью затмил банкира. Все его замыслы оплачивала городская казна. Интересы компании Медичи отошли на второй план, уступив место другим целям. Флорентийские магнаты негласно поставили Лоренцо управляющим всеми делами государства. Его задачей было оградить государство от внешних вторжений и установить мир во всей Италии — мир, в котором так нуждались флорентийские купцы, чтобы вернуть прежние экономические позиции. Лоренцо надеялся дипломатическим путем создать новую итальянскую лигу, объединяющую государства Апеннинского полуострова. Причиной для такого объединения могла стать необходимость борьбы против общего врага — турок.

В 1484 году Баязид, сын Мехмеда II, стал угрожать христианам в Средиземном море и на Балканах. В мае 1487 года папа Иннокентий VIII призвал европейских государей вступить в Крестовый поход. Однако препятствием для священной войны являлась вражда между Римом и Неаполем: король Фердинанд при поддержке своего зятя Матвея Корвина, отвергал любые соглашения со Святым престолом. В начале 1489 года положение обострилось из-за одного события в международной жизни, которое можно назвать «игрой в заложника».

У султана Баязида был весьма честолюбивый брат Джем, сын Мехмеда II от сербской княжны-христианки, кузины Матвея Корвина. В 1482 году, после неудавшегося мятежа, царевич попросил убежища у гроссмейстера ордена Святого Иоанна Иерусалимского Пьера д' Обюссона. Тот принял его на Родосе, являвшемся аванпостом христианского мира в борьбе против Османской империи, и пообещал не выдавать брату. Но там Джем мог подготовиться к реваншу. Баязид для собственного спокойствия посулил гроссмейстеру золотые горы — ежегодный пенсион в 45 тысяч дукатов — за обещание держать гостя под охраной.

Пьер д'Обюссон отослал царевича в отдаленный приорат Бурганеф в Лимузинской марке. Знатный турок Зизим, как звали его лимузинцы, спокойно прожил там несколько лет.

Но для многих государей он стал лакомым куском: они понимали, что Баязид не нападет на страну, где будет находиться его соперник, которого всегда можно будет натравить на Македонию. Венецианский дож, король Неаполитанский и зять его король Венгерский, герцог Лотарингский Рене II и король Французский, спорившие за Неаполитанское и Иерусалимское наследства, а также папа Иннокентий VIII наперебой пытались заполучить Зизима, предлагая гроссмейстеру крупные суммы, взятые в долг у банкиров. Больше всех, 600 тысяч дукатов, предложил мусульманин, правитель Египта, султан Каирский. Этот государь, власть которого простиралась на всю Северную Африку, Палестину и Сирию. был врагом Баязида, а потому поддерживал отношения с христианами. Флоренция ладила с ним прекрасно. В 1487 году султан послал посольство к синьории, а с ним передал редких животных в подарок Лоренцо Медичи: льва и жирафа, который сразу стал любимцем флорентийцев. Но когда Иннокентий VIII снискал расположение французского короля, Пьер д' Обюссон передал Зизима папе в обмен на кардинальскую шляпу для себя и перевод большой доли имущества военного ордена Гроба Господня ордену иоаннитов. Договорились, что папа станет получать непосредственно от султана пенсион в 40 тысяч дукатов.